О частичном удовлетворении гражданского иска и о взыскании 60 млн долларов с предпринимателя Юрия Никитина в пользу ОАО «Совкомфлот» и ОАО «Новошип» сообщает Генпрокуратура России на своем официальном сайте.
Действия Никитина расценены судом как мошенничество, а действия Скарги как «нечестное поведение
Решение по иску «Совкомфлота» и его «дочек», разбирательство по которому длилось больше пяти лет, Высокий суд справедливости Англии и Уэльса вынес 10 декабря.
Основными ответчиками были бывший гендиректор «Совкомфлота» Дмитрий Скарга, экс-руководитель британской «дочки» Fiona Maritime Agencies Юрий Привалов, бывший президент «Новошипа» Тагир Измайлов, а также предприниматель Юрий Никитин, «тесно связанный с Скаргой личными взаимоотношениями».
Действия Никитина «расценены судом как мошенничество, а действия Скарги как «нечестное поведение» и «получение незаконных бонусов», говорится в сообщении Генпрокуратуры.
В нем же подчеркивается, что своим решением британский судья признал справедливость и обоснованность части заявленных «Совкомфлотом» и «Новошипом» требований по ряду сделок и обязал основного ответчика, «фактически главного выгодоприобретателя по сделкам» Юрия Никитина выплатить в пользу истцов около 60 млн долларов. Кроме того, последний должен предоставить денежное обеспечение в размере 90 млн долларов в качестве гарантии выплаты присужденной суммы и погашения расходов истцов по ведению дела в суде.
«Таким образом, с учетом уже полученного истцами в порядке досудебного урегулирования с рядом ответчиков возмещения в размере 84,5 млн долларов общая сумма возмещения может достичь 150 млн долларов», – отмечает Генпрокуратура.
К слову, общая сумма претензий составляла 810–880 млн долларов (такие цифры указывал сам «Совкомфлот» в своем недавнем меморандуме к еврооблигациям). Компания пыталась взыскать ущерб от сделок 2001–2004 годов (договоры на аренду судов, опционы по купле-продаже судов на «некоммерческих условиях или по явно заниженным ценам»). Никитин и связанные с ним компании, по заявлению «Совкомфлота», подкупали должностных лиц пароходства и его «дочек», действия же Скарги, Измайлова и остальных нанесли ущерб компании.
Уголовное дело по фактам преступлений против собственности «Совкомфлота» и «Новошипа» было возбуждено в 2005 году и находится в производстве Главного следственного управления Следственного комитета при прокуратуре РФ.
По данным следствия, в 2000 году Юрий Никитин «создал и возглавил организованную группу для хищения чужого имущества», принадлежащего вышеназванным компаниям. В состав группы вошли Скарга, Измайлов, Михайлюк и Привалов.
«Продавая по заниженной стоимости судостроительные контракты и морские суда, умышленно завышая размеры комиссий, выплачиваемых брокерским компаниям при заказе строительства и продаже судов, в ходе предварительного следствия установлен причиненный в результате преступлений ущерб в размере более 110 млн долларов США», – указывается в сообщении.
Обвиняемые по данному делу были объявлены в международный розыск. Привалова задержали в Швейцарии, после чего он был выдан российским правоохранительным органам. Именно его показания британскому суду вкупе с собранными доказательствами «послужили основой для принятия положительного для российской стороны судебного решения», считают в Генпрокуратуре.
Данное решение суда очень важно для общей практики взаимодействия России и Великобритании по уголовным делам, считает ведущий юрист юридической компании «Налоговик» Вячеслав Шаталин.
«Англичане не выдают нашей прокуратуре лиц, которые обвиняются в России в каких-либо преступлениях. Главная мотивировка иностранных судей при этом довольно проста: в России правовую систему используют не для поддержания социальной справедливости, а для политических репрессий с целью удержания власти. Соответственно, если следовать такой логике, в действиях обвиняемых в России лиц нет состава преступления, они являются попросту задавливаемой ФСБ и МВД оппозицией, – поясняет эксперт. – Но теперь Великобритания подтвердила, что наши обвиняемые действительно совершили преступления».
По мнению юриста, британским властям теперь будет трудно найти объяснения для возможного отказа выдать обвиненных своим же судом в совершении преступления.