В Государственной думе уже ходит по кабинетам проект изменений ряда законов, касающийся кредитования. По неведомой причине этот документ уже именуют антиростовщическим.
Банки – на деле представляющие ростовщический капитал – высасывают огромные деньги из населения и предприятий
Родился он еще осенью 2012 года и все еще находится на рассмотрении. Россиянам тоже стоит рассмотреть его получше, заодно узнав, какое «облегчение» он им готовит. Это просто необходимо сделать, чтобы понять, какие изменения на самом деле нужны. И речь идет не о мелких ссудных фирмах, а о банках как таковых.
Без цитат не обойтись. Вот главное «антиростовщическое» предложение: «По договору займа, заключенному с гражданином (физическим лицом) – заемщиком, процентная ставка по займу не может превышать одной трети процента в день, 10 процентов в месяц или 120 процентов в год».
В случае, если кредитор устанавливает процент выше установленного законом, должник вправе обратиться в суд – не в полицию, не в прокуратуру, а в суд. И тот может удовлетворить претензии должника, снизив процент до законного максимума.
Обитающий в Думе проект содержит еще немало разного рода «гуманных» предложений. Особое внимание уделено размеру кредита, который могут получать россияне. Такого рода предложения выглядят как страховка для слишком алчных ростовщиков. Что касается размера законно допустимого кредита, то он безумно велик. Он недопустимо велик.
Автор проекта, безусловно, прав в одном. Без максимума ссудного процента страна жить не может. Банки – на деле представляющие ростовщический капитал – высасывают огромные деньги из населения и предприятий. Они никак не ограничены в своей алчности.
Они душат реальный сектор и спрос. Зато банкиры обожают говорить, что только «священные законы свободного рынка» определяют дороговизну кредита в России. Поэтому задача состоит не в том, чтобы уничтожить товарно-денежные отношения, а в том, чтобы ограничить наконец эту «непорочную» рыночную свободу.
Никто не удивляется, что некачественные товары по закону нельзя продавать. Никто, наверное, не сомневается, что вызывающие отравление пищевые продукты не должны допускаться до покупателя. Будет правильно, если закон установит максимум ссудного процента.
Он может быть не менее страшен: неподъемные платежи по долгу способны разрушить жизнь людей, разорять их – превращать в нищих и бездомных. Но каким должен быть максимум ссудного процента? Насколько нужно опустить планку, обозначенную в думском проекте закона?
Максимум в 120% годовых – это безумие. Даже треть, даже четверть, пятая или десятая часть этой цифры была бы слишком велика. Такого рода борьба с ростовщичеством годится только для того, чтобы пугать детей неуязвимостью алчности. Законодательно нужно понижать допустимый ссудный процент резче.
История здесь дает материал и обоснование. Еще в XVI–XVII веках в Западной Европе законы против ростовщичества ставили границу цены кредита ниже уровня в 10%. В современной России такой кредит считается весьма недорогим – едва ли не подарком для предпринимателей и наемных работников.
Границу максимума нетрудно определить точно. Ссудный процент и все прочие предусмотренные банком вознаграждения для себя не должны превышать 7% годовых. Кредитование по большей ставке должно стать уголовным преступлением, наказанием за которое, помимо тюремного заключения, стоило бы назначить конфискацию имущества ростовщика.
И те, с кого кредиторы решили взять более максимума, не должны бегать по судам, выпрашивая уменьшения ссудного процента. По заявлению или имеющейся информации за дело обязаны браться полиция и прокуратура.
Ставка в 7% не взята с потолка. Она была определена к 1700 году в Англии как предельно терпимая для промышленности, не разоряющая и дающая возможность вести дела с прибылью. Однако это максимум.
Нормальный кредит должен стоить 3–6%, а не 12–15%, как в современной России. Такой ссудный процент душит как реальный сектор экономики, так и граждан.
Перейти к новым правилам было бы нетрудно. Закон опустил бы проценты по внутренним кредитам, а внешние займы банков по ставке более 7% Центральный банк мог бы перекредитовать, рекомендовав в дальнейшем избегать подобных сделок.
Разумеется, предложение такого проекта вызовет бурю негодования со стороны «добропорядочных банкиров». Их аналитики моментально вынут из рукавов свое излюбленное обоснование дорогих кредитов.
Они якобы должны покрывать инфляцию, которую, как известно всякому ростовщику, никто более на себе не ощущает. Все эти оправдания необходимо перестать слушать.
В рыночной экономике цену кредита определяет только соотношение предложения и спроса. Центральные – национальные – банки возникли в истории отчасти для того, чтобы склонять чашу весов в пользу должников.
Одними максимумами и строгими наказаниями дороговизну кредита никому еще не удалось победить при нехватке средств на рынке. Вот почему ставки Центрального банка обязаны быть не выше общего максимума. Банкирам же придется научиться получать меньшую прибыль, а заодно более ответственно подходить к выдаче всех видов займов.
Закон против ростовщиков необходим. Но кто осмелится внести подобный проект? Да и сможет ли он пробиться сквозь строй друзей ростовщиков? Этого мы не знаем, зато твердо знаем – такого законопроекта еще нет.