Владимир Путин, естественно, никак не отмечал 20-летие своего руководства страной – которое началось в августовские дни 1999 года, когда на Северном Кавказе только начиналась вторая чеченская война. Но рюмка водки, оставленная им нетронутой 27 августа 1999 года и выпитая 12 сентября 2019 года, может считаться поднятой за все, что было сделано в эти двадцать лет, за весь пройденный путь. Не Путиным – а всем нашим народом, какими бы высокопарными ни казались эти слова.
Потому что история с невыпитой тогда в Ботлихе рюмкой стала едва ли не первым характерным жестом, с которым наши люди обратили внимание на нового премьер-министра. Уже потом будут разные ставшие знаменитыми путинские фразы (в том числе и «мочить в сортирах» про террористов) и дела – а тогда слова, сказанные Путиным за столом в штабной палатке в Ботлихе, позволяли телезрителям, подавляющее большинство из которых всего три недели назад едва слышали о Путине, начать формировать свое мнение об этом человеке.
Что он тогда сказал? Да ничего особенного на самом деле – но это были очень важные в тот момент слова и жест, говорящие о человеческих качествах Путине очень многое:
«Очень хочется по русской традиции и по традиции священной земли Дагестана, где мы с вами сегодня находимся, поднять этот бокал и выпить за память тех, кто погиб... Очень хочется выпить и за здоровье раненых и пожелать счастья всем присутствующим.
Но у нас с вами впереди много проблем и большие задачи, вы это прекрасно знаете. Вы знаете, что планирует противник, какие провокации ожидаются в ближайшее время, в каких районах. Мы с вами не имеем права позволить себе ни секунды слабости, ни секунды. Потому что если мы это сделаем, то те, кто погиб, получается, что погибли напрасно. Поэтому я предлагаю сегодня эту рюмку поставить. Мы обязательно выпьем за них, обязательно! Но пить будем потом...»
Путин не сказал тогда – «после победы», он через паузу добавил, что «потом – тогда, когда эти задачи принципиального характера, вы о них все знаете – будут решены». Но и в памяти самих ботлихцев, и в массовом сознании отложилось несказанное, но подразумеваемое – потом, после победы.
Поэтому так символично то, что Путин выпил ту рюмку именно сейчас. Но почему лишь двадцать лет спустя? Ведь война на Кавказе давно закончилась – и Путин с тех пор не раз был в Дагестане. Да, до Ботлиха не добирался – но его там ждали, и три месяца назад во время прямой линии напомнили про тост и прямо спросили: когда приедете, чтобы поднять бокал вместе с нами? Вот Путин и добрался – и договорил тост.
Но сначала он возложил цветы к открытому вчера памятнику погибшим воинам и ополченцам. А потом уже сел за стол с бывшими ополченцами – и поднял рюмку. Сказал, что село отмечает трагическую, но славную с точки зрения результата годовщину боевой работы ополченцев, и что поздравлять с этой датой трудно, потому как было много потерь – но нельзя не отдать должное героизму и мужеству людей:
«Тогда дагестанцы отстояли не только свою малую родину, свой Дагестан, свое село, но и, по сути, показали пример всей стране, что значит сплочение людей перед общей опасностью. Когда такая ситуация возникла здесь, вы и показали, на что способны вы, на что способна вся наша страна, вы показали очень хороший пример...».
Путин рассказал о том, насколько важно было для него то, что он тогда увидел в Ботлихе, какие силы ему это придало:
«Я вспоминаю те события, я совершенно искренне говорю, это не для красного словца: для меня было чрезвычайно важно то, что здесь произошло. Это была абсолютно принципиальная вещь, потому что я увидел, что люди поддерживают, я понял, что люди готовы идти на самые большие жертвы ради своего Отечества. С этого момента для меня стало ясно, что мы победим, и никакие террористы нас не возьмут, и шансов у них нет. Вот именно с этого момента».
Далеко не формальной была и благодарность Путина ботлихцам за то, что они помнят о тех событиях:
«Спасибо, что не забываете. Есть вещи, которые нельзя забывать и нельзя переврать. Это касается и Великой Отечественной войны, и таких событий. Если мы забываем что-то, то это что-то забытое к нам может потом вернуться. А если помним, знаем, что нас где-то ждет какая-то опасность, то у нас есть все шансы это предотвратить».
Понятно, что ботлихцы в ответ наговорили главе государства массу теплых слов, включая и то, что в Дагестане гордятся таким президентом, отмечая его мужественность и прочее, прочее. На что Путин искренне ответил:
«При таких людях, при таких замечательных, красивых и добрых женщинах, при таких мужественных и строгих мужчинах в России не может быть какой-то слюнтяй во главе государства – это само собой разумеется, это по-другому невозможно. Силу и мужество главе государства дают люди».
Вот это, собственно, и можно назвать ответом Путина не только дагестанцам – но и в целом на рассуждения о том, что и как сделано им за двадцать лет. Сила Путина – только от людей, от их силы и мужества, ума и веры.
Не случайно он вспомнил в Ботлихе и о вере духовной. Не только потому, что 20 лет назад местные жители отражали наступление отрядов Басаева, шедших под знаменами якобы «чистого ислама», и не только потому, что в Дагестане, как он отметил, за эти годы построено две тысячи мечетей. Нет, Путин опять-таки говорил о России в целом:
«У нас многоконфессиональная страна, но если посмотреть повнимательнее, в основе всех наших конфессий ценности-то одинаковые. Что касается морально-этической составляющей, они практически все одинаковы... То, что в наших народах сохраняется такое отношение к этим ценностям, – это главный залог нашей государственной устойчивости».
У нашего народа есть те самые скрепы, ценности, идеалы, которые спасли Россию двадцать лет назад и дают нашему народу веру в свою страну и ее великое будущее. В то, что с какими бы сложностями, бедами, испытаниями и проблемами мы ни сталкивались, победа все равно рано или поздно будет за нами. Они дают понимание, что мы не можем позволить себе слабость – и не только в дни испытаний – и должны помнить о том непростом пути, который прошел наш народ. Вот за это Владимир Путин и поднял сегодня свой тост в Ботлихе. #{bigimage=1590545}