В пятницу в столице Уругвая Монтевидео глава Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен подписала соглашение, целью которого является создание крупнейшей в мире зоны свободной торговли. Последняя должна объединить 700 миллионов потребителей из ЕС и части стран Южной Америки, которые входят в так называемый МЕРКОСУР (Аргентина, Бразилия, Венесуэла, Парагвай и Уругвай).
Переговоры об этом шли давно. Однако подписание состоялось в ускоренном порядке, произвело впечатление грома среди ясного неба и застало врасплох некоторые страны, которые в резкой форме высказывались против соглашения как невыгодного для них.
В первых рядах протестующих самую активную позицию занимает Франция. Практически все местные политики высказались против соглашения, а узнав, что оно подписано, публично не стеснялись в выражениях. «Предательство», «удар ножом в спину» – такие цитаты приводят французские СМИ. «Франция продолжает бороться, насколько она может, против этого соглашения о свободной торговле, которое рассматривается как угроза для ее продовольственной и сельскохозяйственной безопасности», – сообщает «Фигаро».
Недавний министр торговли Франции Софи Прима пыталась успокоить общественность словами «сегодня еще не конец истории». Она напомнила, что соглашение должны еще ратифицировать страны ЕС. Чтобы оно было заблокировано, требуется, чтобы против него высказались как минимум четыре из 27 государств – членов ЕС, и мало того – чтобы они представляли не менее 35% населения.
Наибольший интерес в этом смысле, кроме Франции, представляют позиции Италии и Польши, но так как обе страны зависимы от дотаций ЕС, было бы опрометчиво ожидать, что их власти пойдут дальше громких слов. Поэтому слова «насколько она может» в материале «Фигаро» являются ключевыми: желание-то бороться есть, да вот с возможностями не очень.
Раздаются во Франции и голоса о том, что соглашение наиболее выгодно немцам, и что Урсула фон дер Ляйен действует в их интересах, так как они получают огромный латиноамериканский рынок для продажи своих автомобилей. «Немецкое правительство в восторге от трюка фон дер Ляйен… Францию выкинули с парохода истории», – написал глава «Непокоренной Франции» Жан-Люк Меланшон.
А лидер «Национального объединения» Жордан Барделла напомнил, что Франция может заставить прислушаться к себе, так как у нее есть «средство давления – немедленная заморозка средств, которые мы перечисляем в европейский бюджет. Теперь только от президента зависит, сумеет ли он заставить уважать Францию и защитить наше сельское хозяйство».
Вместе с другими высокими гостями Урсула фон дер Ляйен должна была присутствовать в субботу на открытии восстановленного после пожара собора Нотр-Дам, но, судя по всему, страсти так накалились, что она дала понять, что не приедет.
С приходом к власти Трампа, который явно не прочь развязать торговую войну против Евросоюза, вопрос новых рынков для Европы становится ключевым. В этом одна из причин, почему соглашение, переговоры о котором тянулись аж с 1999 года, внезапно обрело счастливый конец.
Но есть и подводные камни: никто в нашем мире не отдает свои рынки за так. Иными словами, это работает как «вы пускаете наши товары, а мы пускаем ваши». И когда речь идет об одинаковых товарах, причем их себестоимость у одной стороны в несколько раз ниже, ясно, что победит в итоге тот, чьи товары обходятся дешевле.
Одним из немногих, кто рискнул выступить «за», стал Жан-Люк Демарти, который вплоть до 2019 года занимался разработкой базы и нормативов для соглашения. По его словам, «европейским предприятиям отныне не придется тратить четыре миллиарда в год на выплату таможенных пошлин… Единственной настоящей сложностью является защита наиболее чувствительных сельскохозяйственных продуктов, в число которых входят говядина, мясо птицы и сахар – для защиты которых были предприняты значительные предосторожности».
Парируя нападки, Демарти заметил, что французский политический класс «не способен понять французские интересы в среднесрочной и долгосрочной перспективе». По его мнению, настоящая причина бедствий во французском сельском хозяйстве кроется «в неудовлетворительной французской политике, которая неспособна сделать его продукцию конкурентоспособной в пределах Европы». «Политический класс выбрал МЕРКОСУР в качестве мишени, чтобы не говорить о своей собственной ответственности и избежать обсуждения настоящих проблем», – добавил Демарти.
Хоть и раздаются голоса, что сельскохозяйственная продукция из стран Латинской Америки будет ввозиться фактически по квотам. В итоге доля, к примеру, говядины будет составлять не больше 1,6%, а сахара и того меньше, европейские аграрии нервничают, потому что де-факто весь местный рынок уже давно поделен, и свободных мест на нем нет. Куда в таком случае девать ставшую ненужной собственную продукцию? Что прикажете делать с людьми, которые останутся не у дел? Они ведь явно не обрадуются такому обороту событий – а значит, рост социальной напряженности неминуем.
К примеру, Франция – первый европейский производитель сахара, но уже в сезоне 2023-2024 годов ее экспорт упал более чем на 3% из-за конкуренции с украинским, допущенным на рынок ЕС. Да, за это время французские производители почти перестроились на поставки в Бельгию, которая стала использоваться в качестве перевалочного пункта для дальнейшей отправки в страны третьего мира. Особенно выросли поставки в такие африканские государства, как Мавритания, Гана и Гвинея.
Но даже при том, что сахар – продукт специфический, так как сейчас в мировом масштабе отсутствует его перепроизводство, и цены на него держатся достаточно высокие (более 800 евро за тонну), появление латиноамериканского сахара нервирует французских производителей. Они опасаются, что им придется сдать свои позиции в Испании, Италии и Португалии, где около трети сахара по-прежнему остается французской.
Беспокоят французов и перспективы по выращиванию кукурузы: по их подсчетам, если Бразилия нарастит свои посевные площади, в Европе их количество может уменьшиться на 600 тысяч гектаров. А Франция среди стран ЕС – главный поставщик зерна кукурузы на экспорт.
Всякий знает, что мало зайти на рынок, надо еще суметь на нем закрепиться и неустанно расширять свои позиции. Нет никаких причин для того, чтобы страны МЕРКОСУР сочли свой выход на рынки ЕС убыточным, а раз так, они будут всеми средствами расширять свое производство, привлекать инвестиции и добиваться увеличения квот.
Что касается России, то для нее, скорее всего, открываются новые возможности в плане торговли удобрениями, а также выгодных инвестиций в сельское хозяйство стран МЕРКОСУР, которое неизбежно будет расти. Известно, что за первые 10 месяцев текущего года Россия продала в Бразилию 9,2 млн тонн удобрений против 7,8 млн тонн за аналогичный период прошлого года. При этом стоит учитывать, что это цифры в условиях 10-процентной вывозной пошлины и экспортных квот, введенных для защиты внутреннего рынка.
Даже французская пресса не считает нужным скрывать, что сельское хозяйство ЕС стало всего лишь разменной монетой в гигантской транзакции, где ежегодно будут фигурировать цифры от 40 до 45 миллиардов евро.
По прогнозу экспорт из ЕС автомобилей и запчастей может стать больше на 114%, на 47% – продукция фармацевтического и химического производства, а одежда и изделия из тканей – на все 424% (при самом благоприятном сценарии, как подчеркивается). Почему бы не пожертвовать ради такого успеха частью местных производителей мяса и сахара?
Тем более в глубине души во Франции отлично понимают – в том виде, в каком оно существует в ЕС, сельское хозяйство по преимуществу глубоко убыточно и может существовать только за счет дотаций. Поэтому сколько бы местные производители ни напирали на то, что мясо из Бразилии не соответствует нормам ЕС, а кукуруза там выращивается с помощью запрещенных в Европе гербицидов, особого отклика у французов эти ламентации не находят.
А некоторые из граждан, вроде комментатора к материалу «Фигаро», и вовсе позволяют себе рискованные шутки: «Короче, следствием соглашения будет то, что теперь 3% замороженной лазаньи станут делать с бразильской говядиной, тогда как раньше это была на 100% румынская лошадь».