Из-за высокого спроса и сильного удорожания меди ее стали называть новым золотом. «Медь – это новое золото», – заявил на днях спецпредставитель президента России по инвестиционно-экономическому сотрудничеству с зарубежными странами и глава РФПИ Кирилл Дмитриев.
Стоимость меди на бирже Comex 22 сентября обновила исторический максимум, поднявшись выше 6,903 за фунт или около 1,28 млн рублей за тонну. На Лондонской бирже металлов к 23 сентября она составляла около 14 655 долларов.
И это далеко не разовое удорожание, а уже долгосрочный тренд. Медь дорожает уже не первый год. Только за 2025 год ее стоимость выросла более чем на 40%, а с начала 2026 года к 23 сентября прибавила еще около 18%.
Почему медь показывает такой рекордный рост в стоимости? Во-первых, из-за дефицита металла на рынке. «Медь нужна для электросетей, электромобилей, промышленного оборудования и строительства. Дополнительный спрос создает развитие искусственного интеллекта. Дата-центрам нужны кабели, трансформаторы и подключение к мощным источникам электроэнергии. Причем вложения требуются не только в сами вычислительные центры, но и в энергосистему вокруг них. Быстро увеличить добычу под этот спрос сложно, поэтому ожидания будущего потребления уже поддерживают цены», – говорит Владимир Чернов, аналитик Freedom Global.{related}
Однако, по его словам, нынешнее подорожание нельзя объяснять только нехваткой меди в мире. В ожидании американских пошлин металл активно завозят в США, из-за чего в других странах его становится меньше. По данным Reuters на 23 сентября, на склады Comex приходилось около 69% запасов меди, учитываемых мировыми биржами. Получается, металл есть, но значительная его часть сосредоточена в одном месте, говорит Чернов. Дополнительно нехватку меди усилили закупки китайских предприятий перед праздниками (с 1 по 7 октября 2026 года в Китае празднуют День образования КНР).
К 2035 году проблема нехватки меди может стать еще более острой. По оценке МЭА, к 2035 году 25% потребностей в меди останутся непокрытыми существующими и заявленными проектами по добыче. «Это условный прогноз при нынешнем наборе проектов, а не размер сегодняшнего дефицита. Новые рудники, переработка лома и замена меди другими материалами там, где это возможно, способны сократить разрыв», – замечает Чернов. Но на ожиданиях дефицита цены растут уже сейчас.
Международное рейтинговое агентство Fitch Ratings ожидает, что в 2026 году средняя цена на медь составит 13 500 долларов за тонну, а в 2027 году – 12 тысяч долларов за тонну. Ранее прогнозы были ниже.
С одной стороны, заработать на росте цены на медь можно. С другой стороны, использовать его как новый защитный актив наподобие золота рискованно.
«Для частного покупателя медь прежде всего остается вложением в промышленный спрос. Заработать на ней можно, а вот рассчитывать на сохранность вложенной суммы к определенной дате я бы не стал.
Если строительство и производство замедлятся, потребление металла может сократиться, даже при хороших долгосрочных перспективах», – говорит аналитик Freedom Global.
Есть и практическая сложность. «Хранить физическую медь неудобно, и на ту же сумму потребуется гораздо больше металла, чем при покупке золота, а затем придется решать вопрос его продажи. На Мосбирже доступны расчетные фьючерсы на медь, но это срочные контракты с обеспечением и риском дополнительных денежных требований при движении цены против инвестора. Акции производителей тоже не заменяют сам металл, при этом их стоимость зависит еще и от долгов, расходов и решений конкретной компании. Поэтому медь я бы рассматривал как небольшую инвестиционную часть портфеля, а не место для финансовой подушки», – говорит Владимир Чернов.
Удорожание меди говорит о его промышленной значимости, и, несмотря на его сходство с золотом, есть важные отличия.
«Сходство в том, что предложение обоих металлов нельзя быстро увеличить, а их мировая стоимость выражена в долларах. Для российского инвестора результат поэтому зависит еще и от курса рубля. Сам металл не приносит процентов, доход возникает за счет изменения цены», – говорит Чернов.
Различие заключается в причинах покупки. «Медь в основном нужна предприятиям для производства. Золото покупают также ради резервов и защиты капитала, в том числе центральные банки.
Во время экономического спада спрос на медь может ослабнуть, а интерес к золоту как защитному активу – вырасти. При этом золото тоже способно заметно дешеветь и не гарантирует сохранения суммы на коротком временном сроке. Медь дает возможность заработать на развитии промышленности, но защитные свойства золота вместе с красивым названием к ней не переходят»,
– считает собеседник.
Есть и другие металлы, показывающие рекордный рост цены. Это в первую очередь серебро и платина. «Серебро действительно обновляло рекорды, но здесь особенно важно назвать период. В 2025 году оно подорожало на 147%, а 29 января 2026 года достигло примерно 121,6 доллара за тройскую унцию. Однако уже 22 сентября торговалось около 65,7 доллара, что почти на 46% ниже январского максимума», – говорит Чернов. Человек, купивший металл на пике, сбережения не сохранил.
У серебра есть поддержка со стороны промышленного и инвестиционного спроса. По апрельской оценке Института серебра, в 2026 году рынок останется дефицитным шестой год подряд. «Но высокие цены одновременно заставляют производителей экономить металл и искать замену. Поэтому даже дефицит не гарантирует непрерывного роста котировок. Серебро может быть дополнением к накоплениям на длительный срок, если человек готов переждать сильное снижение цены», – считает Чернов.
Рекордные уровни в конце 2025 года обновляла и платина, но к сентябрю она также заметно от них отступила. Ее цена сильно зависит от промышленности и изменения спроса инвесторов. «Я бы не выбирал металл для сбережений только потому, что он недавно показал рекорд своей стоимости. Среди этих металлов золото лучше подходит для защитной части накоплений, а серебро, платина и медь требуют большей готовности к потерям и длительному ожиданию восстановления цены», – заключает собеседник.