Не шибко приличествующим фантастике чудесным способом (типа «крэкс-пэкс-фэкс») в непролазные джунгли переносится интернациональная группа головорезов. В частности, боевик мексиканского наркокартеля (его, разумеется, играет кузен Родригеса Дэнни «Мачете» Трехо), маньяк-убийца, киллер Якудза, а также снайперша из ЦАХАЛ и русский десантник, еще вчера зачищавший чеченские аулы (это как бы намекает нам, какая именно военщина сейчас противна всему свету).
Скоро инопланетянину дадут леща еще и ковбои Дикого Запада
Воспоминания каждого о том, что было с ними до телепортации, четкие и ровные, как у Семен Семеныча Горбункова: поскользнулся, упал, очнулся – гипс (то есть воевал, убивал, вспышка – и вот он я). Неформальное лидерство над группой берет на себя некто Ройс (предположительно, американский наемник) в исполнении Эдриана Броуди, что не сложно – вся компания сносно балакает по-английски. Как будут развиваться события дальше – см. сабж и оригинальный фильм с Арнольдом Шварценеггером.
Данный концепт главный «жнец, чтец да на дуде игрец» Голливуда Роберт Родригес задумал давно, еще при Ельцине. Но к моменту реализации к идее охладел и ограничился продюсерскими функциями, отдав сценарий, музыку, камеру, спецэффекты и режиссуру в другие руки. Как это часто бывает, постановщиком назначили малоизвестного растиньяка из европ (в нашем случае – венгра Нимрода Антала), при этом проект все равно воспринимается массами исключительно как «родригесовский». Ему же теперь и расхлебывать.
#{image=413617}Со стороны фильм выглядят попыткой очередного Перумова переписать Толкиена (правда, в нашем случае «Перумов» – личность куда более масштабная, а «Толкиен» – коллективная): вселенная «Хищника» – если и не отработанный материал, то уже давно и по всем правилам распаханная делянка. Родилась гадина в 1987-м и была описана как представитель высокоразвитой расы гуманоидов-охотников, главное хобби которых – сафари на чужих планетах. Живут «хищники» (самоназвание – яутжа) по кодексу в духе бусидо, согласно которому убийство заведомых хлюпиков – жуткий позор. Потому, наверное, к человечеству яутжа испытывают довольно-таки трепетные чувства. То есть, с одной стороны, людишек от случая к случаю упромысливают. С другой – Земля все-таки не разделила судьбу планет, превращенных в инкубаторы для «чужих» (дичи, по мнению яутжа, элитной), напротив, была спасена «хищниками» от их нашествия.
Чем эта немудреная история приглянулась публике, старожилы не припомнят, тем не менее популярность «Хищника» породила аж четыре официальных продолжения, полтора десятка романов, добрую сотню комиксов и несколько кроссоверов. Самый известный из них – «Чужой против Хищника» – весьма грамотно объединил двух монстров в рамках одной вселенной, но имелись и такие дива дивные, как «Тарзан против Хищника», «Бэтмен против Хищника», «Судья Дред против Хищника», «Терминатор против Хищника», а скоро, если верить анонсам, инопланетянину дадут леща еще и ковбои Дикого Запада.
Изначально Родригес, судя по всему, планировал хулиганить в том же духе: в рабочем варианте сценария присутствовали некие «птицы-хищники» и «аквахищники», то бишь с делянкой собирался поступить в духе Мичурина, полностью игнорируя биологическую составляющую оригинальной истории. Почему – очевидно: выросший в многодетной семье режиссер-многостаночник привык, что все игрушки вокруг общие, но наиграться вволю нельзя – дефицит. Данное ощущение он пронес через всю свою карьеру (как и его закадычный дружбан Тарантино), упорно снимая кино так, как его мечтает снять любой четырнадцатилетний подросток: с хромированными пестиками, сисястыми барышнями, компьютерными красивостями, геройскими героями и негодяйскими негодяями (к «мексиканской трилогии» Родригеса – обязательной дани этнических меньшинств родной сторонушке – это, конечно, не относится).
Однако сценарий перебелили, и если чего в фильме и нет, так это подросткового хулиганства. «Хищники» – типичный экшн, тепло ностальгирующий по «тому самому» боевичку с Арни, но при этом отправивший всю биологическую составляющую в «игнор» (к примеру, любому фанату известно, что долгое время находиться в кислородной атмосфере без масок яутжа не могут, но Родригес их научил). На подобные вольности при игре в чужие игрушки, в принципе, можно было бы закрыть глаза, кабы не пафос ленты, корни которого стоит искать чуть ли не в Ветхом завете.
Жанровое отличие научной (точнее, псевдонаучной) фантастики от фэнтези, сказки или мистики базируется, в том числе, на отсутствии допущений – любое явление можно обосновать научным (точнее, псевдонаучным) путем, креационизм не предлагать. Фильм Антала – Родригеса, напротив, заставляет видеть в цивилизационном противостоянии людей и гуманоидов вполне божественный замысел. По крайней мере, объяснить сюжетную завязку иначе, кроме как карой мясникам-человекам за грех смертоубийства себе подобных, проблематично.
Хуже того, большинство заданных в картине вопросов ответа так и не получат, но ввергнут в навязшие на зубах рассуждения о мерзости людской натуры, о трусости, предательстве и догме, что «человек человеку – волк» (к слову, наш десантник в исполнении актера от мордобоя Олега Тактарова окажется в итоге чуть ли не самой благородной единицей, что ему индульгенция за чеченские аулы).
Эдриану Броуди, получившему «Оскар» за «Пианиста», играть такие материи не впервой, и, в принципе, сделать из «Хищников» философскую сагу с богатым эмоциональным фоном – задача небезынтересная (явно не хуже свары инопланетян с Тарзаном и Бэтменом). Но тут уж либо трусы, либо крестик – псевдодетективная, предсказуемая интрига фильма вкупе с неизбежной, если речь о «хищниках», пугалкой-догонялкой и условностями в духе «а тут я типа как бы ожил» хоронят всю затею.
Если картина не вписывается в выпестованную фанатами вселенную, а попытку переосмысления оной убивает унылыми жанровыми клише, не очень понятно, кому она вообще нужна. Возможно, конечно, Родригесу, но вряд ли. «Хищники» похожи на переношенного, однако обделенного любовью ублюдка, и титр с фамилией одного из лучших в кино специалистов по забавной понарошке выглядит сущим недоразумением.
Как говаривали в подобных случаях советские педагоги, «уж от кого-кого, а от вашего мальчика мы не ожидали».