В любом обществе, в любой стране, наверное, существуют непререкаемые авторитеты, неприкасаемые персоны, не подлежащие критическому анализу социальные ценности, не допускающие сомнений исторические факты.
Право на пенсии у россиян есть, но вот прожить на пенсии, без помощи со стороны и огорода, большинству наших сограждан почти невозможно
Скажем, в настоящее время в нашей стране стоит только сослаться на термин «права человека», сразу возникает ситуация, исключающая какие-либо содержательные размышления о предмете. Стоит только человеку самому себя объявить правозащитником, все его поступки, действия и речи автоматически обретают статус особой безупречности.
Но, несмотря на негласный запрет касаться «прав человека», я всё-таки рискну. Подвергать сомнению важность и актуальность защиты прав человека не стану, из-за очевидной обязательности и полезности соблюдения этих прав. Права человека действительно одна из приоритетных социальных ценностей. И среди правозащитников наверняка есть немало самоотверженных, разумных подвижников справедливости и гуманности.
Начну с изложения моего понимания самой сути прав человека. Главное в правах человека – защита людей от всевозможных социальных негативов: полицейского произвола, вымогательства столоначальников, чиновничьего безразличия, ограничений гражданских свобод и так далее. Всё это чрезвычайно важно в жизни каждого из нас. Но, к сожалению, идеология, и особенно практика правозащитной деятельности, не настроены на обеспечение не менее важных социальных потребностей людей.
Да, граждане нашей страны имеют право на труд. Имеют по Конституции. А сколько миллионов россиян не могут найти достойную и оплачиваемую по трудовому вкладу работу? Сколько наших сограждан берутся за любую работу, отказываясь от своей профессии, полученной через многие годы напряжённой учёбы? Сколько россиян вынуждены многократно одну случайную работу менять на другую, столь же случайную? А попробуйте устроиться на работу в возрасте за 45 лет. Так что в сфере трудоустройства, например, дают человеку постулируемые законами «права человека»? Фактически немногое.
Такое же положение и с доступностью медицины, и с правом на отдых. И с пенсионным обеспечением. Право на пенсии у россиян есть, но вот прожить на пенсии, без помощи со стороны и огорода, большинству наших сограждан почти невозможно.
У всех россиян есть право на бесплатное образование, но пообщайтесь со студентами, да и со школьниками. Узнаете много неожиданного. А качество образования? Какое качество, если высший чиновник в правительстве РФ цель образования сформулировал так – подготовка компетентного потребителя.
Перечислять важнейшие жизненные потребности людей, в обеспечение которых права человека реально не дают ничего, нет смысла. Миллионы россиян могут выступить экспертами по недоступным социальным благам.
Российские правозащитники, как тигры, бросаются на защиту «пуссей», но про оскорблённых верующих подвижники «прав человека» почему-то забывают.
Правозащитники обдают презрением каждого, кто посмеет заикнуться о введении наблюдательных советов на телевидении. Наблюдение с целью поставить хотя бы какую-то преграду разврату, пошлости и потокам крови наших законников человеческих прав почему-то возмущает. Только наблюдение, без полномочий что-то запрещать.
В недалёком прошлом инакомыслящие и правозащитники возмущались «телефонным правом», а сейчас пишут письма, обращения, предъявляют требования к судам принять решение, которое правозащитникам кажется справедливым. Разве это не давление на суд? Раньше на суды давили функционеры КПСС, теперь либералы, велика ли разница? Давление и есть давление. Какой нажим сильнее действует на людей, принимающих решения, – открытый вопрос.
Поправки в закон об НКО правозащитники атакуют со всех сторон, хотя в этих поправках ничего оскорбительного или запретительного не содержится. Да и списаны эти поправки с аналогичного закона США, значительно более жёсткого и содержащего прямые запреты на некоторые виды деятельности НКО.
Может быть, российские правозащитники потому и не пользуются особым уважением и всеобщим признанием, что не занимаются защитой жизненно важных потребностей миллионов граждан России, а сосредоточены на защите прав социально близких персоналий? Особенно если правозащитная акция обещает разразиться скандалом.
Не исключаю потоки гнева на мою голову и обвинение во всех смертных грехах. Как же, коснулся «святого»! Только обвинения и грехи будут вымышленными, так как я отнюдь не против прав человека, не против правозащитной деятельности. Только в России усилия правозащитников почему-то, как правило, выборочны. И очень часто вырождаются в сугубо политические кампании.
Безусловно, я – за неуклонное соблюдение прав человека, но на первое место всё-таки ставлю обязанности. Взаимные обязанности – человека, общества и государства. Потому что права каждого из нас имеют универсальный источник – чьи-то обязанности.
Специально для газеты ВЗГЛЯД