Российские кораблестроители разработали проект универсального десантного корабля, который должен взять на себя функции, предназначавшиеся для вертолетоносцев типа «Мистраль». Представитель Главкомата ВМФ, присутствовавший на презентации макета УДК проекта «Прибой» на форуме «Армия-2015», прямо заявил, что это – российский ответ «Мистралям».
Французы сами были не рады «Мистралям», и все понимали, что это не самый удачный проект, и не сильно они нам нужны
«Характеристики, заложенные в проекте, позволяют рассчитывать, что корабли проекта «Прибой» смогут успешно решать задачи по приему, перевозке и высадке морского десанта», – сказал он, уточнив, что в «Прибое» не будут повторяться технические наработки и системы французов, и все в этом корабле будет отечественного производства.
УДК «Прибой», как заявляется, будет иметь водоизмещение 14 тысяч тонн при осадке 5 м. Корабль сможет развивать скорость до 20 узлов. Дальность его плавания составит 6 тыс. миль, а автономность похода – 60 суток.
Для сравнения, водоизмещение «Мистраля» – 21 тыс. тонн, больше среди российских надводных кораблей имеют только атомные крейсера типа «Орлан» и тяжелый авианесущий крейсер «Адмирал Кузнецов». Скорость французского вертолетоносца 29 узлов, дальность плавания до 8,5 тыс. миль, автономность 45 суток.
«Прибой», по замыслу разработчиков, должен быть способен принять на борт восемь противолодочных и десантно-высадочных вертолетов Ка-27 и Ка-52К, до 60 единиц техники, четыре десантных катера проекта 11770М или два – проекта 12061М.
«Мистраль» в варианте, созданном для России, способен брать на борт 30 вертолетов Ка-52К и К-29 или Ка-27М, четыре десантных катера, от 450 до 900 морских пехотинцев.
Строительство двух «Мистралей» обошлось России в 1,2 млрд евро. Стоимость «Прибоя» не пока называется даже приблизительно. Для сравнения, «Хуан Карлос I», построенный в 2011 году, обошелся испанской казне, как сообщалось, в 360 млн евро. Стоимость американского корабля типа Wasp (40 тыс. тонн, до 46 вертолетов или до 20 самолетов, 1900 морских пехотинцев) называлась в 750 млн долларов.
Вертолеты нести нечем
УДК, или, как их еще называют, вертолетоносцы – класс кораблей, строить которые в советское время посчитали нецелесообразным. Хотя соответствующие разработки велись, в итоге от них отказались в пользу тяжелых авианесущих крейсеров (по стоимости и сложности производства такие корабли сопоставимы, и с учетом судостроительных возможностей приходилось выбирать).
Часть задач, которые в военно-морских силах других держав выполняют УДК, в ВМФ России лежит на больших десантных кораблях. Но нести на борту вертолеты из всех десантных кораблей России могут только БДК проекта 1174 «Носорог» водоизмещением 14 тыс. тонн. На таком корабле могут разместиться четыре вертолета Ка-29, до 50 плавающих танков или до 80 единиц легкой бронетехники, или до 120 машин, а также 500 морских пехотинцев. Беда в том, что из трех построенных кораблей этого проекта один был списан 19 лет назад, а два других выведены в резерв в 1997 и 2002 году соответственно. Есть ли решение относительно их дальнейшей судьбы, неизвестно. БДК проектов 775 и 1171 вертолеты нести не могут. Это могут делать кое-какие корабли других классов: одну машину может держать на борту эсминец проекта 956 «Сарыч», столько же – крейсер проекта 1164 «Атлант». Но их десантные возможности крайне скромны – максимум взвод-рота морской пехоты или группа спецназа. В условиях, когда нужно, к примеру, провести эвакуацию российских граждан из неспокойного региона, нужен корабль с достаточным числом транспортных и ударных вертолетов, катеров, мест для десанта, оборудованный госпиталем и т. д. Такого корабля у России сейчас нет.
Годы споров
История с закупкой Россией «Мистралей» у Пятой республики стала скандальной задолго до отказа Парижа передавать корабли в срок. Многие эксперты высказывали сомнения, что России нужен корабль такого класса, патриотические блогеры возмущались, что Россия покупает вооружение за рубежом. Сами переговоры шли долго и тяжело: ключевым вопросом было электронное оборудование. «Мистраль» – это не просто платформа для перевозки людей и техники. Это корабль управления, и Россия была заинтересована в том, чтобы получить французские технологии управления современным морским боем. Смогут ли российские разработчики в ближайшее время создать систему управления и связи такого же уровня, российские эксперты сказать не берутся.
После того, как Франция отказалась передавать корабли в срок, в России еще больше начали говорить, что не очень-то и хотелось. Председатель Движения поддержки флота капитан 1-го ранга Михаил Ненашев в интервью газете ВЗГЛЯД высказывал мнение, что за годы строительства «Мистралей» для России специалисты, военные эксперты и флотское руководство пришли к выводу, что эти корабли вовсе не нужны ВМФ. «Эти корабли предназначены для реализации экспансии в тех или иных регионах мира. Если бы их поставили нам, то Россия нашла бы им вынужденное применение. Но с точки зрения боевого предназначения эти корабли нам не нужны, поэтому нам самим строить их незачем», – уверен он.
Некоторые комментаторы называли контракт авантюрой ненавистного в войсках бывшего министра обороны Сердюкова, намекая на коррупционный интерес. Однако очевидно, что этот чиновник не мог самолично принять такое решение. В конце прошлого года президент Владимир Путин высказался о мотивах сделки предельно конкретно: «Мы в свое время заключили эти контракты, чтобы поддержать наших партнеров и занять их верфи», – сказал он. «Для нас это с точки зрения поддержания обороноспособности, сказать вам откровенно, не имеет никакого значения», – подчеркнул Путин.
«Выгоднее заняться рисованием проекта»
#{weapon}По мнению редактора журнала Moscow Defense Brief Василия Кашина, политическими мотивами был обусловлен выбор контрагента, но сомнений в необходимости в таких кораблях, сделанных ли российскими руками или закупленными у той или иной зарубежной страны, у него нет.
«Наш флот десантных кораблей, во-первых, очень старый, а во-вторых, состоит из маленьких кораблей водоизмещением около 5 тыс. тонн, которые способны перевозить ограниченное количество войск и могут высаживать десант «дедовским способом», из рампы на берег, что резко ограничивает их возможности, – сказал эксперт газете ВЗГЛЯД. – Это даже не прошлый, а позапрошлый век, такого нет уже ни у кого: даже страны уровня Алжира покупают современные десантные корабли с вертолетами, доковыми камерами и т. д. А ведь десантный флот – это самая, можно сказать, боевая часть наших военно-морских сил, одна из самых активно используемых: челноками мотаются в Сирию, и на том, что они доставляют, держится во многом сирийская армия. Они участвовали в Крымской операции, то есть используются на полную катушку и очень сильно изнашиваются. Рано или поздно встанет вопрос об их замене. И явно речь должна идти о чем-то новом. Десантный корабль проекта 11711 (в стадии строительства – прим. ВЗГЛЯД) – просто улучшенный вариант старого, концептуально устаревшего подхода. Ну, теперь они вертолет могут нести.
Поэтому рано или поздно нам будет необходим современный десантный корабль большой грузоподъемности с вертолетами и доковой камерой. В условиях локальных кризисов возникает необходимость доставки чувствительных грузов или эвакуации граждан».
«Другое дело, что у нас сейчас вообще с надводными кораблями ситуация напряженная, – отметил он. – Вопрос, была ли потребность в «Мистралях» первоочередной, или можно было заняться чем-то еще. Еще один вопрос – своевременность. Сейчас, когда экономика в состоянии спада, бюджеты урезаются, наверное, нам выгоднее отложить это на будущее и заняться рисованием проекта, а за «Мистрали» получить деньги. Если бы было все нормально, в принципе имело бы смысл заняться этим».
«Французы сами были не рады»
«Один адмирал сказал: «Я не говорю, хороший «Мистраль» или плохой, я спрашиваю: зачем? – вспомнил в интервью газете ВЗГЛЯД капитан 1-го ранга Игорь Курдин. – «Мистраль» – не одиночный корабль, он требует охранения. Не так давно я был в Тулоне, где стоят их «Мистрали», пообщался с командиром одного из них. Он сказал, что корабль стоит в основном на приколе, и их сложно базировать. То есть французы сами были не рады «Мистралям», и все понимали, что это не самый удачный проект, и не сильно они нам нужны. Но сказали, что это политическое решение.
А вот десантные корабли достаточного водоизмещения нам нужны. Мы недавно были вынуждены вывести из состава флота самые большие наши десантные корабли проекта «Носорог». Жалко, хорошие корабли, но они свое уже просто отслужили. Мой отец в свое время служил на военном корабле в районе Африки, там были курсанты, подразделения морской пехоты, техника, так вот они предотвратили военный переворот. Они даже не высаживались, просто зашли в порт».
Он отметил, что наивно было думать, что французы нам отдадут самую современную начинку корабля: «когда мы делаем экспортные корабли, там тоже несколько другая начинка». На вопрос, смогут ли российские разработчики создать современную систему управления, не уступающую аналогичной на «Мистралях», он ответил: «У нас просто нет другого выхода. Как все убедились, мы должны рассчитывать только на себя. В свое время мы создавали такие системы. Да, у нас трудности с электроникой, и сейчас трудности с элементной базой. Но по подводным лодкам мы сумели создать такие корабли, которые не только сравнялись с американскими лодками по дальности обнаружения и уровню шумности, но и превзошли их. Кстати, на Тихоокеанском флоте у нас был корабль управления с ядерной энергетической установкой «Урал» (самый большой в мире разведывательный корабль, списан в 2001 году и утилизирован – прим. ВЗГЛЯД), возможно, какие-то наработки возьмут из того проекта», – сказал офицер.