Неравнодушная общественность задалась вопросом, как заставить российскую женщину больше рожать. Коллективный разум выдал ряд неожиданных идей.

Соцсети буквально захлебнулись интервью профессора Марии Ведуновой, доктора биологических наук, директора Института биологии и биомедицины, заявившей, что «человечество сделало огромную ошибку, разрешив женщинам получать образование». Но, как всегда, самое интересное в словах профессора далеко не этот попсовый тезис (с которым трудно не согласиться в демографическом разрезе, ведь успешная женщина рожает гораздо меньше, чем домохозяйка-самоучка).

Ведунова также говорит про женский эгоизм, что «мужчина для женщины – это очень обременительно. Приготовь, обеспечь, обустрой, за ухом почеши – это же куча времени, которую можно потратить на прекрасный бизнес-процесс». И опять же, не поспоришь.

Но как обременительна женщина для мужчины! Особенно женщина, не имеющая образования, не работающая, много и радостно рожающая. Как обременительны для мужчин дети – постоянно желающие есть, вырастающие из одежды, болеющие, учащиеся и требующие «купи!» как минимум до 18 лет. При этом роль мужчины в рождении и становлении ребенка сами же мужчины и размывают. Судя по колонке Игоря Караулова, в появлении детей участвуют лишь женщина, государство, Бог и немного пропаганда.

Сегодня феминистки в споре об абортах кричат о попрании государством прав женщин на образование и распоряжение собственным телом, но реальным пострадавшим в гонке деторождения окажется мужчина. Именно мужчине придется оплачивать и тащить на себе все радости подъема демографии.

Государство не сентиментально. Оно не стремится обеспечивать розовые пяточки и заливистый детский смех. Иначе не закрывали бы «окна жизни» (они же «беби-боксы»), куда можно было анонимно и безнаказанно подкинуть ненужного родителям, но нужного государству младенца. Перераспределение лишних детей в пользу морозилок и выгребных ям происходит не только за счет полной асоциальности таких матерей, но и за счет отсутствия доступной альтернативы.

Разумеется, можно родить и отказаться от младенца в чистой палате роддома. Только вместе с обезболиванием и свежими простынями мать, не желающая нести бремя материнства, получит счет от государства. Она будет обязана выплачивать алименты за содержание ее ребенка в детском доме до совершеннолетия либо усыновления. То есть, отказываясь от ребенка из-за стесненных материальных обстоятельств, женщина все равно обязана материально вкладываться в ребенка, который даже по документам уже к ней не относится. Если не платить алименты, получишь уголовку. Потому что государству не нужна новая финансовая обуза, если ее можно на кого-то переложить.

И тут логично вспомнить, что намного удобнее изымать средства у тех, у кого они есть, нежели у тех, у кого их нет. Так мы возвращаемся к равноправному участнику процесса размножения – мужчине, ставшему отцом. Только через него государство может реально воздействовать на женщину.

Как показывает опыт, религиозные рычаги в нашем обществе не сильно работают. Родители, по опросам массово исповедующие традиционные религии (и осуждающие аборты), практикуют аборты не реже атеистов. Знаю массу мужчин, осуждающих, к примеру, «грех гомосексуализма», но отправивших под нож не одного своего нерожденного ребенка.

То же самое и с женщинами. Кроме страха божьего, матери нужно нечто более земное, например, килограмм говядины не реже раза в неделю. Давайте о банальном – женщина без высшего образования, рожающая с 19 лет и сидящая в третьем декрете подряд, самостоятельно никакой говядины детям не купит. Курицу раз в месяц – осилит, да. И кого она там вырастит на этой раз-в-месяц-курице? Не солдата, не слесаря, не каменщика, не будущую многодетную мать, вырастит она слабосильную нагрузку на государственную социалку. А государству оно надо? Государству нужны солдат, каменщик, многодетная мать и уплата налогов. Вопрос: за чей счет государство получит новых налогоплательщиков? Своего счета у государства вообще-то нет, бюджет – результат работы миллионов граждан.

Если государство всерьез возьмется за решение демографической проблемы, мало не покажется никому. И легче всех отделаются бездетные – им вменят всего лишь налог. Хуже всего придется мужчинам. Никакой запрет абортов и материнский капитал не мотивируют женщину без работы, образования и, как следствие, дохода, рожать больше одного ребенка. А вот гарантированное государством «каждой бабе по мужику» – вполне. Запретят аборты – запретят и разводы.

Первая ласточка – предложение депутатов Госдумы увеличить пошлину за официальное расторжение брака (и отказ от пошлины за его заключение). Или сам институт брака потеряет актуальность, получив замену на что-то более практичное (например, государственный ДНК-тест и установление отцовства в спорных ситуациях через суд), гарантирующее полную вовлеченность отца в воспитание.

Самое время сказать: «а зачем запрещать развод, я же с женой развожусь, детей не бросаю, алименты буду платить?». Идея алиментов в России дискредитировала себя долгом в 156 млрд рублей, которые гордые отцы совокупно не доплатили своим «розовым пяточкам».

Даже женщина без высшего образования способна понять, что при такой системе взимания алиментов ей придется кормить своих семерых по лавкам курицей, купленной мамой с пенсии, весь месяц, до новой пенсии. Аборт она сделает в подворотне спицами, лишится в лучшем случае матки и закроет тему деторождения раз и навсегда, но не повесит себе на шею лишний рот, если государство не гарантирует ей личного кормильца – пока смерть не разлучит их.

Значит, государству придется придумать какой-то более карательный способ принудить мужчину содержать своих детей. Не только финансово. Не каждый мужчина способен заработать столько, сколько нужно детям. Поэтому тем, кто звезд с неба не хватает, придется вкладываться личным трудом: садик, школа, кружки, врачи – все это отъедает огромную часть жизни включенного родителя. Когда работающий мужчина будет это делать, государство не интересует. Оно должно получить на выходе нового члена общества – здорового, работоспособного, имеющего хотя бы среднее образование.

Это многодетная женщина с бесконечными больничными работодателю совершенно не интересна. А вот многодетный отец, иссыхающий под ярмом кредитов – идеальный работник. На него и наорать, и на выходные перерабатывать, и прочие радости рабовладельца испытать можно. Куда он денется, когда завтра платеж по ипотеке, у Васи пальцы из валенок торчат, Маше нужен логопед, Коле – репетитор, да еще и есть хотят каждый день.

Впрочем, есть один момент, который не решить запретом разводов и финансовым порабощением мужчины. Это мужская смертность. Отец, взваливший на себя все бремя ответственности за растущую в стесненных условиях семью, смертен гораздо раньше, чем отец, регулярно посещающий спортзал и море.

Запретить отцам умирать пока не получится, но может у наших профессоров и депутатов появятся оригинальные идеи на этот счет.