Грузинские анклавы на территории Южной Осетии восстановлению не подлежат. Такой вывод можно сделать из заявления президента непризнанной республики Эдуарда Кокойты.
А что, надо допустить, чтобы нас оттуда обстреливали? Опять стреляли нам в спину и издевались над нашим народом?
Власти страны официально подтвердили информацию о том, что беженцам, ушедшим с территории сел за границу с Грузией, нет смысла возвращаться обратно.
«Мы не намерены туда больше кого-то запускать, — сказал в пятницу Эдуард Кокойты, слова которого приводит «Коммерсантъ». — А что, надо допустить, чтобы нас оттуда обстреливали? Опять стреляли нам в спину и издевались над нашим народом?».
По данным пресс-службы Южного регионального центра МЧС России, на территории России сейчас зарегистрированы более 17 тыс. беженцев из Южной Осетии, которые вынуждены были покинуть непризнанную республику из-за вооруженного конфликта с Грузией. В стационарных пунктах временного размещения находятся 4503 беженца из непризнанной республики, в том числе 1820 детей, передает РИА «Новости».
«Более 18 тыс. осетинских беженцев из Грузии сейчас находятся в Северной Осетии, —добавил Кокойты. — Нам их нужно возвращать в Южную Осетию».
Впрочем, пока территория, где располагались грузинские села, едва ли пригодна для возвращения беженцев, так как, по словам главы непризнанной республики, грузинские анклавы фактически уничтожены.
«Мы там практически выровняли все. Установили границу Южной Осетии», — подчеркнул президент.
Все мирные жители, заверил Кокойты, были вывезены из грузинских сел еще до начала военных действий, так как местные власти предоставили коридор, позволив мирному населению спокойно выйти из зоны конфликта.
«Еще раз хочу вас заверить, что в этих анклавах фактически никого не было», — сказал он.
Правозащитные организации эту информацию частично подтвердили, однако заявили о том, что ситуация на территории грузинских анклавов, расположенных по дороге между городом Джава и Цхинвали, сложнее, чем кажется на первый взгляд.
Раньше эта дорога была закрыта и жители сел были практически в изоляции, но теперь по ней передвигаются колонны военных, ополченцев и автобусы с гражданским населением, пытающимся попасть в Цхинвали.
«Сейчас там происходят ужасные вещи, — отметила в интервью газете ВЗГЛЯД представитель миссии международной правозащитной организации Human Rights Watch Татьяна Локшина, которая в данный момент находится в столице Южной Осетии. — На самом деле, почти все население этих деревень перебралось на территорию Грузии в самом начале боевых действий, и сейчас там остались только старики, больные и те, кто не смог бросить хозяйство.
Во время беседы они рассказали нам, как в их дома заходили ополченцы, выносили мебель, ковры, а затем поджигали здание. Сейчас у стариков нет воды, еды, они живут на пепелище, и если никто, в том числе и международные гуманитарные организации, не вмешается, они просто умрут».
Действия эти, по словам правозащитника, абсолютно осознанные. В беседе с представителями Human Rights Watch сами ополченцы не отрицали, что намеренно жгут дома для того, чтобы жители сел «больше сюда не возвращались».
«Потому что если они вернутся, говорили нам, ничего вразумительного не получится и вновь разгорится конфликт», — рассказала Локшина.
По ее словам, несколько разрядить ситуацию удалось после того, как в дело вмешались российские миротворцы, которые, начиная середины дня 13 августа, начали патрулировать зону конфликта.
«На дороге были поставлены блокпосты, цель которых — не пускать к селам вооруженных людей. И эффект действительно был, потому что если во вторник на территории анклавов полыхали десятки зданий, то уже в четверг огня практически не было видно».
Факт мародерства в грузинских селах Эдуард Кокойты признал, но отметил, что этот процесс является неотъемлемой частью любого вооруженного конфликта.
«Это последствия любой войны, любой агрессии. Мы все эти факты жестко пресекаем», — сказал Кокойты.
Мародерство, по сообщениям российских СМИ, пресекается по всей территории республики. Для борьбы с противоправными действиями в городах и селах начали создаваться соответствующие комитеты, а местные власти стали расстреливать мародеров на месте и пообещали поставить вопрос еще жестче.