«Мы расстались по соглашению сторон. Другого варианта у меня все равно не было», – написал в своем блоге бывший политический обозреватель РИА «Новости» Николай Троицкий через сутки после того, как блогер vrode_nichego пожаловался изданию на неподобающее поведение их сотрудника.
Есть угроза убийства, когда существует реальная возможность осуществить сказанное, а есть просто в сердцах сказанные слова, эмоции
Троицкий, опубликовав в своем блоге фотографии берлинского гей-парада, снабдил их резким комментарием: «Хочется надеяться и верить, что такой мерзости в России не будет никогда. Такой «свободы и демократии» мне не надо. Никакой толерантности не хватает, поневоле думаешь о какой-нибудь мощной бомбе, которая убивала бы только педерастов. Честное слово, если бы все эти извращенные твари сдохли, Земля стала бы намного чище». Позже эти слова были удалены, а сам журналист в том же посте написал, что перегнул палку: «Неосторожно переборщил с эмоциями. Был неправ. Я всегда готов признать свою неправоту».
Пресс-служба РИА «Новости» ответила написавшим о недостойном поведении Троицкого блогерам развернутым сообщением, в котором, в частности, поблагодарила пользователей за проявленную бдительность, отметила, что «разделяет возмущение комментариями политического обозревателя агентства», и привела выдержки из «Кодекса корпоративной этики» издания. «Сотрудники не распространяют информацию, порочащую честь и достоинство коллег, а также Агентства; Воздерживайтесь от использования нецензурных выражений; Агентство уважает личную и социальную жизнь своих сотрудников, но сотрудники должны понимать, что их могут воспринимать как часть Агентства и трактовать их высказывания как точку зрения Агентства», – сказано в этом кодексе. В сообщении пресс-службы СМИ, аттестующего себя как «самое современное, технологичное, молодое по духу и возрасту информагентство в России», не разъяснялось, какой именно из пунктов нарушил Троицкий, но к журналисту обещали применить «меры, предусмотренные Трудовым кодексом Российской Федерации».
Увольнение Троицкого вызвало продолжительные споры не только среди блогеров, но и в профессиональном сообществе. В комментариях к записи об уходе из РИА «Новости» журналист собрал как сочувственные, так и негативные высказывания. Известный блогер Илья Варламов* написал в своем ЖЖ о том, что «в любой нормальной стране Троицкий бы наутро остался без работы и остаток жизни провел бы в судах, отбиваясь от многочисленных исков», и посетовал на то, что «у нас Троицкий не получил даже общественного порицания».
#{help=503765}Журналист радиостанции «Эхо Москвы» Владимир Варфоломеев, напротив, считает западную практику «увольнения сотрудников за те или иные высказывания в публичной сфере» не всегда обоснованной: «Какое отношение высказывание журналиста в личном интернет-дневнике имеет к его профессиональной деятельности? Апеллирование к руководству было бы оправдано, если бы автор высказывал подобные суждения и предложения в своих журналистских материалах, сделанных для его СМИ. Однако этого же вроде не было», – рассуждает в посте под названием «Письмо в партком» Варфоломеев.
Главный редактор сайта «Русский обозреватель» Егор Холмогоров сразу же после увольнения Троицкого решил, что издание впредь отказывается от цитирования РИА «Новости». «Запрещено использование какой-либо информации и каких-либо материалов, содержащих ссылки или упоминания РИА «Новости». Такого информационного агентства для нас более не существует», – говорится в сообщении, опубликованном на сайте «Русский обозреватель». Позицию Холмогорова поддержали и блогеры, заявившие о том, что перестают публиковать в своих дневниках ссылки на РИА «Новости».
В комментарии газете ВЗГЛЯД главный редактор «Известий» Александр Малютин призвал журналистов «быть аккуратнее в высказываниях», но выразил уверенность в том, что поступок Троицкого «не стоит увольнения».
Вместе с тем главный редактор «Известий» полагает, что журналист «не совсем свободен даже в личном пространстве, потому что его воспринимают не только как имя и фамилию, но и как представителя издания, поэтому нужно взвешивать каждое слово, понимая, что ты можешь нанести ущерб своему СМИ. Надо учитывать эти обстоятельства».
Сам Малютин, если бы подобный конфликт произошел с сотрудником «Известий», увольнять журналиста не стал бы. «Сделал бы замечание, а увольнять – это поспешное решение, – отметил он. – Это все-таки не радио Руанды, которое призывало убивать, и эти призывы осуществлялись».
Галерист Марат Гельман* согласился с Малютиным в том, что увольнение – слишком жесткий шаг. «Граница между приватным и публичным пространством стерлась, так что можно посоветовать людям быть осторожными. Но я бы не относился к этому столь серьезно. Если бы мой сотрудник написал что-нибудь подобное, то я бы считал, что он гомофоб, но увольнять бы его не стал».
«Понятно, что для журналиста это урок, а для РИА «Новости» – щепетильная тема. Я думаю, что агентство отреагировало не на поступок Троицкого, а на громкую реакцию на поступок», – полагает Гельман, уверенный, однако, в том, что ксенофобия действительно наносит обществу вред: «Любая ксенофобия у нас почему-то легко приживается, но мне кажется, когда сменится поколение, будет легче, хотя я не вижу, чтобы мнение общества по сложным вопросам сдвигалось бы в лучшую сторону».
Собственный корреспондент журнала «Эксперт» в Берлине Сергей Сумленный полагает, что увольнение сотрудника за гомофобию вовсе не приближает российские СМИ к мировым стандартам. «Подобное увольнение в западных СМИ, действительно, никого бы не удивило, в России же оно явно выбивается из общего ряда. Однако я бы не стал сводить западные стандарты независимой и объективной журналистики к одному такому увольнению. Стандарты журналистики (включающие в себя разделение мнения и фактов, независимость от государственного финансирования, признание гуманистических ценностей как основы существования общества) и так далее – гораздо более широкая и основополагающая вещь, и ее нельзя ни заменить стремительным увольнением одного сотрудника, оказавшегося в центре скандала, ни сводить к такому увольнению», – рассказал Сумленный ВЗГЛЯДу.
Кроме того, по мнению Сумленного, в истории с Троицким не нужно искать виноватых. «Я полагаю, что в данной ситуации с Троицким есть свои права у всех: журналист имеет право на высказывания в блогах, редакция – на его увольнение, часть общественности – на требование увольнения, другая часть – на требование сохранения за ним рабочего места. И каждый имеет право на принятие решений, по своему усмотрению. В данном случае, как я понимаю, информационное агентство, пытающееся создать свой образ поставщика взвешенной информации, расстается с излишне радикальным комментатором. Если редакция РИА действительно допустила ошибку, уволив Троицкого, и вызвала этим недовольство действительно широкого слоя аудитории, она сама пострадает от своего решения. Но она могла бы точно так же пострадать репутационно, если бы и оставила его на работе. Что получится в итоге, мы не знаем».
Смущает Сумленного лишь анонимность письма в РИА «Новости»: «Единственная резко не нравящаяся мне сторона истории – это анонимность письма в РИА. Мне кажется, что в данной взрывоопасной ситуации именно наличие «анонимки» обеспечило серьезную долю скандала, заслонив собой суть ситуации – несовпадение имиджа редакции и имиджа колумниста».
Добавим, что главный редактор РИА «Новости» Светлана Миронюк, по словам ее помощника, не будет пока комментировать эту ситуацию – «ни сегодня, ни завтра».
* Признан(а) в РФ иностранным агентом