Накануне директор департамента информационной политики МИД Украины Евгений Перебийнис заявил следующее:
Главный тезис украинской национальной идентичности – «Украина не Россия», то есть без России эта идентичность не может, на отрицании России она строится
«РФ, аргументируя законность крымского референдума, делает упор на право народов на самоопределение. Хотел бы отметить, что все международно-правовые документы по такому праву касаются именно коренных народов. На Украине проживают четыре коренных народа, этногенез которых связан с территорией Украины, – это украинцы, крымские татары, караимы, крымчаки. Последние три происходят с территории Крыма, а остальные являются диаспорой народов, имеющих свои этнические родины за пределами Украины».
Традиционная уже фраза о том, что «история украинцев ничему не учит», нашла очередное подтверждение. Действительно не учит, причем совсем недавняя история. Когда Украина, востоком своим и югом испугавшись транслируемых с Майдана тезисов, начала буквально распадаться, не только в Киеве, но и во Львове поняли, что погорячились. На отмену закона о региональном языке было наложено вето, галицийская интеллигенция показательно заговорила по-русски, и даже непримиримый Олег Тягнибок внезапно стал добрым и пушистым, озвучив несколько примирительных заявлений. Ничего удивительного: история и политика знают множество примеров, когда дорвавшиеся до власти радикалы становились умеренными и респектабельными деятелями, то бишь умнели. Но когда профессиональный дипломат на фоне сепаратистских процессов вдруг заявляет, что русские не являются коренным народом Украины, остается только руками развести. Горбатого могила исправит.
А нам остается углубиться в историю. Концепцию о том, что никаких украинцев вообще не существует, а есть лишь испорченные поляками русские, мы транслировать не будем: она, во-первых, неверная, а во-вторых, для украинцев обидная, а мы не директор департамента информационной политики МИД Украины, чтобы разжигать этническую рознь на ровном месте. Поговорим о другом, и в рамках этого разговора можно, в принципе, опустить утверждение о том, что некогда русские и украинцы были одним народом, говорящим на одном языке, а размежевание произошло в период с X по XVI век. Размежевание обычно связывают с деятельностью Золотой Орды, но в целом оно совершенно естественное. Для сравнения можно взять страны Европы, в частности Германию, где верхненемецкий диалект языка значительно отличается от нижненемецкого. В Италии таких диалектов еще больше. Были они и в России, но период развития массмедиа совпал с советским, и языковое пространство оказалось унифицировано – были утрачены не только многие диалекты, но и говоры. Украинский язык, который ряд исследователей до сих пор считают диалектом русского, этого избежал: в полном соответствии с ленинской политикой в отношении национальных меньшинств его холили и лелеяли.
Но опустим все это. Будем отталкиваться от любимого Киевом утверждения, что на момент Переяславской рады существовали два отдельных этноса с самостоятельными языками: русским и украинским. Пусть так. Беда в том, что расселение украинского этноса никак не совпадает с границами современной Украины, в первую очередь это касается ее востока и юга. Чтобы это проиллюстрировать, возьмем, к примеру, земли, составившие нынешние Луганскую и Донецкую области. Когда-то там жили скифы, сарматы, проболгары, печенеги, половцы, тюрки. Эта территория была местом ожесточенной борьбы между Большой Ордой и Крымским ханством. И только потом ее стали заселять донские (не запорожские, а донские) казаки и рязанцы. Считать рязанцев украинцами, пожалуй, никак нельзя. Если же исходить из глупой, но популярной среди украинских националистов концепции, что Россия – это Орда, а русские – ордынцы, то все совсем плохо: в середине XIV века столица Золотой Орды находилась на территории современной Луганской области. Итого: русские на тех землях появились раньше украинцев. И живут до сих пор.
Но что Орда: большинство крупных городов востока и юга Украины обязаны своим появлением князю Потемкину и императрице Екатерине II, которых тоже сложно назвать украинцами. Разговаривали в тех городах преимущественно на русском языке.
Собственно, украинцами раньше называли население пограничных земель – украин – вне зависимости от их этнического происхождения. Это было, в частности, население Тулы, Каширы, Коломны, Тарусы, Брянска, и вряд ли кто рискнет утверждать, что эти города населяли украинцы в современном понимании этого слова. В то же время в представлении Великого княжества Литовского украинами были Киевские, Волынские и Подольские земли. В общем, пограничье. Существовали также «окская украина», «псковская украина», «сибирская украина», «слободская украина».
#{ussr}Но кто же тогда украинцы как этнос? Общих предков украинцев, русских и белорусов когда-то называли «русинами», позднее – «руський народ». Еще совсем недавно (конкретно – в XIX веке) население Галиции и Волыни, которое ныне считает себя истинными украинцами, именовало себя «руськими». В творчестве патриарха украинской литературы Тараса Шевченко слово «украинцы» отсутствует (сравните с тем, насколько часто Пушкин писал о русских). Национально-освободительное и славянофильское движение в Австро-Венгрии, говоря на украинском языке, создало такую организацию, как «Главная русская рада». Окончившие Львовскую духовную семинарию поэты Шашкевич, Головацкий и Могилевич называли себя «Русской тройцей». В общем, украинцы были и раньше, но само слово для обозначения этноса стали использовать в XIX, а особенно в XX веках, ибо большевики считали принятый в империи термин «малороссы» шовинистическим. Пусть так, но фраза о том, что русские не коренной народ Украины, в таких раскладах смешна особенно.
Вернемся в настоящее. Около 30% нынешнего населения Украины считают русский язык родным. Среди них – потомки тех, кто некогда жил в Киевской Руси – государстве-матке, из которого вышли Россия и Украина, русские и украинцы, русский и украинские языки. Среди них есть потомки тех, кто заселял земли Донецкой, Луганской, Днепропетровской, Одесской областей и раньше украинцев, и одновременно с ними. Среди них потомки тех, кто построил крупнейшие города востока и юга нынешней Украины. Именно поэтому на многих землях, входящих в Украину, говорили и будут говорить на русском языке. Попытки выставить русских теми, кто «понаехал» на земли украинцев, попросту лживы.
Возможно, господин Перебийнис является сторонником распространенного среди украинских националистов утверждения, что русские на самом деле не славяне, а помесь тюрков с финно-уграми, но если так, то это от безграмотности: славяне, тюрки и финно-угры – это вообще не про этнос, а про языковую семью. Если же он ратует за концепцию исторической справедливости и за право «истинно коренных народов», то должен пойти дальше и передать земли ныне украинского Дикого поля и Причерноморья под управление Афин, Казани или Анкары. Ибо отказывая русским в праве быть коренным народом в Одессе и Донецке, он отказывает в том же и украинцам.
«Диаспора» – это про людей, проживающих вне страны своего происхождения, но для русских Киевская Русь – такая же мать, как и для украинцев. «Диаспора» – это про специальные институты, с помощью которых этнос поддерживает свои культурные и языковые особенности на чужбине, но у русских их нет, они в них не нуждаются – эти города веками говорили на русском, а эти люди уже доказали, что не подвержены культурной ассимиляции. «Диаспора» – это про сплоченную этническую группу, но русские Украины таких групп не образуют, они живут, как жили столетия до этого, являясь естественной и полноценной частью всей Украины. Русские есть в правительстве, в науке, в культуре, и даже на Майдане были русские. Эти русские не считают, что должны держаться друг за друга, чтобы сохранить свой этнос и культуру. Потому что эти русские живут дома. Просто так уж случилось, что в XX веке по бывшей Российской империи прошли административные границы, зачастую не соответствующие языковой, культурной и этнической картине региона. Потом эти границы стали государственными, русские – самым большим разделенным народом Европы, а украинские русские – самым большим этническим меньшинством Европы. Но повторимся: эти люди живут у себя дома.
В речи Перебийниса особенно смущают два момента. Первый: нормально ли, что от заявления официального представителя МИДа полшага до «черепомерки» и деления граждан на «коренных» и «понаехавших»? Второй: точно ли Украина собралась интегрироваться в западный мир? Для современного западного мира совершенно естественно иметь несколько государственных языков и множество региональных (в США, к примеру, государственных языков вообще нет, а в Нью-Йорке региональным является, в том числе, русский; то есть Нью-Йорк предоставил русскоязычным то, что Киев не хотел делать применительно к Луганску, Одессе и Харькову). Представить, что испанский МИД вдруг называет каталонцев не коренным народом, а диаспорой и точно так же поступает МИД Канады в отношении французов Квебека (а французы в Квебеке появились примерно тогда же, когда русский и украинский языки размежевались), попросту невозможно.
Но для «молодой европейской демократии» это почему-то нормально и естественно. Что внушает уже нешуточные опасения.