Вторую мировую войну совместно начали СССР и Германия, разделив в 1939 году Польшу в соответствии с пактом Молотова – Риббентропа и секретными протоколами к нему. Два тоталитарных режима действовали как союзники и тем самым поднесли фитиль к запалу мировой бойни. Об этом нас настойчиво информируют отдельные представители отечественной интеллигенции, западные историки и – особенно – украинские масс-медиа. Проведем мысленный эксперимент: попробуем на минуточку принять эту логику. Будем совершенно непредвзяты и постараемся проследить, кто же и когда в таком случае действительно начал Вторую мировую войну, кто кому был союзником и даже какие режимы считать тоталитарными?
Один из многих
В логике обвинений со стороны Украины, Запада, либеральной интеллигенции мы априори виновны, агрессивны, тоталитарны – и остаемся такими по сей день
Итак, «пакт Молотова – Риббентропа», а выражаясь в терминах отечественной историографии – «Договор о ненападении между Германией и Советским Союзом» был подписан 23 августа 1939 года наркомом по иностранным делам СССР и министром иностранных дел Германии. Вкратце суть договора такова: стороны воздерживаются от нападения друг на друга и соблюдают нейтралитет в случае военных действий сторон с участием третьих стран. В секретном протоколе к договору также говорилось о разграничении сфер интересов в Европе. В советскую сферу интересов попали Финляндия, Латвия, Эстония (без Литвы – она входила в зону интересов Германии), восточные территории Польши вплоть до Варшавы, Бессарабия.
1 сентября 1939 года фашистская Германия начала вторжение в Польшу. В ответ Франция и Великобритания, связанные с Польшей соглашениями о взаимопомощи, объявили, что находятся с Германией в состоянии войны. При этом немецкие войска стремительно продвигались по польской территории, а союзники Варшавы вели политику, позже получившую название «Странная война», иначе говоря, не предпринимали ничего. С 1 по 6 сентября из Варшавы в Брест последовательно выехали президент, правительство и главнокомандующий. Отметим, что немецкие войска впервые атаковали Варшаву лишь 8 сентября и были, кстати, отброшены защитниками, бои за город продолжались до 28 сентября.
Переезд всех органов власти в Брест внес значительную дезорганизацию в управление войсками (ряд историков полагают, что управление было и вовсе утрачено). Впрочем, к тому моменту, 9–11 сентября, польское руководство уже вело переговоры об эвакуации во Францию. 16-го числа они обратились к Румынии с просьбой о предоставлении транзита и 17-го покинули страну. Польская историография утверждает, что все это ничего особого не значило – высшая гражданская и военная администрации страны планировали продолжать борьбу и руководить обороной в изгнании.
Москва расценила положение совершенно иначе. 17 сентября послу Польши в СССР была зачитана нота, в которой говорилось: «Польское правительство распалось и не проявляет признаков жизни. Это значит, что Польское государство и его правительство фактически перестали существовать... Предоставленная самой себе и оставленная без руководства, Польша превратилась в удобное поле для всяких случайностей и неожиданностей, могущих создать угрозу для СССР... Советское правительство не может также безразлично относиться к тому, чтобы единокровные украинцы и белорусы, проживающие на территории Польши, брошенные на произвол судьбы, остались беззащитными. Ввиду такой обстановки советское правительство отдало распоряжение Главному командованию Красной армии дать приказ войскам перейти границу и взять под свою защиту жизнь и имущество населения Западной Украины и Западной Белоруссии».
Воздерживаясь от оценок, лишь отметим пару моментов. В зону советских интересов по Пакту входили территории вплоть до Варшавы, но реально заняты были лишь Западная Украина и Белоруссия. Те самые Западная Украина и Западная Белоруссия, что были в свою очередь отторгнуты от Советского государства в 1920 году по итогам Советско-польской войны. Тогда Юзеф Пилсудский решил, что самое время восстановить военным путем геополитическое влияние Польши и начал при поддержке Франции, США и Англии войну, руководствуясь, в общем-то, теми же принципами: у соседа вовсю идет Гражданская, централизованной общепризнанной власти вроде бы нет, а эти территории исконно принадлежали Варшаве. Поляки дошли до Минска, пока не выяснилось, что и власть уже есть, и Красная армия чего-то да стоит. Впрочем, та война все равно сложилась для Советов крайне неудачно, только в польских концлагерях погибло до 80 тысяч пленных красноармейцев. Современные польские историки говорят (и это официальная государственная позиция), что политика правительства по отношению к пленным тут ни при чем – они сами себя уморили голодом, а потом эпидемии начались, время было такое.
Да, это было давно, и мало ли у кого были территориальные претензии друг к другу. Вопрос в другом: если в секретном протоколе сфера интересов в Польше была одна, а занята была другая территория, если Финляндия была обозначена полностью, а чуть позже по итогам Зимней войны оккупировать Финляндию целиком даже не пытались (хотя и могли), может быть, речь идет все-таки не о планах раздела Европы через завоевания?
Идем дальше. Если 1939 год рассматривать как совместное начало фашистской Германией и СССР Второй мировой войны (причем в качестве союзников), то как тогда следует относиться к событиям 1938 года, когда Польша одновременно с фашистской Германией напала на Чехословакию и завершила её совместный раздел? Дело явно не в том, что чехи и словаки по сути не оказывали вооруженного сопротивления, ведь и Западная Украина с Белоруссией отнюдь не воевали с РККА. Да, у Польши и Чехословакии был давний территориальный спор, как раз по Тешинской области и как раз со времен 1918–1919 годов, но ранее мы договорились не рассматривать территориальные претензии двадцатилетней давности в качестве обоснования событий. Возможно, Польша была никак не связана договорами с Гитлером? И снова – мимо: был Договор о ненападении 1934 года, так называемый пакт Гитлера – Пилсудского, а французская пресса того периода писала, что и секретный протокол к договору существовал – о восточном направлении польских интересов. Считать ли Польшу на этом основании союзницей Германии аж с 1934 года? Открытый вопрос.
Наконец, есть еще довод «морального права», относимый обычно к демократиям западного типа. Если бы Польша была поистине демократической европейской страной, то можно было бы заявить, что она, поддержанная старыми демократиями Европы, несла вовне истинно правильные идеалы, спасая словаков и чехов от гнета тоталитаризма. Но этого не было. Польша тех лет – типичная консервативно-националистическая диктатура с практикой последовательных территориальных экспансий имперского типа. Чтобы это понимать, достаточно поинтересоваться историей тандема Пилсудский – Мосцицкий. И тем, почему пакт с Гитлером заключал именно Пилсудский, а не формальный президент страны.
СССР на тот момент вообще был окружен исключительно «демократическими» режимами, вспомнить хоть военного диктатора Сметону в Литве, или диктатора Улманиса в Латвии, или диктатора Эстонии Пятса. Финляндия сейчас и впрямь эталон демократии, однако фамилии Маннергейм и Свинхувуд (последний кем только не был – и регентом при германском принце-короле в 1918-м, и премьер-министром, и президентом) тоже о многом говорят.
И все эти режимы были поддержаны, часто – прямой военной помощью старыми европейскими демократиями.
Сосредоточение зла
#{smallinfographicleft=744100}Итак, почему Польше в 1938-м было можно, а СССР в 1939-м нельзя? Как и у Польши, у Чехословакии были свои покровители – те же Франция и СССР, с которыми Прага была связана соглашениями о взаимопомощи. Но еще в начале международного кризиса Варшава поспешила заявить, что немедленно объявит Советскому Союзу войну, если он попытается отправить войска на помощь Чехословакии. В свою очередь, Франция и Великобритания попытались разрешить конфликт с Гитлером миром. Так появился Мюнхенский сговор, или Мюнхенское соглашение, подписанное 30 сентября 1938 года премьер-министром Великобритании Чемберленом, премьер-министром Франции Даладье, рейхсканцлером Германии Гитлером и премьер-министром Италии Муссолини – о передаче Германии Судетской области Чехословакии. Да, у Германии к Чехословакии тоже были территориальные претензии и тоже из области «двадцать лет назад». Взглядом Чехословакии на сложившуюся ситуацию никто даже не поинтересовался.
Может быть, Франция и Великобритания не запятнали себя договором о ненападении с фашистской Германией (не будем о секретных протоколах; в отличие от СССР эти страны делили Европу явно и не просто на сферы интересов, а прямо рисуя новые границы по своему усмотрению – Версаль, Линия Керзона в Советско-польской войне, мюнхенский раздел)? Нет, такие договоры были. В сентябре 1938 года, сразу же после Мюнхена по инициативе Чемберлена была подписана Англо-германская декларация о ненападении. А если быть точнее, то «декларация о дружбе и ненападении». Есть еще и знаменитое одностороннее англо-германское Морское соглашение 1935 года (подписанное без участия союзников по Антанте), по сути, перечеркнувшее версальскую систему ограничения вооруженных сил Германии. А в декабре 1938 года декларация о ненападении была подписана уже между Францией и фашистской Германией. В ней, в частности, говорилось, что высокие договаривающиеся стороны не имеют друг к другу претензий, в том числе территориальных, и намерены строить мирные и добрососедские отношения. В это самое время Гитлер и Пилсудский резали Чехословакию на части. Но вот интересный момент, после подписания в Париже декларации французский политик Поль Рейно писал: «Сложилось впечатление, что отныне германская политика будет направлена на борьбу с большевизмом. Рейх дал понять о наличии у него стремления к экспансии в восточном направлении...»
Также договоры о ненападении имели с Гитлером Литва, Дания, Эстония, Латвия. Считать ли все эти страны союзниками Гитлера? А как следует рассматривать аншлюс Австрии 1938 года, входящий в противоречие с Версальским договором, эту перекройку границ, еще 20 лет назад (снова 20 лет назад!) гарантированных Антантой? Ведь именно этот аншлюс создал плацдарм для нападения на Чехословакию. И как, в конце концов, относиться к самому Версальскому договору 1919 года, перекроившему Европу по живому; к «жадному торжеству победителей», как писали тогда? Ведь именно отсюда пошли все эти территориальные претензии двадцатилетней давности». Напомним, кстати, что современная Польша была образована в период между капитуляцией Германии и подписанием Версальского договора, который и гарантировал ее границы, в том числе, «прирезав» к ней 43 тысячи квадратных километров от Германии. Просто затем Пилсудскому захотелось больше – и уже от Советов.
Рассматривать ли совокупность европейских событий 30-х годов как де-факто ликвидацию версальской системы самими странами Антанты – ее гарантами? Тут сразу возникает вопрос – зачем? Зачем фашистского джинна последовательно выпускали из бутылки? Не для тех ли самых действий на восточном направлении, о которых писал Поль Рейно?
Предложим единственно возможный ответ на множество возникших вопросов. Это только СССР был на европейской карте особенным и не должен был вести никакой внешней политики, в том числе и направленной на собственную безопасность. Это только мы должны были жить с закрытыми глазами, не обращая внимания на действия сильных мира сего. А если решались действовать в общепринятых на тот момент рамках, то сразу становились «союзниками Гитлера». Поэтому именно мы разделили с фашистами Европу и дали старт Мировой войне, хотя Европу делили все на протяжении всех 30-х годов, а до этого разделили в 1919-м и практически сразу забыли о данных друг другу гарантиях.
Негоже выбрасывать из истории одни факты в угоду другим, нехорошо превращать ее в конструктор «Лего», из которого что хочешь, то и соберешь – как конъюнктура момента подскажет. Но в логике обвинений со стороны Украины, Запада, либеральной интеллигенции мы априори виновны, агрессивны, тоталитарны – и остаемся такими по сей день. Зато вокруг нас люди сплошь с открытыми лицами, настоящие европейцы – гуляют себе по бульварам, развлекая друг друга приятной беседой, и знать не знают ни о каких войнах, аншлюсах, десятках тысяч замученных пленных и различных пактах. Ну, кроме пакта Молотова – Риббентропа, конечно. Такое, понятно, не забывается. Ведь его подписала Россия-СССР – сосредоточение зла.