Читаешь в последнее время русскую прессу – закусываешь и губу, и удила. Здесь – «беспредел», там – «наворот», и все – «вопиющее». Там заврались, здесь проворовались. Тот убил, но не сел. Этот – только подумал, а его уже – цап! Тех посадили, этот митингует. На вопрос «Откуда дровишки?» или «Чьи дипломчики?» все дружно отвечают: «А ты кто такой», «На себя посмотрите» и «Жалкое, ничтожное, кровавоe режимищe!».
Какой там Сердюков, бином Ньютона или знаменитая дочь когда-то давно проворовавшегося депутата!
Простая русская лаборантка продала душу дьяволу, но и ее надули, и она собственными силами организовала преступление, достойное буйных неврозов Стивена Кинга. Совершить не успела, но еще могут посадить. А вот эта как раз наоборот – поторопилась, словами великого драматурга: «У нее неприятности, вот она и палит в кого попало!»
Осудили: одни ликуют, другие возмущаются, все опять недовольны. Где справедливость? Эти спели – сразу сели. Та – всех обобрала и гуляет в парках с электронным браслетом на толстой лодыжке. Злоупотребляют все, потребляют избранные, креста ни на ком, если как следует разобраться. А разобраться как раз никак не могут. Потому что разбираются исключительно вечным методом перетягивания каната: «А ты кто такой?» – «От такого слышу!»
Вон те женщин оскорбили! Это не женщины, это депутаты! А слово ругательное? Оно не ругательное, оно из словаря! А если тем же словом припечатать журналье, которое за взятки патриарха павлином выставляет? А вот это уже разгул реакции! Это не козел и не наш сотрудник, он у нас давно не работает! Его подставили! Подсадили! Далее – как в старом анекдоте, когда пистолет у стреляющего на сцене в упор актера дает осечку, он в отчаянии бьет противника сапогом в колено, а тот валится, корчится и кричит: «Сапог отравлен!»
Но это все шелуха, рутина. Обидно не это. Обидно то, что в подавляющем большинстве вывод: ТАКОЕ – только у нас! В России! У нас – как всегда, мы и по части кошмаров впереди планеты всей, никому нас не переплюнуть! Вот это очень обидно слышать и читать. Окститесь, ребята, не воображайте. Почему это «только у вас», когда вокруг глобализация и все опять равны?
Вот, например, во Франции был президент, изысканный социалист, который, кроме законной супруги, содержал любовницу и внебрачную дочь, что, в принципе, конечно, не возбраняется и не наказуется. Кавычка в том, что он их обеих содержал на государственные средства, и не где-то там, на казенной квартирке мелкого масштаба, а в замке, с прилагающимся обслуживающим персоналом и прочими мелочами утонченной жизни. И все – на госбюджете. Он их до самой своей смерти так и содержал. После смерти все прояснилось, и все прослезились: вот она, любовь до гроба! Сама супруга президента всем все простила и публично всех обняла. Никто не мелочился, никто никому ничего не возмещал. Репутации президента это никак не подмочило. Внебрачная дочь долго давала интервью, делилась воспоминаниями, потом стала писателем и строчит мелкой вязью о терзаниях души.
В городе Париже одно время было модно вламываться в ювелирные магазины с оружием
А у президента этого был министр-философ, который за покупками и на выходные летал на государственном вертолете, а потом был привлечен к ответственности за грубый плагиат. Но все замяли и замазали, никто не жалуется, бывший теперь уже министр до сих пор достойно выступает в прениях и даже консультирует нынешних – по вопросам воинственного социализма.
Какой там Сердюков, бином Ньютона или знаменитая дочь когда-то давно проворовавшегося депутата!
А криминальная хроника – ну чем мы хуже?
В городе Марселе, например, без особых сбоев в неделю раз проходят крупнокалиберные разборки между местным бандонаселением определенных кварталов. Никого это не удивляет, все давно уже сбились со счету. И когда министр внутренних дел в очередной раз сурово обещает разобраться и, наконец, прекратить, все уже недоумевают: это он насчет чего? Которого? Который на террасе кафе пал за мелкие убеждения или тот, обугленный, в машине?
В городе Париже одно время было модно вламываться в ювелирные магазины с оружием и пересыпать содержимое витрин в такие специальные сумки, держа сотрудников под дулом пистолета. А не так давно попался один нервный ювелир: под дулом пистолета изловчился, выхватил свой собственный пистолет и пристрелил того, кто первый начал. И что? Его затаскали по судам: чем докажешь, что твоей ювелирной жизни средь бела дня угрожала опасность? Может, тот, первый, и не выстрелил бы вовсе, а так, пощекотал бы нервы и пошел себе? При чем тут самозащита?
Вообще, согласно полезным объяснениям, самозащиту хорошо применять только по ночам и только при условии, что вам удастся доказать на суде, что зашедший к вам «пострадавший» действительно хотел покончить с вашим уютным существованием. А то, может, он просто есть хотел? Может, ему согреться было негде? А вы его из револьвера? И потом, как неудачно проговорился однажды на телевидении один юрист: самозащиту лучше применять до победного конца. То есть лучше не ранить, а добить. Потому что если не добьешь, да еще и самозащиту не докажешь, то потом всю жизнь будешь платить своему агрессору компенсацию за нанесенные ранения и моральный ущерб. Прецедентов столько, что употели считать.
Насчет взаимных оскорблений известных личностей Франция тоже совсем не отстает. Жаль, что российское телевидение не транслирует заседания французских депутатов, – там и перевод не нужен, там хватит мимики и жестов, мало не покажется.
Да и супругам русских президентов до французского шика не дотянуть. Как-то их совсем не видно и не слышно, и вообще плохо знают в лицо. То ли дело подруга нынешнего французского (он за однополые браки, но сам ни-ни, поэтому никогда не женится, из принципа, просто поменял местами подруг). A подруга его, журналистка, то скандалила в социальных сетях, чтобы досадить прежней его подруге, то судилась с журналом, где работает, потому что неудачные ее фотографии напечатали (в животе и в целлюлите). A сейчас вот судится с авторами недавно вышедшей ее биографии, потому что и там о ней нелестно отозвались. Одним словом – «в движении жизнь ведет, в движении».
Ну и долго еще можно было бы продолжать, это только так, для разминки. По случаю можно, например, углубиться в проблемы беспрерывно бастующих в общественном секторе, которых не устраивают 35-часовая неделя, рабочие расписания, мелкие премии и крупные купюры иных прочих. Они требуют снижения темпов, повышения зарплат, ну и всего разного по мелочам, в том числе оплаты забастовочных дней по обычному тарифу.
Требуют они регулярно, чтоб общественное сознание не застаивалось. А пока они требуют, транспорт стоит, пробки чадят, а все остальные, кому тоже надо приходить вовремя, чтобы получать на пропитание, скрипят зубами, встают среди ночи, чтобы успеть доехать, или ходят пешком, улучшая кровообращение. Кому совсем никак не добраться без общественного транспорта, скрепя сердце берут отпускные и плохо думают о мировой революции...
Как везде: одни тешатся, другие маются. И как везде, страдают хорошие люди, много хороших людей. Может, конечно, в России их еще больше, очень может быть, не спорю. Но и здесь, знаете, их совсем немало, вот честное слово! И может, кому-то полегчает узнать, что им тоже не сладко, а кого-то, может, огорчит. Уже даже совсем не понятно, кто с кого «собрал пример», но в данном, конкретном соцсоревновании вроде как Европа давно уже подтянулась и догоняет. И если вовремя не очухается, может и перегнать.