Ходят слухи, что, покидая недавний саммит «большой семерки» в Канаде, Дональд Трамп сказал, что считает самыми глупыми поступками США подписание Соглашения о Североамериканской зоне свободной торговли (НАФТА, в которую входят также Канада и Мексика) и договора о создании НАТО.
И это более чем похоже на правду – потому что еще до избрания президентом Трамп критиковал НАТО, ставя под сомнение необходимость его существования: союзники мало денег тратят на оборону, все лежит на американцах, да и задачи НАТО устарели. И даже въехав в Белый дом, он продолжал критиковать НАТО, называя его устаревшим – но после первой встречи с генсеком организации Столтенбергом весной прошлого года стал говорить о том, что его услышали, НАТО меняется, и «сейчас они борются с терроризмом»:
«Я говорил, что оно устаревшее. Больше оно не устаревшее».
Поверили ли Трампу? Конечно, нет – только сделали вид. Потому что все атлантисты – как американские, так и европейские – прекрасно знают его взгляды и цели. Трамп хочет укрепить Америку за счет усиления ее внутренней мощи – в первую очередь экономической. Все внешние альянсы, как и ключевую роль США в процессе глобализации, он рассматривает как приносящие больше вреда, чем пользы для самого государства Соединенные Штаты Америки. И собирается пересмотреть и изменить их так, чтобы они были выгодней для американской экономики и американского же населения – причем делать это он будет едва ли не любой ценой.
То есть нагнетая, угрожая, блефуя – используя весь усвоенный им за свои 72 года опыт. Поэтому, что бы Трамп ни говорил, атлантисты понимают – он хочет ослабить Европу, видя в ней конкурента, а не младшего партнера по построению «единого человечества». Ослабить, а то и расколоть Евросоюз Трамп собирается в том числе и с помощью НАТО – естественно, не распуская организацию (на это у него при всей его лихости просто нет полномочий), а используя ее для давления на Европу.
Ведь по мере роста Евросоюза растут разногласия не только внутри него, но и в рамках НАТО – которое по факту является главной и единственной скрепой западного единства. Неправильно понимать НАТО просто как инструмент обеспечения американского контроля над Европой – эта функция есть, но она не главная. «Большая семерка» и прочие организации носят консультативный характер – а НАТО, созданное в 1949 году, является механизмом контроля наднациональных элит над Европой и США.
Оно не просто соединяет два берега Атлантики – оно переводит понятие «Запад» из теоретического в конкретное.
Есть НАТО – есть Запад. Нет НАТО – нет Запада.
Может случиться Брексит, может прийти к власти антиатлантист Трамп, может даже развалиться Евросоюз – но пока есть НАТО, сохраняется Запад и его претензия на мировое господство.
И вот руководитель организации, генсек НАТО Йенс Столтенберг, накануне своей поездки в Лондон публикует статью в The Guardian – в которой заявляет о «реальных разногласиях между Соединенными Штатами и другими союзниками», которые несут угрозу всей системе трансатлантических отношений и военному союзу, о «политических штормовых облаках», вносящих напряжение в отношения союзников.
Что имеет в виду бывший премьер-министр Норвегии? Он называет «такие вопросы, как торговля, изменение климата и ядерное соглашение с Ираном» – но в реальности и это не весь перечень. Есть еще и палестино-израильская проблема (особенно с вопросом об Иерусалиме), отношения с Россией – не говоря уже о прямых разногласиях между США и Турцией по сирийской проблеме и закупке Анкарой российских С-400. Но тут важен не перечень тем – а признание угрозы развала. Для того, чтобы его избежать, Столтенберг начинает заклинать и призывать на помощь ту же «русскую угрозу»:
«Наш интерес всегда заключался в том, чтобы держаться вместе ради защиты... В настоящий момент мы находимся в наиболее непредсказуемой за последнее поколение ситуации в сфере безопасности – речь идет о международном терроризме, распространении ядерного оружия, кибератаках, и, конечно, о России, которая использует силу против своих соседей и пытается вмешиваться в наши внутренние дела и, вероятно, считает правильным использование нервно-паралитического вещества на наших улицах».
Сохранить атлантическое единство можно – уверен генсек:
«Эти разногласия реальны, и они не исчезнут за одну ночь. Нигде не высечено на камне, что трансатлантические связи всегда будут процветать. Однако это не означает, что их разрушение неизбежно. Мы можем сохранить эти связи и все взаимные выгоды, которые получаем от них... Там, где есть различия, мы должны минимизировать их любое негативное влияние на наше сотрудничество в сфере безопасности...
Мы должны продолжать работать вместе, чтобы преодолеть существующие между нами разногласия. Там, где они остаются, нам необходимо ограничить их негативное воздействие на наше сотрудничество в области безопасности. Европа и Северная Америка становятся вместе сильнее, безопаснее и стремятся к процветанию».
Интересно, что Столтенберг делает акцент на разногласиях между США и Европой – в то время как в НАТО существует еще целый ряд линий напряжения, в том числе и политических. Они касаются не только отношений стран Западной Европы с Турцией, но и различного отношения к беженцам, совершенно разных подходов, например, Италии и Великобритании к России. То есть тонких мест гораздо больше – и поэтому говорить о некой консолидированной позиции стран Европы в НАТО можно очень условно.
Точнее, можно только до той поры, пока не начало трещать по швам европейское единство – а рост американо-европейских противоречий провоцирует и углубление кризиса в ЕС. Потому что у разных частей Европы есть разные, а то и прямо противоположные геополитические приоритеты – не только у Греции с Турцией, но и у Франции со Швецией. И что получается? Как только даже не исчезает, а ослабевает контроль американцев над внешней политикой стран Европы через НАТО, встает вопрос, кто будет транслировать волю атлантистов вместо них? Великобритания? Но она застряла в Брексите. Германия, локомотив и главный выгодополучатель евроинтеграции? Но у ее политической элиты отбита способность самостоятельно принимать геополитические решения.
Без США атлантисты в НАТО оказываются как без рук – а раздувание Трампом европейско-американских противоречий, по сути, подвешивает Североатлантический альянс в воздухе. Перенести на его площадку обсуждение существующих разногласий – не только по «иранской проблеме», которая хотя бы формально имеет отношение к сфере безопасности, но и по правилам мировой торговли, означает изменить саму природу НАТО. НАТО – не место для дискуссий, точнее, не место для выяснения отношений.
В прошлом году на майском саммите НАТО в Брюсселе состоялся европейский дебют Трампа – он давил на европейцев, призывая их наконец-то выполнить взятое на себя обещание увеличить расходы до двух процентов ВВП. Приговаривая при этом, что вообще-то надо бы четыре – притом что лишь восемь из 29 стран преодолели и двухпроцентную планку. Нет сомнений, что на очередной встрече президент США напомнит союзникам о том, как плохо они себя ведут. Ведь даже Столтенберг в своей статье признает, что «США и Канада усиливают свое участие в укреплении безопасности Европы. После прихода к власти администрация Трампа увеличила расходы на размещение американских войск в Европе на 40 процентов».
До встречи в верхах НАТО всего три недели – изначально она планировалась в Турции, но на фоне тяжелейших американо-турецких отношений ее перенесли в Брюссель. 31-й саммит откроется 11 июля – и нет никаких сомнений, что он станет самым тяжелым за всю историю организации. НАТО, конечно, сохранится – но трещину, прошедшую по его фундаменту, невозможно будет скрыть.