- Александр Яковлевич, как вы думаете, 4 Ноября, День народного единства, – это уже настоящий праздник или все еще «отвлеченная тема»?
- Праздник, конечно, не фальшивый – вполне настоящий государственный праздник, указом президента учрежден. Стало ли 4 Ноября подлинно народным? Считаю, что пока не стало. Во всяком случае, рейтинга прежнего праздника, 7 Ноября, точно не достигло. Но с точки замерзания отношение к этому дню сдвинулось. Праздник, как и любая другая традиция, для прорастания требует времени, методичной пропагандистской работы, если хотите, «раскрутки». Сейчас, что называется, процесс пошел. Появилось представление о сути событий, происходивших 400 лет назад, первые ростки массового признания народных героев и значения их подвига для русского государства. Думаю, лет через пять он войдет в жизнь общества окончательно.
Народное единство не может быть только днем праздника, оно должно стать естественным состоянием российского общества
- Фактически мы отмечаем преодоление Смутного времени, сохранение целостности России. А сейчас, сегодня, подобные угрозы полностью исключены?
- Нет. Не уменьшилось количество желающих поиграть на национальной поляне, потому что большая и сильная Россия многих раздражает и пугает. Кроме этого, нужно помнить, что до тех пор, пока сохраняются внутренние угрозы стабильности, мы не можем быть до конца спокойны. Прежде всего – бедность и социальная неудовлетворенность. Стабильность рядового гражданина – вот то, что является подлинным залогом стабильности государства. Народное единство не может быть только днем праздника, народное единство должно стать естественным состоянием российского общества.
- Какие из действий власти работают на такую стабильность?
- Конечно национальные проекты. Люди давно ждали разговора с властью на темы, которые напрямую касаются их жизни, хотели конкретных действий государства, направленных на решение человеческих проблем, проявления политической воли в преодолении кризиса социальной сферы. И надежды оправдались. Для нас же первичное значение должна иметь сама постановка вопроса – образование, здоровье, жилье и сельское хозяйство признаются государством ключевыми темами диалога с обществом.
- Давайте подробно обсудим ситуацию внутри нацпроектов и вокруг них.
- Анализ показывает, что интерес у медийного сообщества к теме нацпроектов в последние 6–8 месяцев неуклонно снижается, публикации и сюжеты становятся все более формальными, работа ведется по принципу «нам сказали – мы написали» или «нам сказали – мы показали». Это общая ситуация, которая складывается в региональных СМИ в отношении освещения нацпроектов. Федеральные работают в особом режиме освещения темы, а региональные СМИ ближе к человеку, и из них население узнает (или не узнает) о реализации нацпроектов не вообще, а у себя дома.
Сейчас на местах сложился не очень-то творческий механизм взаимодействия власти и массмедиа в вопросах проектного освещения: выступают большие руководители и гости, журналисты слушают, затем отписывают положенное количество строк или отрабатывают короткий сюжет в формате «состоялось, выступили», и на этом – все. Вот эта тема, тема падения интереса, формализованного подхода, как мне кажется, должна вызывать наибольшее волнение у всех трех заинтересованных участников процесса – власти, гражданского общества, СМИ.
- Кто из них недобросовестно играет?
- Да каждому можно предъявить претензии – и власть давит, и общество во многом все еще занимает иждивенческую позицию, но все же главные проблемы – в СМИ. То ли власть не дает разгуляться журналистскому воображению, то ли неумение погружаться в тему, то ли в принципе неумение говорить о позитивном…
Но вот выпал случай говорить о том, что называется проблемами и интересами простого человека, то есть выступить в роли социально ответственного коммуникатора между гражданским обществом и властью. И что? Не получается – или получается, но не так уж и здорово.
Выпал случай говорить о том, что называется проблемами и интересами простого человека, то есть выступить в роли социально ответственного коммуникатора между гражданским обществом и властью. И что? |
- Откуда такая осведомленность о работе прессы в регионах?
- Два года назад мы запустили в работу общероссийский информационно-образовательный проект «Медиакратия», ориентированный на молодых и талантливых региональных журналистов. Проект успешно развивается, сейчас уже появилась Национальная ассоциация журналистов «Медиакратия», и с ее ролью в развитии современного информационного пространства, надеюсь, также все сложится успешно. Как только президент сделал заявление относительно национальных проектов, мы немедленно сделали их освещение ключевой темой проекта.
Как раз анализ активности «медиакратов» (а это журналисты всей России), их аналитические отчеты о состоянии информационного поля каждого из субъектов Федерации и позволяют говорить об общих тенденциях, делать масштабные выводы.
- И что же в сухом остатке?
- История процесса такова: вначале шумиха под общим заголовком «Так сказал Путин – так ответило правительство», затем волна материалов «к нам приехал Медведев», а потом и до сих пор – «к нам в больницу привезли новый томограф, он очень хороший». Проблема угасания интереса к живой теме – ситуация нестандартная.
Нет у журналистов желания выстраивать диалог с людьми и использовать их в информационных материалах. Нет потенции к проведению журналистских расследований. Искусственное вскармливание официальными источниками привело к отмиранию живого интереса к социальной теме, а иногда и к самой сути профессии.
Давайте посмотрим на каждый из нацпроектов в отдельности, приподнимем глянец и постараемся увидеть то, о чем следовало бы говорить, но о чем СМИ задумываться недосуг.
- Начинайте…
- Проект «Здоровье». Известно, что доплаты первичному звену раздражают общество, так как качество медицинских услуг остается низким, а мздоимство среди врачей продолжает процветать. Известно, что отдельные категории не подпали под «статью» доплаты исключительно по недосмотру властей.
Так почему же СМИ не включают в разговор о нацпроекте «Здоровье» острые критические материалы о тех, кому не место в профессии? Почему не говорят о том, что в проекте все хорошо, а со здоровьем и рождаемостью все еще плохо?
Проект «Образование». Поставили все доплаты в зависимость от численности классов, забыли о сельских малокомплектных школах, школах-интернатах, вообще не затронули качество преподавания, материально-технического обеспечения школ, ни слова не сказали о среднем специальном образовании. А ведь все это – проблемы, может быть, куда более насущные, чем учительская зарплата.
А что СМИ в ответ? – Вот учитель получил грант, а вот школа получила новый компьютер, а вот здесь теперь есть школьный автобус…
Давайте посмотрим на каждый из нацпроектов в отдельности, приподнимем глянец и постараемся увидеть то, о чем следовало бы говорить, но о чем СМИ задумываться недосуг |
Проект «Сельское хозяйство». Есть возможность брать кредит, но нет возможности отвечать по нему, так как многие фермеры просто не имеют имущества. Есть возможность брать технику в лизинг, но не всегда есть сама техника, есть возможность накормить город, но рынок для сельчан закрыт.
А для журналиста самым расхожим остается сюжет о посещении животноводческой фермы первым вице-премьером или молодой семьи сельчан руководителем региона.
Проект «Доступное жилье». Коррупция в обеспечении социальным жильем, попрание прав собственников жилья, отсутствие качественного строительства, финансовые игры на рынке жилья, тихая смерть ЖКХ и угроза потери жилья даже теми, у кого оно есть.
А наши с вами братья по классу и здесь сели на тему обманутых дольщиков и катаются на ней без устали.
- Что же, по-вашему, должен делать в этой ситуации журналист?
- А журналисту необходимо, как мне кажется, осознать: если власть, президент своими инициативами и прорывами в социальном проектировании дают возможность и предлагают СМИ включиться в диалог о наболевшем, то этим нужно пользоваться на благо общества, для своевременной корректировки принимаемых решений. А также для удовлетворения творческих, профессиональных амбиций.
Имеет ли отношение к теме здоровья тема поддельных лекарств или курения в публичных местах? Да. Имеет ли отношение к теме образования тема безграмотных учебников или школьной жестокости? Да. Имеет ли отношение к теме сельского хозяйства тема перекупщиков или генно-модифицированных продуктов? Да. Имеет ли отношение к теме жилья тема исчезновения старых городов и разрушающихся новостроек? Да. Может ли профессионал, уважающий читателя, зрителя и свою профессию, взглянуть на проблему в комплексе и воспользоваться интересом власти к этой теме? Может и должен.
А то ведь для того, чтобы понять, что у нас на рынках бардак, мы все время ждем, когда же президент ударит кулаком по столу. И уж когда тема станет официальной, то только тогда мы готовы поучаствовать в ее освещении.
- Рядовому журналисту непросто, особенно в регионе…
- Рядовых журналистов не бывает. Если журналист, то уже не рядовой. Я знаю и об административных звонках, и о нежелании делиться информацией, и о недоверии граждан к СМИ, знаю еще о десятке причин, которые могут помешать работе.
Знаю, что в данной теме журналистская смелость не только не наказуема, но и поощряема. Поверьте, что и власть следит за информационной активностью в области нацпроектов и обеспокоена торможением актуальности, и профильные министерства головой отвечают за информационное сопровождение нацпроектов.
Поэтому нет причин расслабляться, нужно работать с удовольствием, честно следовать принципам профессии, любить свое дело, и тогда и собственное творчество не угаснет, и интерес и к теме, и к автору будет всегда оставаться на самом высоком уровне.