29 ноября в ЦДХ на ярмарке Non/Fiсtion были объявлены лауреаты премии Андрея Белого – старейшей, пожалуй, самой статусной и самой бескорыстной литературной премии современной России. Кроме титула, лауреатам выдается бутылка водки, яблоко и 1 (один) рубль. (Но это случится позже, в Санкт-Петербурге.)
Оттенки белого
Золотой век литературных клубов не только не заканчивается, но, кажется, не достиг своего пика…
В этом году из обширного как никогда шорт-листа оргкомитет премии, состоящий из отцов-основателей, известного переводчика, известного социолога и двух знатных литтусовщиков, выбрал известные и беспроигрышные имена атлантического поэта Алексея Цветкова и петербургского прозаика Александр Ильянена. Но проигнорировал яркие дебютные книги стремительно входящего в моду поэта Алексея Сваровского, необычную прозаическую книгу поэта Марианны Гейде «Мертвецкий фонарь» и нашумевший роман опять-таки поэта Лены Этланг «Побег куманики».
Специальной премии «За особые заслуги перед русской литературой» удостоился наконец поэт Всеволод Некрасов, общепризнанный патриарх авангарда и андеграунда (он признан даже теми, для кого два этих слова – чистое ругательство).
Патриарх по странному стечению обстоятельств за все время существования этой премии ни разу, кажется, не попал даже в шорт-лист премии, специально придуманной для поощрения «эстетического новаторства и эксперимента».
По странному же стечению обстоятельств «Андрея Белого» он получает в год смерти свого старинного антагониста – Дмитрия Александровича Пригова, изобличению которого лауреат посвятил не один десяток страниц. Хочется надеяться, что это лишь случайное совпадение, но иногда все-таки, выстраивая премиальные иерархии, стоит задумываться о возможных контекстах.
В номинации «Гуманитарные исследования» победила наименее академическая и наиболее инновационная из всех номинированных книг – «Коммуникативный образ: Кино. Литература. Философия» Олега Аронсона.
Большая национальная репка
В этом году «Большая книга» сменила обстановку |
Премия «Большая книга» – большая во всех отношениях: тут и миллионные премиальные, и жюри из ста академиков, подобранных по принципу Земского собора – есть представители от всех интеллигентных сословий.
В этом году «Большая книга» сменила обстановку и переместилась из купеческого Гостиного Двора в свежеотреставрированный аристократический дом Пашкова (если тенденция сохранится, то, может быть, на следующий год премия переедет в Георгиевский зал).
Премиальная церемония началась с фальстарта и затянулась на целых 40 минут, после чего лауреаты все-таки были названы, хотя можно было и не называть: имя главного лауреата среди присутствовавших на церемонии озвучивалось неоднократно: «Дадут Улицкой или не дадут? Ах, как же так?»
Если заглянуть в протокол счетной комиссии и проанализировать распределение голосов ста земских академиков, станет понятно, что, если положение о премии в следующем году как-то не изменится, угадать будущих лауреатов будет несложно.
Из списка, подготовленного экспертным советом, больше всего баллов достается тому, чье имя более всего на слуху и известно широкой читательской публике.
Второе и третье место достается чуть менее известным и авторитетным, но все же рейтингово весомым именам. Можно предположить, что в этом году Дина Рубина вышла в финал благодаря воле сплоченного «женского лобби», а беллетризованная биография А.Н. Толстого Алексея Варламова – благодаря имени его персонажа: напиши он биографию, скажем, Пришвина, вряд ли бы его книга вышла в финал.
Воля ста членов жюри, конечно же, не сможет быть скорректирована сговором и интригой, но способна выдать лишь некий среднестатистический результат.
Параллельный Букер
В последний день ноября на пресс-конференции в ЦДХ был объявлен шорт-лист «Студенческого Букера». Предпочтения московских студентов, как всегда, не совпали с выбором «старшего» букеровского жюри.
Список от студентов консервативнее и банальнее. Идея вовлечь в отечественную букериаду жанровую литературу их не вдохновила, поэтому они проигнорировали израильский триллер «Бог не играет в кости» Алекса Тарна и фантазию «Человек, который знал все» Игоря Сахновского, а заодно добротный «советский» роман «Конец иглы» Юрия Малецкого.
Зато студенты вернули в «премиальный оборот» добротный роман Майи Кучерской «Время дождя», размыленное до романных объемов давнишнее эссе Дмитрия Быкова «ЖД», неряшливый и скучноватый эпос «про девяностые» «Великая мечта» Андрея Рубанова (от похожего опуса Сахновского он отличается только в худшую сторону).
Замена шила на мыло в общем и целом не очень-то расцветила общий сероватый фон нынешнего букеровского сезона.
Шортики
Лауреаты молодежной премии будут объявлены 12 декабря |
Чуть ранее, 20 ноября, в Центральном доме журналиста состоялось оглашение шорт-листа молодежной премии «Дебют». Писательские ряды пополнятся новой партией молодых и талантливых. Председатель жюри этого года Анатолий Приставкин отметил, что в отобранном доминирует суровый реализм, социальное, что неудивительно – финалисты «Дебюта» всегда чем-то неуловимо напоминают (иногда даже внешне) членов жюри.
К объявлению шорт-листа был приурочен круглый стол, за которым собралась пестрая компания с участием Павла Крусанова, Олега Дивова, Юрия Мамлеева, Александра Секацкого, Максима Амелина и примкнувшего к ним лауреата «Дебюта» 2005 года Дмитрия Фалеева.
Разговор вышел сумбурный, мэтры на все лады превозносили молодежную премию и отмечали ее значение (как они сами состоялись как писатели без премии «Дебют» – непонятно), шаманили, и неизвестно, чем бы закончилась эта дискуссия, если бы не твердая рука бессменного куратора премии «Дебют» Ольги Славниковой.
Меж тем лауреаты молодежной премии будут объявлены – 12 декабря.
В остальном градус кипения литературной жизни Москвы был ничуть не меньше, чем месяц назад, на разнообразных клубных площадках Москвы поэты, реже прозаики презентовали новые книги и читали, читали, читали.
Благодаря усилиям группы «Культурная инициатива» и кураторам других литературных площадок чтение стихов в Москве теперь идет бесперебойно, почти ежедневно, как церковные службы, о чем свидетельствует литературная афиша прошедшего месяца.
Клубные закладки
В этом «стихийном» потоке стоит отметить сольный авторский вечер в клубе «Жесть» поэта Шиша Брянского (в миру Кирилла Решетникова). Шиш Брянский – поэт своеобразный, поднявший фольклор измученных словами филологических студентов до уровня настоящей поэзии, сильно выделяющийся на общем фоне, выступает довольно редко, со сцены читает достаточно редко.
В этот раз он читал в основном старые тексты, вопреки обыкновению спокойно, без нарочитой экзальтации. Чувствовалась некоторая усталость Кирилла Решетникова от Шишовой маски .
В той же «Жести» состоялся вечер критика Романа Арбитмана в форме презентации новой книги «Поединок крысы с мечтой». Вечер получился веселый и познавательный.
Роману Арбитману удалось небывалое – в зале преобладали литературные критики и разговор вращался вокруг вечного вопроса: что такое интересная литература?
Презентации постоянно мешали порожденные критиком виртуальные персонажи Лев Гурский и Рустам Станиславович Кац, который в конце концов одержал убедительную победу над Р.Арбитманом. Однако, судя по откликам, зрителей это особо не огорчило.
Золотой век литературных клубов не только не заканчивается, но, кажется, не достиг своего пика. Появляются все новые и новые – 19 ноября стартовала литературная программа культурного центра «Покровские ворота» при книжном магазине «Примус». Куратор центра Евгения Вежлян решила внести в московскую литературную жизнь элемент классического салонного действа в духе позапрошлого века.
Цикл «Дневник писателя» – «Разговор в стиле ретро» открылся диалогом двух прозаиков – Олега Зайончковского и Андрея Геласимова.
Диалог развивался, как того требовала ведущая, «без форматов» и пошел сразу по всем направлениям: сначала писатели поспорили по поводу, что считать хорошей литературой, и, как следовало ожидать, демократичный Геласимов не нашел точек соприкосновения с консервативным Зайончковским.
Потом запутавшихся в академических определениях писателей присутствовавшие на вечере заинтересованные слушатели вернули в день сегодняшний и диалог стал живым и непринужденным, как и положено светской беседе.
Зайончковский признался, что писать он начал, чтобы удивить бабушку, Геласимов воспел Прованс и своих читателей-виноделов. Разговор завершился на дружеской ноте, правда, подарить друг другу сюжеты писатели не захотели: Геласимов – потому что они стоят денег, Зайончковский же потому, что сюжеты – это он сам.
Вечер в общем и целом удался, жизнь без форматов, оказывается, тоже возможна.