Премьер-министр Дмитрий Медведев подписал распоряжение правительства о создании федерального государственного казенного учреждения «Главный центр военно-врачебной экспертизы» Министерства обороны.
Как и любая корпорация, медики не любят подтверждать, что их коллеги виноваты
«Определить основной целью деятельности федерального учреждения обеспечение организации и проведения военно-врачебной экспертизы, предусматривающей решение вопросов определения годности к военной службе, обучению (службе) по конкретным военно-учетным специальностям (специальностям в соответствии с занимаемой должностью), установления причинной связи увечий (ранений, травм, контузий), заболеваний у военнослужащих (граждан, призванных на военные сборы) и граждан, уволенных с военной службы (военных сборов), и решение других вопросов, предусмотренных законодательством Российской Федерации», – говорится в документе, опубликованном в пятницу на сайте правительства.
Численность вооруженных сил в связи с появлением нового учреждения меняться не будет. Согласно распоряжению, штат центра составит 370 сотрудников.
Министерство обороны по распоряжению главы правительства должно утвердить до 1 октября устав учреждения, а до 1 ноября осуществить его государственную регистрацию.
Подразделения центра будут располагаться в Москве, Санкт-Петербурге, Североморске, Калининграде, Ростове, Екатеринбурге, Самаре, Новосибирске, Чите, Владивостоке и Петропавловске.
«Думаю, это решение стоит в русле тех задач, которые были поставлены ранее, – рассказал газете ВЗГЛЯД координатор общественной инициативы «Гражданин и армия» Сергей Кривенко. – В феврале 2010 года вышло распоряжение правительства об усилении патриотической работы. Большая часть документа была посвящена ДОСААФ, но кроме того, в этом распоряжении впервые была поставлена задача реформировать всю систему медицинского освидетельствования при призыве граждан на военную службу. Там впервые было названо количество молодых людей, не годных к службе по состоянию здоровья, и была поставлена задача полностью изменить всю систему определения годности при призыве на военную службу».
«То, что происходит в военкоматах, – конечно, беспредел, – продолжил он. – Более трети всех нарушений при призыве связаны с неправильным определением годности. Военкоматы фактически делают «брак» и призывают больных ребят, которые не должны служить по состоянию здоровья».
«Никто ни за что не отвечает, – утверждает Кривенко. – Работают врачи, которых командируют туда гражданские организации здравоохранения. Они занимаются медицинским освидетельствованием: приходит призывник, приносит карту, диагнозы, которые ему поставили в медицинских учреждениях, и врач должен оценить диагноз, который поставил другой врач. И это происходит с огромными нарушениями».
«У военкоматов свой список больниц, куда они стараются направлять, и они часто не принимают от ребят медицинские документы от учреждений, которые не входят в этот список. Теряют документы, не реагируют на жалобы, потому что если человек пожаловался, это является основанием для направления его на дополнительное обследование.
При этом эти врачи не являются военно-врачебной комиссией, они работают каждый по отдельности. А определение категории годности – экспертная деятельность. Осуществлять эту деятельность может специальный экспертный орган – военно-врачебная комиссия, которая работает для граждан, увольняемых с военной службы, ветеранов и т. д.», – рассказал правозащитник.
«Центральная военно-врачебная комиссия была переведена в Петербург, сейчас ее пытаются назад вернуть назад, – добавил Кривенко. – В связи с реформированием военной медицины она потеряла методический контроль за деятельностью других военно-врачебных комиссий. Может быть, это попытка восстановить единый центр, где бы осуществлялось и такого рода методическое руководство над всеми военно-врачебными комиссиями».
«Мы рекомендовали вынести процедуры определения годности в гражданскую сферу: пусть молодой человек точно так же, как он проходит диспансеризацию, проходит врачей по разным профилям, которые выставляют ему диагнозы, затем документы направляются в военно-врачебную комиссию, которая смотрит по документам соответствие диагноза расписанию болезни и выставляет категорию годности», – заключил он.
«Наконец-то мы достучались, – отреагировала на появление документа ответственный секретарь Союза комитетов солдатских матерей России (СКСМР) Валентина Мельникова. – Наконец-то появилось подразделение в военной медицине, которое занимается военно-врачебной экспертизой, это лицензированная деятельность».
По мнению Мельниковой, единое экспертное учреждение будет более независимым, чем врачи на местах. «За выполнение плана врачам дают премию, муниципалитеты дают члену комиссии от 50 тыс. рублей и выше. При этом у врача нет ответственности».
«Они должны будут учить этих придурков (врачей), следить за тем, чтобы только лицензированные врачи выносили категорию годности, и это будет апелляционная инстанция. Сейчас, если возникает медицинский спор по поводу категории годности, мы обращаемся или в окружную военно-врачебную комиссию, или в центральную. У них есть право выставлять категорию годности. Теперь будет специальный ответственный орган», – рассказала она газете ВЗГЛЯД.
Она отметила, что это затрагивает не только солдат по призыву: набирая солдат по контракту, надо следить, чтобы отбор был нормальный, не завышали и не занижали. И для офицеров это важно, там тоже всякие истории бывают: недавно одного старшего лейтенанта в Академии Генштаба пытались, вместо того чтобы уволить по собственному желанию, направить в психиатрическую больницу.
«Причинно-следственные связи надо выявлять, чтобы выплатить страховые выплаты, назначить инвалидность, чтобы установить характер травм в уголовном деле, если есть виновник. Взять, к примеру, пневмонии: мы никак не можем доказать, что к этому приводит служба, – продолжила Мельникова. – Недавно была история: молодого человека призвали, и в течение месяца или двух оказалось, что у него туберкулез. Была шумная история с мальчонкой из Ханты-Мансийска, у которого за месяц обнаружилась саркома кости. Надо разбираться: появилось ли заболевание во время службы или уже было?
Теперь появляется полномочная структура в медицинской сфере. Это очень важно: как и любая корпорация, медики не любят подтверждать, что их коллеги виноваты. А тут все честно, по военно-врачебной экспертизе».
Она обратила внимание, что у врачей, осматривающих призывников в военкоматах, лицензии на эту деятельность нет. «Лицензия на определение категории годности есть только у штатных комиссий субъектов Федерации, только они могут это делать. А эти остальные, придурки-мухоморы, берут на себя смелость не только ставить категорию годности, но и менять диагнозы, которые поставлены в экспертных медицинских учреждениях», – сказала Мельникова.
Отметим, что в ходе нынешней весенней призывной кампании план по призыву был установлен на уровне 155 тыс. новобранцев, что на 20 тыс. больше, чем осенью прошлого года, но намного меньше, чем в прошлые годы: весной прошлого года под призыв пошли 218 тыс. молодых людей, а весной 2010 года в войска были направлены 270,6 тыс. новобранцев.
Военные регулярно высказывают беспокойство состоянием здоровья призывников последних лет. Весной этого года заместитель начальника Генштаба РФ генерал-полковник Василий Смирнов приводил статистику, согласно которой более 30% молодых людей в России получают освобождение от службы по состоянию здоровья. «Это большая проблема, которая, к сожалению, не имеет положительной тенденции», – сетовал он.
Газета ВЗГЛЯД уже писала, что в погоне за выполнением плана призывные комиссии зачастую вообще не обращают внимания, кого и в каком состоянии они призывают. «Нам и без того в последние годы приходится работать не с самым благополучным контингентом, – рассказывал газете ВЗГЛЯД психолог одного из подмосковных соединений. – Но военкоматы подчас так стараются, что среди новобранцев встречаются наркоманы, люди с судимостью, психическими отклонениями. Уволить их из армии стоит немало трудов, а повлиять на ситуацию мы не можем, обратной связи с военкоматами нет. Они выполняют свой план, совершенно не беспокоясь о том, что это не цифры, а живые люди, с которыми здесь надо работать. Призыв на военную службу человека с проблемами со здоровьем не нужен ни ему самому, ни командирам, и это не учитывая вопросов законности».