Как стало известно в понедельник, 14 января в своей камере в Бутырском следственном изоляторе был найден повешенным один из подозреваемых в совершении убийства прокурора Саратовской области Евгения Григорьева.
Я могу только предполагать, что очень много странного происходит в этом деле, у нас люди стали вешаться в камерах
О произошедшем РИА «Новости» сообщил адвокат Алексея Максимова Алексей Сагадиев.
«Максимов находился под стражей два года с 6 марта 2008 года, но 28 декабря 2009 года Верховный суд РФ отменил постановление Саратовского областного суда об избрании для него меры пресечения в виде заключения под стражу, после чего он и повесился», – сообщил Сагадиев.
«По факту смерти Максимова сейчас проводится служебная проверка, – заявили газете ВЗГЛЯД в Федеральной службе исполнения наказаний (ФСИН). – Предварительный посмертный диагноз – асфиксия через повешение. Признаков насильственной смерти не обнаружено».
Адвокат уточнил, что его клиент стал уже вторым предполагаемым самоубийцей среди подозреваемых в убийстве саратовского прокурора. «В марте 2009 года был найден повешенным Евгений Манабетов, он покончил жизнь самоубийством до задержания, причем перед тем, как повеситься, он вскрыл себе вены», – сообщил защитник.
Между тем во ФСИН прокомментировать вторую смерть подозреваемого в деле отказались.
Оценивая произошедшее, адвокат Максимова сказал: «Я могу только предполагать, что очень много странного происходит в этом деле, у нас люди стали вешаться в камерах».
Сейчас под стражей остаются три фигуранта дела об убийстве Григорьева. Всем им предъявлены обвинения по ст. 317, ч. 2 ст. 105 и ч. 1 ст. 222 («Посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа», «убийство» и «незаконное хранение оружия») УК РФ. Подозреваемым грозит наказание вплоть до пожизненного лишения свободы.
Напомним, Евгений Григорьев был застрелен недалеко от подъезда собственного дома на улице Большая Горная в Саратове вечером 14 февраля 2008 года. Нападавший произвел два выстрела. Первым он ранил Григорьева в грудь, второй, так называемый контрольный, был сделан в голову.
Расследование убийства взял под личный контроль генпрокурор РФ Юрий Чайка.
«Расцениваю это как прямой вызов правоохранительной системе. Все: и Министерство внутренних дел, и Следственный комитет, и прокуроры – должны адекватно ответить на него», – заявил он, комментируя это и другие, участившиеся в последнее время покушения на высокопоставленных лиц.
Предварительный посмертный диагноз – асфиксия через повешение. Признаков насильственной смерти не обнаружено
Первым подозреваемым по делу стал бывший помощник прокурора Ртищевской межрайонной прокуратуры, сын прокурора Волгоградской межрайонной природоохранной прокуратуры Геннадия Сосновщенко Сергей. Он был задержан на следующий день после убийства.
Сообщалось, что у молодого человека были основания для совершения преступления. Дело в том, что в июне 2007 года прокуратура области возбудила в его отношении уголовное дело по ч. 4 п. «а» ст. 158 («Кража») и ч. 1 ст. 325 УК РФ («Похищение или повреждение документов, штампов, печатей либо похищение марок акцизного сбора»). По версии следствия, Сосновщенко-младший мог хотеть отомстить районному прокурору.
В облпрокуратуре не сомневаются, что «преступление было заказным и связано с профессиональной деятельностью убитого». По словам одного из представителей ведомства, прокурор «кому-то слишком мешал».
17 марта 2008 года обвинение в убийстве прокурора было предъявлено трем подозреваемым, в том числе директору саратовского завода «Серп и молот» Алексею Максимову. Еще одного, Марата Казакова, обвинили незадолго до этого.
По данным следствия, Алексей Максимов имел основания для того, чтобы «заказать» Евгения Григорьева. Как писала газета «Ведомости» со ссылкой на источник, близкий к штабу расследования убийства, Григорьев инициировал ряд проверок на заводе по факту незаконной скупки акций Максимовым у миноритариев.
По данным «СПАРК-Интерфакс», с 2004-го по 2007 год Максимов увеличил свою долю в заводе с 21,83 до 35,14%, а его сын Василий Максимов – с 10,05 до 25,05%.
По данным «Российской газеты», на счету директора саратовского завода и до этого была одна судимость. «В прошлом году Максимов был осужден за нанесение побоев сотруднику милиции. Суд назначил наказание руководителю предприятия в виде штрафа, но прокуратура обжаловала этот приговор. Однако не мог же этот факт стать причиной убийства, максимум, что могло грозить директору за это преступление, – условное наказание», – пишет издание.
Позднее дело Максимова было выделено в отдельное производство. В Саратовском областном суде рассматривалось уголовное дело о применении к Максимову принудительных мер медицинского характера в связи с возникшим у него психическим заболеванием, которое было выявлено московским психиатром, передает ИА «САрИнформ». По делу была назначена стационарная психиатрическая экспертиза в Московском институте имени Сербского.