1. Модный ориентализм (для тех, кто готов потратить до 500 тыс. долларов)
В Париже, в последнее время определенно углубившемся в восточную тематику, отделение Sotheby’s впервые провело полностью «азиатские» торги. Связано ли это как-то с избранием Саркози, неизвестно. В то же время лондонское отделение проводит торги художников-ориенталистов. Видимо, глобализация и толерантность имеют свое веское слово и на арт-рынке. Рудольф Эрнст, Жан-Леон Жером и Эжен Делакруа будут доступны по цене от 100 до 300 тыс. фунтов. А японское и китайское искусство из Парижа обойдется и того дешевле. Впрочем, основные «азиатские» торги уже прошли в мае, это уже так, послевкусие.
2. Радужные краски русского искусства (для тех, кто готов потратить до миллиона долларов)
Россия на втором месте по количеству миллиардеров, и русскими покупателями на зарубежных аукционах уже никого не удивишь
Довольно сидеть у разбитого кувшина – Россия на втором месте по количеству миллиардеров, и русскими покупателями на зарубежных аукционах уже никого не удивишь. У нас много любителей покричать о том, как иностранцы делают на России деньги. Так вот, прописная истина искусства и круговорот русофильства в мире: после революции европейцы скупили творчество наших гениев за бесценок, а теперь продают втридорога нам же. Хотя топ-лот Christie’s «Вокзал» Гончаровой с эстимейтом 600–800 тыс. фунтов покупателя своего не нашел, зато в целом аукцион прошел на удивительно высоких нотах.
Картина Яковлева «Портрет Василия Шухаева в его мастерской» с эстимейтом 500–600 тысяч выручила почти 3 миллиона. А картина самого Шухаева «Портрет мадам Павловой» принесла, к слову сказать, 1,8 млн. фунтов при эстимейте 400–500 тысяч.
По эстимейту и выручке самый любимый наш художник Айвазовский оказался на третьем месте (400–600 тыс. фунтов и 2,7 млн соответственно). А вот Сомов (картина «Радуга»), оцененный наравне с Айвазовским в 400–600 тысяч, вырвался вперед и принес 3,716 млн – на текущий момент рекордная цена за русскую картину на аукционе. Другая его картина принесла еще 445,6 тысяч – на 6-м месте по общим результатам Christie’s. Его прорыв на аукционе Sotheby’s поддержал «Натюрморт с кувшином и иконой» Ларионова (эстимейт – 1–2 млн фунтов). Надо признать, что искусство Ларионова в определенной степени соответствует новой русской доктрине – сочетание неопримитивизма и русского фольклорно-церковного стиля с явными западноевропейскими мотивами.
С одной стороны, радует, что наконец появились новые имена – не все ж Айвазовским единым! С другой стороны, все же мы, как всегда, перебарщиваем с ценами. И тут на широкую русскую ногу.
3. «Наскальная» романтика латиноамериканского искусства (для тех, кто готов потратить до 3 млн долларов)
Пятерка латиноамериканских лидеров торгов остается неизменной уже столько сезонов: Матта, Мартинес, Лам, Ботеро, Тамайо. Мы с Латинской Америкой в чем-то похожи: нации, которых боится Америка. Если нас она боится с точки зрения военной угрозы, то их – с точки зрения демографической. Говорят, к середине этого века США станут католической державой, в которой испанский будет государственным языком наряду с английским.
Латиноамериканские картины с их простодушным смешением фантастического и реального привлекают «среднестратегического» покупателя своей простотой, почти примитивизмом, с одной стороны, и яркими красками и фантастическими мотивами – с другой. Те, кому близка броская и грубая романтика с элементами магического реализма и кто желает прослыть «этническим» оригиналом, готовы платить за нее бешеные деньги. Так, «Цветы Мексики» Альфредо Рамоса Мартинеса, оцененные в 600–800 тыс. долларов, были проданы чуть больше, чем за 4 млн долларов. А вот «Женщина-лошадь» Уилфреда Лама ушла за чуть меньше миллиона при начальном эстимейте в 600–800 тысяч.
4. Импрессионисты (для тех, кто готов потратить от 5 до 10 млн долларов)
Миф практичного и близкого каждому искусства был создан именно в конце XIX – начале ХХ века импрессионистами и модернистами. Начиная с Пруста и Моне и их экскурса в «прекрасное давно», воспоминание стало цениться на вес золота. Кстати, именно Моне с его картинами периода Живерни («Аркада из роз. Живерни» оценена в 9–12 млн. фунтов) и изображением моста Ватерлоо (6–8 млн – эстимейт) и являлся ведущим лотом импрессионистских торгов Christie’s этого июня наряду с Камилем Писсарро (2,2–3,2 млн фунтов за очередную версию «Нового моста»), Полем Синьяком (его «Константинополь» оценен в 1,5–2,5 млн фунтов) и другими.
Ничего другого не остается и Sotheby’s, чьи эксперты предлагают работы из серии водяных лилий 1904 года (в 1998 году картина «Пруд с водными лилиями и тропинка у воды» была продана за 19,8 млн фунтов, а на этот раз «Лилии» оцениваются в 10–20 млн фунтов). Однако Sotheby’s предлагает несколько сменить ракурс «чистого впечатления» – на аукцион выставлены и работы Анри Матисса (его «Танцовщица в кресле» оценена в 8–12 млн фунтов), Амедео Модильяни («Портрет молодой женщины» должен принести 3,5–4,5 млн фунтов, хотя в 2004 году за его портрет Жаны Эбютерн было выручено более 30 млн долларов), Тулуз-Лотрек, Пикассо и фон Явленский. В целом – спешите, господа! Именно эти картины легко узнаваемы и, соответственно, обречены на то, чтобы вызывать зависть у друзей своих хозяев. А характерный для новорусского периода «Айвазовский» в кабинете давно уже вышел из моды.
Достойно размышления и то, что своих «русских импрессионистов» вроде Гончаровой дом Christie’s включил в международные торги, а не русские.
5. Доллары от Уорхола (для тех, кто готов потратить 10–20 млн долларов)
Почему-то уже давно известно, что день грядущий нам готовит большей частью Уорхола – три его Мэрилин выставлены Christie’s с эстимейтом в 5–7 млн фунтов. Нужно отдать должное: благодаря Уорхолу мы поняли, что искусство поддается-таки размножению, – и стали его собирать. Из других звездных личностей на аукционных полотнах Уорхола есть Джон Леннон (1,2–1,8 млн фунтов) и Брижит Бардо (2,5–3,5 млн), что еще раз доказывает непреходящую близость современного искусства и шоу-бизнеса. Недаром на аукцион выставлена и часть коллекции Эрнесто Эспозито (дамы, дружно выдохнули) – дизайнера обуви, работавшего с Marc Jacobs, Chloe, Louis Vuitton, и близкого друга самого Уорхола. Его портрет был последним, «растиражированным» великим мастером поп-арта. Впрочем, ничего нового – во времена рококо и барокко тоже заказывали портреты не простых крестьян в целом. Sotheby’s тем временем предлагает «долларовые знаки» Уорхола и портрет Этель Скалл.
Один из самых значительных автопортретов Фрэнсиса Бэкона (эстимейт 8–12 млн фунтов) выставлен на продажу Sotheby’s. В мае 2007 Бэкон был продан за 52,6 млн долларов. Другой портрет «сына века» – «Брюс Бернар» Лучано Фрейда – оценен Christie’s в 4,5–5 млн фунтов. Кстати, Christie’s в этот раз сконцентрировались на лондонской школе – 21 масштабная работа, почти совершеннолетие того, что только недавно заинтересовало наших соотечественников: представлены Майкл Эндрюс, Леон Коссофф, Франк Ауэрбах. Sotheby’s тем временем предлагают Дэмиена Херста («Колыбельная весны» из разноцветных таблеток, эстимейт 3–4 млн фунтов), Бриджит Райли, Питера Доига и, возвращаясь к портретной лирике, молодого художника (1975 г.р.) Бэнкси с картиной «Лицо-пирог» из серии работ, в которых он «модифицирует» известные картины других художников – как мы в школе усы Пушкину пририсовывали.
В целом ситуация с современным искусством напоминает стихотворение «Дом, который построил Джек»: портрет Мэрилин Монро работы Уорхола, портрет барбитуратов, сгубивших Мэрилин, работы Херста, ну и т.д. под девизом «И тебя вылечат, и меня вылечат».