По оценкам Сбербанка, в течение ближайших трех лет каждая без исключения семья в России будет использовать технологии искусственного интеллекта, заявил глава банка Герман Греф.
Вместе с тем он отметил, что на сегодняшний день на рынке труда самый большой спрос именно на специалистов с навыками в области искусственного интеллекта в любых отраслях: самолетостроение, медиадизайн и даже педагогика. Сегодня 75% работодателей считают, что навык владения искусственным интеллектом является одним из ключевых для сотрудников.
По оценкам «Сбера», дефицит специалистов в России в области IT до 2030 года составляет примерно 1 млн специалистов. «И скорее всего, дефицит будет только нарастать, потому что это, наверное, самая на сегодняшний день востребованная специальность», – заключил Греф.
Что это за технологии ИИ, которые будет использовать каждая семья в России в течение всего трех лет? На самом деле любая семья, которая пользуется «Яндексом», поиском или картами Google, получает подсказки на маркетплейсах, ездит на такси или следует указаниям навигатора, уже давно пользуется искусственным интеллектом, говорит Леонид Делицын, аналитик ФГ «Финам».
«Если прогноз по ИИ озвучивает банк, то, скорее всего, банк надеется, что каждая семья будет использовать цифровые банковские сервисы. На практике клиент не сможет обойтись без мобильных приложений банков. ИИ не является продуктом или услугой, которую требует покупатель.
Мы не приходим в банк или салон цифровой связи и не просим клиентского менеджера продать нам немного ИИ. Но инфраструктура потребления перестраивается так, что без ИИ мы не сможем купить товары, оплатить услуги, добраться до места назначения. Без приложения мы не сможем заплатить «цифровым» рублем»,
– говорит Делицын.
ИИ действительно уже широко внедрился в российскую жизнь. «Воплощенные в программном обеспечении технологии распознавания и синтеза речи, а также машинного перевода позволяют изучать иностранные языки и шлифовать произношение, не обращаясь к дорогостоящим услугам репетитора. Вообще большие языковые генеративные модели, чье триумфальное шествие по рынкам мы наблюдаем на протяжении последних двух лет, революционизировали многие сферы деятельности, включая поиск в интернете, перевод текстов на иностранные языки и озвучивание видеороликов на заданном языке с практически сколь угодно специфическими требованиями к тембру, темпу и прочим характеристикам дикторского голоса», – говорит Тимур Садыков, заведующий лабораторией искусственного интеллекта, нейротехнологий и бизнес-аналитики РЭУ им. Плеханова.
Многие в России пользуются умными голосовыми помощниками, такими как Алиса, Маруся, Салют, чтобы узнать, какая погода на улице, или чтобы включить музыку. В онлайн-кинотеатрах, при покупке продуктов и товаров россияне тоже незримо сталкиваются с рекомендательными системами, которые анализируют предпочтения пользователя и выдают персонализированную рекламу и рекомендации. Школьники и студенты применяют интеллектуальных помощников для учебы: готовят проекты, пишут эссе и сочинения, даже делают домашние задания.
Директор по развитию web-технологий Artezio (входит в группу «Ланит») Сергей Матусевич ждет существенный технологический сдвиг по внедрению ИИ в быт российских семей. «Во-первых, мы ожидаем существенного прогресса в области Natural Language Processing, что позволит создать более совершенные голосовые ассистенты. Эти системы будут способны не только выполнять команды, но и вести контекстный диалог, анализировать потребности пользователей и предвосхищать их запросы. Во-вторых, в развитии технологий машинного обучения для персонализации сервисов. Это касается рекомендательных систем в сфере развлечений, шопинга, образования. В-третьих, ждем прогресса в области компьютерного зрения. Эта технология поможет домашней безопасности, позволит создавать умные холодильники, способные анализировать свое содержимое, и даже поможет в сортировке мусора для его дальнейшей переработки», – говорит Матусевич.
В-четвертых, развитие технологий Edge AI, которые позволят обрабатывать данные непосредственно на устройствах пользователей без необходимости отправки информации в облако. Это не только повысит скорость работы ИИ-систем, но и обеспечит более высокий уровень приватности. Речь идет не просто об отдельных умных устройствах, а о создании целостной экосистемы.
Опросы показывают, что работодатели не просто чаще стали обращать внимание на специалистов с навыками в области искусственного интеллекта, но и готовы им доплачивать.
Такие технологии необходимы абсолютно в любых отраслях – от самолетостроения до педагогики. «В самолетостроении ИИ применяется на всех этапах – от проектирования до эксплуатации. На стадии разработки алгоритмы машинного обучения помогают оптимизировать аэродинамические характеристики, что позволяет создавать более эффективные летательные аппараты. В процессе производства системы компьютерного зрения контролируют качество сборки, выявляя даже минимальные дефекты. А в эксплуатации ИИ анализирует данные с множества датчиков, прогнозируя необходимость технического обслуживания и предотвращая потенциальные неисправности», – говорит Матусевич.
В сфере медиадизайна генеративные нейросети способны создавать уникальные изображения, музыку и даже видео на основе текстовых описаний, что не заменяет человека, но значительно расширяет его инструментарий, говорит эксперт.
«ИИ помогает обобщить длинные или сложные тексты, сделает выжимку из любой книги или нескольких исследований. Конечно, все эти возможности в первую очередь взяли на вооружение журналисты, копирайтеры и учителя. Раньше нейросети умели рисовать простые картинки, а теперь в Сети можно посмотреть целые фильмы, созданные и срежиссированные ИИ», – отмечает Дмитрий Демидов, руководитель Лаборатории инноваций «Норбит» (входит в группу «Ланит»).
«В педагогике применение ИИ позволяет создавать адаптивные системы обучения. Алгоритмы анализируют прогресс каждого ученика, выявляют пробелы в знаниях и формируют индивидуальную программу обучения. Это особенно важно в контексте онлайн-образования, где нет возможности личного контакта с преподавателем. Кроме того, ИИ помогает в автоматической проверке заданий и даже в создании учебных материалов», – говорит Матусевич.
«Уже сейчас есть курсы, где персонализированный чат-бот выдает в зависимости от того, где была сделана ошибка, дополнительный материал для обучения.
Я, например, на своих курсах по обучению программированию использую чат-бот, который помогает найти ошибку в коде и выдает рекомендации, как его можно улучшить, не давая верный ответ, конечно», – рассказывает Мария Горденко, академический руководитель магистерской программы «Анализ данных в девелопменте» факультета компьютерных наук НИУ ВШЭ.
В области девелопмента искусственный интеллект позволяет смотреть на простой оборудования, например, башенного крана, в зависимости от разных факторов и погодных условий, мониторить опасные ситуации на стройке за счет компьютерного зрения, мониторить качество отделки, визуально улучшать фотографии при продаже или сдаче квартиры в аренду, добавляет Горденко.
В медицине ИИ используется для анализа медицинских изображений, помогая врачам более точно диагностировать заболевания на ранних стадиях, добавляет Матусевич.
«Другое направление массового внедрения технологий искусственного интеллекта – персонифицированная превентивная медицина. Приборы для систематического, а в идеале – непрерывного контроля артериального давления, уровня сахара в крови, суточного мониторинга сердечной и мозговой деятельности и других жизненно важных параметров человеческого организма должны стать частью интернета вещей, а собираемые ими данные использоваться для предотвращения возникновения заболеваний», – считает Тимур Садыков.
Спрос на специалистов в области искусственного интеллекта большой, самих специалистов не хватает, поэтому и зарплатные предложения работодателей привлекательные.
«В крупных городах, таких как Москва и Санкт-Петербург, опытный специалист по искусственному интеллекту может рассчитывать на зарплату от 200 до 400 тыс. рублей в месяц, а в некоторых случаях и выше.
Ведущие эксперты с уникальными компетенциями и опытом работы над сложными проектами могут получать существенно больше. Специалисты по компьютерному зрению или обработке естественного языка, как правило, получают больше, чем те, кто занимается более традиционными задачами анализа данных», – говорит Сергей Матусевич.
Дефицит IT-специалистов – это глобальная проблема, и Россия здесь не исключение. «Во-первых, мы наблюдаем стремительную цифровизацию всех отраслей экономики. Компании, которые раньше не рассматривались как IT-компании, сегодня активно внедряют цифровые технологии и нуждаются в квалифицированных кадрах. Во-вторых, развитие технологий искусственного интеллекта, больших данных, интернета вещей создает спрос на специалистов с новыми, часто междисциплинарными компетенциями», – поясняет эксперт.
Причем нехватка IT-специалистов негативно сказывается на росте ВВП России. «Это сдерживающий фактор для цифровой трансформации экономики, и, как следствие, он может замедлять экономический рост. По некоторым оценкам, потери российской экономики от дефицита IT-кадров могут достигать нескольких процентов ежегодно», – заключает собеседник.
Возникают, конечно, вопросы о том, не вытеснит ли ИИ людей со своих рабочих мест. Делицын считает, что ИИ, как и любая автоматизация, опасен именно для высокооплачиваемых людей, выполняющих работу, которую легко описать и формализовать. А вот, к примеру, сантехнику, который подползает под унитаз и на месте решает, что там делать, ИИ совершенно не опасен. По мнению эксперта, ИИ, скорее, трансформирует рынки и меняет требования к специалистам. «В любой индустрии ИИ по мере накопления опыта позволит сперва освободиться от опытных специалистов, а потом – по мере подключения интеллектуальных роботов – и от остальных тоже. Вполне вероятно, что люди будущего будут меньше полагаться на доходы от наемного труда, а больше – на доходы от активов, которыми владеют: недвижимости, акций, облигаций и т. п. Они будут владеть акциями «Сбера», «Яндекса», Google и других платформ ИИ и выполнять какие-то сложные, уникальные и временные виды работ, которые ИИ выполнять еще не научился», – заключает Делицын из «Финам».