На самом деле, не так уж важно, умер ли Бадри Патаркацишвили сам, или ему помогли оставить этот мир. Каким бы ни было заключение паталагоанатомической экспертизы, все равно будут те, кто назовет его смерть насильственной. Как, впрочем, и те, кто не поверит в убийство.
Очередное «преступление врагов свободы» поможет Милибенду доказать, что демократия должна быть с кулаками
Бывший соратник Бориса Березовского, вынужденный в свое время покинуть Россию, опасаясь уголовного преследования. Бывший главный олигарх Грузии, перешедший в оппозицию к президенту Михаилу Саакашвили, бежавший из страны и, находясь в эмиграции, баллотировавшийся в президенты. Один из самых богатых и знаменитых изгнанников, нашедших приют в Соединенном Королевстве. К тому же, человек, чей бизнес, по убеждению многих специалистов, имел явственный криминальный оттенок.
Можно ли поверить в то, что такой человек просто взял – и умер? Сложно. Потому информационный шум уже поднялся в Тбилиси и в Москве – а вскоре, наверняка, поднимется и в Лондоне. Даже если вскрытие покажет, что у Патаркацишвили сердце внезапно остановилось без всякого постороннего вмешательства, политические толкования будут. Так же, как будут проигравшие и бенефициарии.
Оставим в стороне версию о том, что Бадри был устранен кем-то из своих бизнес-партнеров по причинам чисто коммерческого свойства. Даже если она верна, для политических последствий смерти в Суррее это не имеет особого значения.
Устранение Патаркацишвили чисто по-человечески может порадовать президента Саакашвили, которому покойный в прошлом году доставил немало неприятностей – и как владелец оппозиционного телеканала «Имеди», и как главный спонсор оппозиции, и как один из соперников на выборах. Однако политических выгод для грузинского лидера тут нет. Реальной угрозы для власти Бадри уже не представлял и консолидирующей фигурой для оппозиции не был.
Как раз гибель Патаркацишвили может быть полезна для грузинских оппозиционеров. Если они примут за аксиому, что Бадри был убит, причем по воле Саакашвили, то у них появляется свой «мученик», а это может способствовать сплочению оппозиционных сил. Вот только фигура не слишком удачная в смысле мученичества – все же бывший олигарх не очень соответствует образу борца за свободу и справедливость. И превратить его в знамя, вокруг которого соберутся все противники Саакашвили, не так-то просто.
Что касается России, для которой покойный Бадри тоже не посторонний, то у нас смерть олигарха не выгодна практически никому. Разве что, кому-либо, у кого с Патаркацишвили сильно расходились бизнес-интересы. А вот в политических кругах выигравших нет. У российской оппозиции с Бадри пересечений не было, а власти он был безразличен.
Правда, незадолго до смерти Патаркацишвили в российских СМИ появилась расшифровка его интервью, в котором он в стилистике «Крестного отца» рассказывал о своих отношениях с будущим президентом Владимиром Путиным. Однако аутентичность этого интервью сразу вызвала сомнения. В контексте последующих событий эта публикация скорее говорит о том, что кто-то старательно указывает на российские спецслужбы, как на авторов и исполнителей убийства.
Evening Standard в среду уже порадовала читателя информацией о «таинственной смерти путинского врага
Кто указывает? Некоторое российские политики сразу назвали имя: Борис Березовский. Вот выигрывает или проигрывает беглый олигарх от смерти своего бывшего соратника, до конца непонятно. С одной стороны, к нему опять привлечено внимание, его опять вспоминают, как «оппонента Кремля» – а это Борис Абрамович любит.
С другой стороны, смерти людей, близких к Березовскому, но уже не представляющих практической ценности, наводят на мысли о том, что за их устранением может стоять и сам БАБ. В конце концов, его бизнес в 90-х годах отнюдь не был образцом цивилизованности…
Хотя есть и тот, кому смерть Патаркацишвили, представленная как «убийство агентами Кремля», явно будет на руку. Причем в какой-либо причастности к этому невеселому событию его заподозрить невозможно. Речь о нынешнем британском министре иностранных дел Дэвиде Милибенде.
Господин Милибенд уже прочно перехватил у своего прямого начальника – премьер-министра Гордона Брауна – первенство во внешнеполитической сфере. Глава Форин-Оффиса не ограничивается ролью исполнителя, но претендует (не без успеха) на полную самостоятельность в определении внешнеполитической стратегии.
В этой стратегии центральное место занимает борьба за демократию во всем мире, включающая применение силы по отношению к авторитарным режимам. К таковым внук троцкиста относит и Россию. Не далее как во вторник он говорил об этом, выступая в Оксфордском университете. Речь, по накалу сопоставимая с Фултонской речью Уинстона Черчилля, пока осталась почти никем незамеченной. Очередное «преступление врагов свободы» поможет Милибенду доказать, что демократия должна быть с кулаками.
Тем более что европейские СМИ уже готовы подыграть. К примеру, Evening Standard в среду уже порадовала читателя информацией о «таинственной смерти путинского врага». Главный репортер газеты Роберт Мендик напоминает о дружбе покойного с Березовским, проводит параллель с «делом Литвиненко» и сообщает, что Патаркацишвили предупреждал, что его могут убить.
«Это напоминает случай Александра Литвиненко, бывшего русского шпиона, погибшего при весьма странных обстоятельствах», – пишет уже немецкая Bild.
Тем не менее, в большинстве случаев медиа «старого континента» не спешат делать выводы, пока ограничиваясь лишь напоминанием, что врагов у него было много, а для современной грузинской политики эта таинственная смерть – уже не первая.
«Это была спорная фигура, – пишет France Presse, – Не только из-за своих коммерческих дел, но также из-за своей роли лидера грузинской оппозиции… Пока неясно, скончался ли Патаркацишвили из-за проблем сердцем, как заявил один из близких к нему людей, или из-за тревоги о политической ситуации на родине, как заявил бывший глава его выборного штаба, или вследствие неестественных причин. У него не было недостатка во врагах, которые говорили о темном прошлом богатейшего человека Грузии, включая участие в убийствах».
Австрийская Die Presse напоминает, что швейцарская полиция официально характеризует Патаркацишвили, как «криминального авторитета».
«Бадри Патаркацишвили был противником грузинского президента Михаила Саакашвили, ему было всего 52 года», – пишет журнал Spiegel, отмечая, что британская полиция называет смерть оппозиционера в Лондоне «подозрительной».
Reuters указывает, что Патаркацишвили обвинял президента Саакашвили в создании диктатуры. Кстати, сам грузинский лидер сообщил на днях, что «демократия в Грузии жива и здорова». Эти слова газета Frankfurter Allgemeine вынесла в заголовок интервью с президентом.
«Нет свидетельств, что Патаркацишвили имел сердечные проблемы, – утверждает немецкое агентство dpa, ссылаясь на слова его врача и неназванных родственников, – Соответственно, его друзья говорят о возможном заговоре с целью убийства». Далее агентство напоминает, что «за последние три года это уже вторая таинственная гибель крупного грузинского политика».
«В начале 2005 года в квартире друга в Тбилиси от отравления газом скончался тогдашний премьер-министр 41-летний Зураб Жвания» – пишет агенство.
Так или иначе, покойный Бадри Патаркацишвили, почти выбывший из политического оборота, после своей смерти вернулся. И стал более весомой фигурой, чем был при жизни.