В православной публицистике, в интервью, в блогосфере время от времени появляется убийственный вердикт: «Любое фэнтези – яд! Растление ума, особенно детского, начинается с книжек об эльфах и магах!».
Толкиен с детских лет являлся убежденным, активно действующим христианином и никогда в жизни от этого не отступал
Это неправда. Существует море христианского фэнтези. У нас его писали многие, например, Далия Трускиновская, Елена Хаецкая, Наталья Иртенина, Юлия Вознесенская. Последняя, кстати, была номинирована на Патриаршую литературную премию.
В Америке на этой ниве прославился Рафаэль Лафферти, ушедший из жизни в 2002 году.
Христианами являлись два величайших столпа британского фэнтези – Джон Рональд Руэл Толкиен, а также Клайв Стейплз Льюис. И не просто верующими, но писателями, не мыслившими литературы без высокого христианского идеала.
Главнейшие их тексты пронизаны христианством, живут им, обессмысливаются без него.
Только что вышла первая солидная биография профессора Толкиена на русском языке. Ее автор – православный историк и критик, доктор исторических наук Сергей Алексеев.
Книга предназначена для вдумчивого чтения и представляет собой работу в большей степени академическую, нежели популярную. Собственно, «Толкиен» Алексеева разбивается на две вполне самостоятельных монографии.
Первая из них – изложение фактов биографии Профессора, а также подробный разбор его «Легендариума». Особое внимание уделено религиозным взглядам мэтра и их отражению в литературном творчестве. Вторая суммирует влияния, которые могли быть оказаны на Толкиена предшествующей английской литературой и его современниками.
Так вот, Алексеев с фактами в руках показывает: Толкиен с детских лет являлся убежденным, активно действующим христианином и никогда в жизни от этого не отступал.
Более того, он придерживался католического вероисповедания, что в условиях протестантской Англии доставляло ему немало хлопот. Толкиен настаивал на строгом соблюдении канонов в своей семье. Он же вернул веру в Христа своему другу Льюису, совершенно от нее отошедшему в юности.
Алексеев также со знанием дела и полной прозрачностью показывает, когда, в какой сюжетной линии, в каком персонаже Толкиена воплотился тот или иной догмат, то или иное место из Священного Писания, тот или иной богословский тезис.
И, по его суждениям, так устроены главнейшие сочинения Толкиена, что разница во взглядах на мировую историю католицизма и Православия воплотилась там в ничтожных дозах, а вот спор между католицизмом и протестантизмом ощутим. Толкиен не ядовит для православного читателя, пусть и маленького ребенка, ни в малой мере.
Когда-то, в конце 80-х и начале 90-х, толкиеновские книги даже сослужили миссионерскую службу. Автор все-таки заложил в них ярко выраженную этику Христовой веры, и многих у нас в стране его тексты повернули в сторону крещения, в сторону церкви.
Теперь, конечно, когда в стране полным-полно прекрасной православной литературы – художественной, популярной, катехизаторской – учиться христианству по Толкиену, мягко говоря, поздновато.
Полноту вероучения правильнее и легче постигать из прямых источников. Но двадцать – двадцать пять лет назад в нашем распоряжении ничего подобного не было. Тогда «профессор» отлично поработал как миссионер.
Так откуда же взялось мнение о вредоносности фэнтези?
Нетрудно догадаться: в огромном пестром мире фэнтези хватает текстов, никак не связанных с христианством или прямо ему враждебных. С тех времен, когда творили Толкиен и Льюис, много воды утекло.
«Новая волна» англо-американского фэнтези освоила восточную эзотерику, нью-эйджевские идеи, незамысловатое атеистическое хихиканье и толерантность в таких дозах, от которых всё живое закатывается под метровый слой асфальта. А наши времена сделали фэнтези набором красочных декораций для производства штампованных боевиков.
Что ни текст, то всё стрельба, огненные шары, свобода, революция, республика, ну и какое-нибудь «торжество меньшинств» до кучи... Иными словами, ничего доброго.
В этом вареве надо разбираться. Да-да, именно так. Допустим, православный родитель знает классику литературы. Ему кажется: этого достаточно, он найдет что дать ребенку для чтения. Но на ребенка из Сети, с экрана ТВ, в кинотеатре и в общении с товарищами всё равно обрушивается фэнтези – водопадами, килотоннами.
Можно, конечно, запретить всякое к нему прикосновение. Но любой запрет преодолевается тайно, хотят этого родители или нет.
Наверное, пришло время, когда простой жест – отмахнуться, как от назойливой мухи – становится свидетельством не столько правильного выбора, сколько лени и слабости родителя. Наверное, пора учиться тому, что в мире фэнтези душеполезно, а что – вредоносно.
Иначе... как бы это сказать, чтобы вышло одновременно и вежливо и правильно? Можно, конечно, увидев, как травятся люди, попробовавшие ягод картофеля, объявить: «Всё в картофеле – яд!» И молодежь всё равно будет есть эти ягоды и травиться – наперекор воле старшего поколения.
А можно дать ей попробовать клубни. Вареные. С сольцой. Не испарится ли после этого запретная «сладость» ягод? Но для этого надо знать, где у картофеля клубни...
Источник: Журнал «Фома»