В понедельник источник «Интерфакса» в военном ведомстве сообщил, что в Генштабе разрабатывается новая оргштатная структура Воздушно-десантных войск.
Сегодня военно-транспортная авиация может сбросить одномоментно только четыре батальона
«По решению начальника Генштаба Николая Макарова главное оперативное управление совместно с другими структурами разрабатывает новую организационно-штатную структуру ВДВ. В ее основе по-прежнему останутся воздушно-десантные дивизии, но они будут состоять не из парашютно-десантных полков, как сейчас, а из парашютно-десантных или десантно-штурмовых бригад», – сказал источник.
По замыслу военного руководства, переход дивизий ВДВ «значительно повысит мобильность соединений и увеличит численность войск на 20–30%». «Если сейчас в дивизии ВДВ двухполкового состава насчитывается менее четырех тысяч человек, то численность соединения, состоящего из бригад, будет увеличена на 20–30% в зависимости от числа батальонов в бригаде», – уточнил собеседник.
По его данным, Макаров уже обсудил этот вопрос с командующим Воздушно-десантными войсками генерал-лейтенантом Владимиром Шамановым.
В свою очередь бывший командующий ВДВ генерал-полковник Георгий Шпак заявил в понедельник, что «переход ВДВ на бригадную структуру станет новой страницей развития «крылатой пехоты» на современном этапе».
«Если дивизии ВДВ будут состоять из бригад трехбатальонного состава, то это станет новой страницей развития наших войск, резко усилит боевой потенциал дивизий, их способность самостоятельно действовать в отрыве от главных сил и на важных направлениях», – сказал Шпак.
Бригада как тактическая единица, подчеркнул он, имеет в своем составе больше сил и средств для ведения самостоятельных боевых действий в тылу противника. «Бригадная структура предусматривает, в частности, артиллерийский дивизион, дивизион ПВО, подразделение разведки, связи, инженерно-саперное подразделение, то есть все то, что необходимо для боя в тылу противника или в отрыве от главных сил», – отметил Шпак.
Он напомнил, что бригадная структура уже существовала в ВДВ. «Накануне Великой Отечественной войны развертывание Воздушно-десантных войск началось как раз на основе бригад, которые организационно входили в корпуса. Фактически всю войну десантники действовали в этой структуре. Были выброшены два крупных воздушных десанта в составе бригад: под Вязьмой в январе 1942 года и в сентябре 1943 года в боях за Букринский плацдарм на Днепре», – сказал генерал.
Сейчас в составе ВДВ есть четыре дивизии и одна отдельная воздушно-десантная бригада, отдельный 45-й разведывательный полк и 242-й учебный центр, другие подразделения обеспечения. Общая численность войск – около 30 тыс. человек.
Напомним, за последние несколько лет в рамках реформы, о завершении которой было объявлено в марте, были переведены на бригадную структуру Сухопутные войска, при этом полки и дивизии были упразднены. Поначалу такую участь готовили ВДВ, но тогда десантникам удалось отстоять традиционную систему. «Дивизионная система для ВДВ останется основной в связи с тем, что войска имеют свою специфику», – сказал в мае 2009 года командующий, подводя итог, который, как выясняется, был промежуточным. Кстати, к тому времени едва не успели расформировать легендарную Тульскую дивизию, которую после возмущения десантников и решения оставить все, как было, пришлось воссоздавать заново.
Между тем председатель исполкома «Союза десантников России», кавалер орденов Красной звезды, «За военные заслуги», двух орденов Мужества полковник запаса Валерий Юрьев опасается, что таким образом ищут возможность перевести ВДВ на обыкновенную бригадную структуру и, после того как дивизия станет состоять из бригад, собственно дивизионное звено просто будет ликвидировано.
«Изобретают слона», – прокомментировал он газете ВЗГЛЯД разработки новой структуры. «Таких примеров (дивизия, состоящая из бригад постоянного состава – прим. ВЗГЛЯД) в вооруженных силах ни нашей страны, ни других государств нет, поэтому сложно сказать, каким будет данное соединение. Но я не думаю, что оно будет мобильнее», – сказал он.
«У нас в Воздушно-десантных войсках приобретен определенный опыт, наработаны варианты боевого применения дивизий. Эти соединения обеспечивали выполнение задач, поставленных перед Воздушно-десантными войсками. А что касается чего-то нового, то это должно быть просчитано, неоднократно использовано, тогда можно будет говорить, более мобильно это или нет.
#{weapon}Боевая мощь, потенциал сначала рассчитываются теоретически, потом проверяются практически, проводятся командно-штабные учения. Можно было бы на базе одной из дивизий ввести такую структуру, потом можно было бы говорить, лучше это или хуже», – отметил Юрьев.
Он напомнил, что в армии США дивизионная структура сохраняется, а бригады, якобы позаимствованные у них, не имеют постоянной структуры: постоянный состав дивизии – 10 батальонов, которые раздаются бригадам перед выполнением боевых задач по необходимости.
«Если на каком-то направлении надо применить бригаду семибатальонного состава, применяют семибатальонного, надо трехбатальонного – применяют ее. У них даже три штаба бригад в дивизии формировались под конкретные задачи. Так что у них гибкая структура. А у нас просто создали другую структуру – практически получается такой же полк, но немножко мощнее. По сути, усиленный полк», – пояснил полковник Юрьев.
«Самое главное – ничего не обосновывается. «Вот, мы решили». Ну решили – аргументируйте. Любое решение должно быть обосновано расчетами, математическими моделями», – заключил он.
Итоги перехода на бригадную структуру Сухопутных войск, следом за которыми, возможно, этот путь придется проходить ВДВ, председатель Академии геополитических проблем генерал-полковник Леонид Ивашов охарактеризовал так: «Хорошего ничего не скажу. Я общевойсковой командир, и многое мне непонятно. Например, куда девался тот же дивизионный комплект? Был артиллерийский полк, который усиливал полки, был зенитно-ракетный полк, который прикрывал боевые действия мотострелковых и танковых полков, был инженерно-саперный батальон, который не только обеспечивал войска инженерными действиями, но и тушил пожары и т. д. Этого сейчас нет. Трудно сказать, как будет действовать бригада».
Отметим, к примеру, в отдельных разведывательных батальонах мотострелковых и танковых дивизий были собственные средства радиоэлектронной разведки и даже подразделения парашютистов. В разведротах нынешних бригад ничего подобного нет.
Говоря о решении пересмотреть структуру ВДВ, Леонид Ивашов обратил внимание на ряд до сих пор не решенных проблем: «Все время говорят о мобильности. Но военно-транспортная авиация хиреет, ее становится все меньше. По моим данным, сегодня она может сбросить одномоментно только четыре батальона. А остальные, как их ни готовь, превращаются в пехотинцев. Вот и вся мобильность».
Он также отметил, что в нынешней военной доктрине России не предусмотрен такой вид боевых действий, как наступление. «А десантники – это, прежде всего, наступательный элемент боя или операции. Они выбрасываются в тыл противника, захватывают важнейшие объекты и ждут подхода наступающих войск. У нас это не предусмотрено. Так что надо очень внимательно изучать, видеть характер будущих войн на каждом из стратегических направлений и найти место десантников. А затем уже думать, какая структура будет более подходящей. Может быть, полк – это именно то, что нужно», – считает эксперт.
Десантно-штурмовые бригады были наряду с воздушно-десантными дивизиями и в советской армии, и те, и другие соединения участвовали в боевых действиях в Афганистане. По мнению генерал-полковника Ивашова, имеет смысл содержать и бригады, и дивизии: «Где-то, на каком-то стратегическом направлении могут действовать войска бригадного состава, но где-то без дивизий не обойдешься».
«Есть стратегическое направление, где нужны мощные, сильные и многочисленные соединения, то есть дивизии», – сказал Ивашов, уточнив, что имеет в виду скорее восточное направление.
В целом, отметил он, прежде чем принимать такие решения, нужна серьезная научная работа. «Нужны большие исследовательские работы. Моделируются будущие сражения, и дальше смотрят, как сработает бригада, затем все это отрабатывается на масштабных исследовательских учениях. Так все делают. У нас могут безграмотные люди, не выходя из кабинета, что-то нарисовать, и потом идет директива «всем поддерживать», – сказал он.