«Вся ситуация произошла не на рейсовом самолете. Это был демонстрационный тур, и самолет должен был пролететь большое количество аэропортов. Он пересек экватор. И пересчитать все горы на пути невозможно. Но, как того требуют правила, заранее пилот должен был ознакомиться с местностью в зонах полетов, что было и сделано, и проверялось. Независимая комиссия оценивала готовность самолета, документации, летного экипажа, наличия у них всех необходимых карт, загрузку соответствующих электронных карт в бортовую систему. Об этом есть тысячи документов», - сказал Виноградов в интервью «Российской газете», опубликованном на сайте издания.
#{smallinfographicleft=485028}Виноградов также отверг версии, согласно которым, самолет разбился из-за неисправной системы кондиционирования, столкновения с другим самолетом, грозы или из-за того, что пилот плохо себя чувствовал или отвлекался. По его словам, даже если кто-то заходил в кабину пилота, это вряд ли могло серьезно отвлечь его от управления самолетом.
Он также заявил, что диспетчерская аппаратура была исправна. По его словам, все системы в самолете функционировали, в том числе система предупреждения об опасном столкновении. Однако летчик мог отключить систему.
«Возможно, у него было расхождение представления, где он летит, с показаниями приборов. Но этого никто сейчас не подтвердит до конца расследования. Что касается изменения маршрута, то пилот имеет право на это по согласованию с диспетчером, и записи говорят, что он так и делал. Как разрешил диспетчер лететь - он эту высоту держал вплоть до последнего. Никуда самолет не падал, не входил в неуправляемое состояние», - сказал Виноградов.
Он сообщил также, что в демонстрационном туре участвовало два самолета.
«В нем участвовали наши близняшки, предназначенные для демонстрации типовой конструкции. Они не были предназначены для экстремальных испытаний. Они должны были показать готовность к эксплуатации на регулярных рейсах. На них было штатное оборудование, в том числе и спасательное. Единственное, они были оборудованы дополнительной аппаратурой для записи параметров работы систем во время этих полетов. На этих самолетах мы летали на международные авиасалоны в Европе. Замена самолета случается. Первый самолет после демонстрационного полета вернулся домой потому, что было подозрение на неисправность. Мы готовились к этому мероприятию очень долго и серьезно, и сбоев в работе техники и экипажа не ожидали», - пояснил он.
По его словам, в первоочередных рекомендациях, которые выпустили авиационные власти Индонезии, говорится, что нужно провести дополнительное обучение.
«Так делается, если есть подозрения - летчик что-то не учел. Местной службе управления воздушным движением дана команда гарантированно обеспечить контроль за безопасной высотой. Комиссия продолжает анализировать совокупность всех факторов. Обещали представить нам скоро на согласование проект заключения, но точных сроков не сказали. Индонезийские расследователи не любят, когда их толкают в спину. И нам нужно, чтобы они дали обоснованное, аргументирование заключение», - сказал Виноградов.
Ранее источник в авиапроме, осведомленный о ходе расследования катастрофы, сообщил РИА «Новости», что, по одной из версий, экипаж, пилотируя самолет по приборам ввиду отсутствия визуального контроля, мог находиться в заблуждении относительно реального рельефа местности, над которой проходил полет в преддверии катастрофы.
#{bigimage=627725}Как сообщала газета ВЗГЛЯД, 26 июня источники, задействованные в расследовании катастрофы, информировали, что причина крушения российского самолета Sukhoi Superjet-100 (SSJ-100), который разбился в Джакарте, скорее всего, состоит в несогласованности действий летчиков и местных наземных служб.
25 июня генеральный директор ФГУП «Морсвязьспутник» Андрей Куропятников заявил, что на разбившемся в Индонезии российском самолете Sukhoi Superjet-100 (SSJ-100), вопреки международным требованиям, был установлен один, а не два аварийных маяка международной системы поиска и спасания КОСПАС-САРСАТ.
Сразу после катастрофы SSJ индонезийские власти информировали, что сигнал с аварийного маяка международной системы КОСПАС-SARSAT получен не был. Из-за этого долго не были известны причины исчезновения самолета с радаров и место нахождения воздушного судна.
В понедельник стало известно, что спецкомиссия Национального комитета по безопасности на транспорте Индонезии (NTSC) не нашла среди фрагментов потерпевшего крушение SSJ-100 документы на самолет, а также пофамильного списка пассажиров.
22 июня в расследовании крушения SSJ-100 в Индонезии появилась техническая версия. По данным СМИ, Sukhoi Superjet-100 мог врезаться в гору в Индонезии из-за проблем с системой кондиционирования.
21 июня глава «Объединенной авиастроительной корпорации» Михаил Погосян заявил, что, по результатам предварительного анализа данных бортовых самописцев разбившегося Sukhoi Superjet-100, отказа в работе систем не было. При этом он отметил, что предварительный этап анализа данных с бортовых самописцев завершен.
20 июня индонезийские СМИ информировали, что в катастрофе мог быть виноват диспетчер.
Напомним, самолет SSJ-100 пропал с экранов радаров 9 мая в 11.21 по Москве примерно в 40 морских милях от аэропорта индонезийской столицы Джакарты. Sukhoi Superjet выполнял демонстрационный полет в рамках первого в истории современной отечественной авиации road show пассажирского самолета. Как позже выяснилось, авиалайнер врезался в гору Салак. На борту находились 45 человек, в том числе восемь россиян. Все они погибли.
Изначально рассматривались несколько причин авиакатастрофы: ошибка пилота, плохие погодные условия. Через несколько дней представители поисково-спасательного управления Индонезии сообщили, что, пытаясь избежать столкновения с горой, самолет ударился «брюхом» о скалу.