По разным данным, в странах Европы проживают до 200 тыс. чеченцев, передает РИА «Новости». Статистики возвращающихся из Европы в Чечню нет. Глава департамента правительства республики по внешним связям Иса Хаджимурадов заявил, что невозможно вести учет из-за того, что люди не хотят обращаться в миграционную службу.
«Я устала жить в режиме ожидания, вздрагивать при каждом стуке в дверь, устала от страха, что вот придут и заберут моих детей по любому надуманному поводу», - рассказывает Карина. У нее трое детей - от двух до пяти лет, и женщина не представляет разлуку с ними даже на день. А они, как и все дети, шалят и дерутся.
«Дети есть дети, конечно, они могут упасть, получить ушиб или синяк, не дай Бог. Тогда начнется самое страшное. Если это дойдет до «Барневарн» (норвежская социальная служба по защите прав детей Barnevern), ребенка могут просто забрать. Ты потом месяцами будешь бегать с адвокатом, добиваться, чтоб тебе вернули детей. Если повезет - вернешь, а то и потеряешь навсегда», - сокрушается женщина.
Она призналась, если вдруг бывало, что ребенок падал, получал ссадины, то не водила в сад, на прогулку, прятала от посторонних глаз.
«Дети мигрантов, особенно россиян, находятся под пристальным вниманием, в садах и школах их все время допрашивают - как с ними обращаются, не притесняют ли их? Слишком активный или чрезмерно спокойный ребенок тоже становится объектом внимания. Дети не всегда порой понимают, о чем их спрашивают, и могут дать утвердительный ответ, который становится приговором для родителей», - заметила Карина.
Все дети Карины родились в Норвегии, но заявление на получение гражданства родители, которые имеют вид на жительство, не подавали намеренно.
«Мы каждые три года продлевали вид на жительство, но на получение гражданства документов не подавали, потому что не хотели, чтоб дети становились гражданами», - говорит женщина.
Она подчеркнула, что при наличии у детей гражданства страны проживания у родителей нет шансов в случае возникновения какой-либо спорной ситуации отстоять свои права на них, а российское гражданство для них - гарант.
Женщина говорит, что семьи со взрослыми детьми не сталкиваются с подобными проблемами, поскольку социальным службам «они не интересны».
«Был даже случай, когда родители трудного подростка обратились в «Барневарн» за помощью, просили забрать его, но они им отказали», - заключила Карина.
Она уверена, что отрывать детей от самых родных людей - это не защита прав ребенка, как декларируют европейские законы, а тяжелый стресс, который на всю жизнь оставит след на его психике.
При этом даже вернувшись в Чечню, где слово родителей - закон, ее дети часто вспоминают о полиции. Например, четырехлетний сын периодически угрожает «сделать звонок». «Последствия европейского воспитания», - шутит Карина.
Напомним, 24 марта уполномоченный при президенте России по правам ребенка Павел Астахов сообщил о новом случае изъятия у российской семьи троих детей в Норвегии.
17 ноября прошлого года в Министерстве иностранных дел заявили, что Россия может создать с Финляндией и Норвегией двусторонние комиссии по разрешению спорных вопросов, касающихся детей.
По словам уполномоченного по правам ребенка в России Павла Астахова, примерно за три последних года в Норвегии из семей были изъяты 55 детей, в Финляндии - 74 ребенка. При этом изъятие происходит не только из семей, которые проживают в этих странах постоянно, но и когда россияне выезжают на учебу, работу, приезжают как туристы.
Так, 8 октября из семьи россиян в Норвегии был изъят пятилетний мальчик. Мальчик не вернулся из школы домой, так как был сразу направлен в приемную семью по решению Службы защиты детей Норвегии. Родители (Наталья и Сергей) пятилетнего Оскара имеют гражданство России и приехали в Норвегию временно по работе, рассказывал Павел Астахов.
11 ноября в Норвегии у россиянки Елены Кузнецовой забрали двоих детей. 11-летнего сына Эрика и 12-летнюю дочь Марию изъяли из семьи после того, как их мать решила развестись с норвежским мужем.