Как сообщала газета ВЗГЛЯД, полпред президента в УФО Игорь Холманских в среду публично пообещал попросить Владимира Путина возродить систему поощрения за труд. Чиновник предлагает ввести звания «Герой труда», приравненного к званию «Герой России», а также медали «За трудовое отличие». «Престиж рабочих профессий определяется не только заработной платой и социальными гарантиями, но и моральными поощрениями», – пояснил Холманских.
Я принял решение, учитывая специфику женского труда, ежемесячно давать каждой женщине-рабочему два дня оплачиваемого отпуска. В Советском Союзе этого нигде не было
Напомним, в 1927 году в СССР было учреждено звание «Герой труда», присваивавшееся по 1938 год. Позже оно было переименовано в звание «Герой социалистического труда» – это была высшая степень отличия для трудящихся. Также в стране существовала система других госнаград за добросовестный труд. Ежегодно награждалось до 17 тысяч человек. В 1991 году система морального поощрения была упразднена.
О том, нужно ли воссоздать эту систему поощрений, в интервью газете ВЗГЛЯД рассказал депутат Госдумы от КПРФ, Герой социалистического труда Петр Романов.
Романов родился в 1943 году в городе Канск Красноярского края в семье репрессированного инженера-железнодорожника. В 1967 году окончил Сибирский технологический институт и был направлен в Красноярск, на химический комбинат «Енисей», где с самых низов дошел до должности главного инженера, а в 1985–1995 годы был его генеральным директором. Завод, по данным печати, принадлежал к сфере ВПК и выпускал в том числе целлюлозу для пороха.
ВЗГЛЯД: Петр Васильевич, как вы относитесь к идее Холманских?
Петр Романов: С подобным предложением не раз выходили наш лидер Геннадий Андреевич Зюганов и, насколько я помню, Тулеев Аман Гумирович. Но самое интересное, что в ряде субъектов Российской Федерации, в первую очередь в Ставропольском крае, есть такая местная статусная награда. На ставропольской земле я встречался с людьми, которые носили звезды героев труда. Другое дело, привьется ли это в нашем отечестве и получит ли труд должную оценку – не знаю.
Сейчас выросло уже второе поколение молодых людей, которые не очень сильно хотят работать. Они хотят, чтобы у них было все и сразу. Так не бывает. Вначале надо хорошо учиться, потом работать, пройти все этапы, превратиться в хорошего управленца, а потом уже все будет...
Я всецело поддерживаю идею Холманских. Я к этому представителю президента отношусь крайне осторожно за его отдельные высказывания. Но если он это сделает, то он поступил бы весьма мудро. Только я сомневаюсь, что президент его поддержит.
П.Р.: Во-первых, рыночной экономики у нас вообще-то и нет... Во-вторых, Россия рано или поздно станет могучей индустриальной страной. И если нам все это надо, то нужно идти по этому пути. Да, я считаю, что возможно.
Когда я был гендиректором огромного завода, ко мне приезжали даже представители компании «Тойота». Это была головная боль чекистов. В общем, на завод их не пускали. Люди нервничали, что как так – на оборонный завод приезжают из другой страны, нашего потенциального, так сказать, противника.
В условиях жесткой административной системы я принял решение, учитывая специфику женского труда, ежемесячно давать каждой женщине-рабочему два дня оплачиваемого отпуска. В Советском Союзе этого нигде не было. Японцы говорили: «Как так? Вы коммунист, вы живете в командно-административной системе, и вы вносите такие элементы, которых нет даже у нас, на «Тойоте». Нужно, чтобы было желание, а все остальное следует как приложение.
Почему такое звание, как «Заслуженный мастер спорта» есть, а «Героя труда» нет? У нас людей, которые делают великие дела и в экономике, можно отмечать. Лиха беда начало. Надо начинать, а дальше смотреть и корректировать, если что-то не будет получаться.
А если сидеть просто и думать, то мы с вами никогда не дождемся, когда Россия станет великой и могучей. Нам нужно понять одно: Россия должна начать работать. И появление звания «Герой труда» будет стимулировать труд в стране.
ВЗГЛЯД: В каких единицах можно измерить трудовой подвиг? Вот в советское время каких результатов надо было достичь? И насколько беспристрастно их оценивало руководство?
П.Р.: Труд – это такое качество взаимоотношений человека и общества, измерить которое очень и очень трудно.
В свое время я получал звезду Героя соцтруда в том числе и по оценке того вооружения и военной техники, которое поставлял в воюющую советскую армию в Афганистане. И когда мне вручали эти документы, министр Белоусов Борис Михайлович при этом сказал, что именно ваш труд, труд вашего коллектива способствовал тому, что мы за 10 лет потеряли в Афганистане 15 тысяч человек, а не 150 тысяч. Я с такой оценкой согласился.
Важно начать делать эту работу, а мы перед тем, как что-то делать, десять раз осмотримся, боимся, кто как оценит, что скажут. Всем все равно не угодишь. Если президент пойдет на такой шаг, я буду уважать его за это.
ВЗГЛЯД: Вы были директором завода, и в Москве оценили качество вашей продукции. А как измерялись успехи рядовых тружеников – доярки или сталевара? Надо было регулярно перевыполнять план?
П.Р.: Мне не столько было важно регулярное перевыполнение плана. Важно то, что техническая мысль объединения, в котором я работал, все время была направлена на то, что на завод надо тащить новинки производства вооружений и военной техники и делать то, за что другие брались весьма и весьма неохотно.
Освоение производства любого вида новой продукции связано с определенными неприятностями. Их в три раза больше, когда ты занимаешься в особо вредных и опасных условиях. Мы достаточно смело шли на это. Нужно было сделать так, чтобы не единичные люди награждались, а было отмечено большое количество.
В моей книге «Державный крест» описано, как было решено отметить нас за эту работу и приурочить это к 50-летию нашего объединения. Встречаясь с Горбачевым, я лично перед ним ставил вопрос: «Если вы даете нам 11 наград, в том числе одну звезду Героя соцтруда, то это неправильно». Он меня спрашивает: «А сколько бы ты хотел наград?» Я говорю: «Хотел бы минимум сотню...» Он: «Даже во время войны столько не давали». Я: «Ну и что? В Великую Отечественную была одна ситуация, сейчас несколько иная».
К чести Горбачева нужно признать, объединение получило огромное количество наград, орденов Ленина, орденов Октябрьской революции... Мы старались делать так, чтобы отметить огромное количество людей, а не одного директора, потому что у каждого был свой определенный вклад.
#{interviewpolit}Как оценить этот вклад? Конечно, выполнение плана не было одним из важнейших показателей. Надо, чтобы директор занимался социальными вопросами. Если взять американцев в те времена, то в США на одного жителя было 1,4 квадратного метра закрытого грунта, то есть теплиц. А у меня было 2,5, на 1 больше, чем у американцев. У меня круглый год были овощи, цветы, розы и прочее. Я этим делом гордился. У меня было огромное подсобное хозяйство, свой колбасный цех. У меня много чего было...
Вы можете спросить, стоило ли оборонному заводу заниматься этим делом, если для этого есть сельскохозяйственная отрасль? А здесь зависит уже от человека. Начальник цеха оценивался следующим образом: нужно было, чтобы он активно внедрял новую технику. Начальник цеха должен обеспечить безопасное производство. Он должен выполнять государственный план. Но я еще раз повторю: будет принято решение, и к этой награде можно четко подшлифовать определенные условия, которым человек по каким-то показателям должен отвечать. Неудобно вроде бы, но все равно придется это делать.
ВЗГЛЯД: Как тогда в принципе люди работали: за страх или за совесть?
П.Р.: ...Хочу сказать, что я лагерный ребенок. Я отличаюсь от вас одним: вы родились в нормальном роддоме, в нормальных условиях, а я – в исправительно-трудовом лагере Советского Союза. Все, что написали Солженицын, Гинзбург и прочие, – это не соответствует той действительности, которую я видел глазами ребенка и узнавал от общения с людьми.
Мне в жизни повезло. С детства меня правильно научили оценивать ситуацию и вести себя так, чтобы я сам как руководитель и мое окружение за страх не работали.
Я вообще старался сделать так, чтобы вникнуть в проблемы человека, чтобы он 8 часов на работе не решал семейные проблемы: то у него сын не может поступить в институт, то ему, понимаете, нужно расширить жилплощадь... Ему нужно выбить все это из головы. Мы стали нормально и грамотно организовывать ему работу на производстве, быт людей.
Я сторонник высокой исполнительской дисциплины, но не признаю, когда люди работают за страх. Мне больше нравятся те, у кого зажигаются глаза и они рвутся к работе.
У меня в объединении был филиал нашей кафедры. Когда я стал генеральным директором, два раза в неделю к нам привозили мальчишек и девчонок. Мы им читали лекции, а потом вели и показывали, как оно в жизни. Совсем другие глаза. И кстати, все они стали достаточно приличными руководителями. Мое объединение дало много директоров, в том числе и генеральных, начальников производств. Они разъезжались по всей стране. И в современном мире они работают достаточно эффективно. Я думаю, что введение звания «Герой труда» может каким-то образом зажечь людей.
ВЗГЛЯД: Как работала система поощрения?
П.Р.: Сейчас обсуждается проект закона, по которому зарплата руководителя будет привязана к средней заработной плате в его объединении. Это нужно делать как можно скорее.
Я был загнан в угол. Я не мог поднять себе заработную плату, если не поднимал ее в среднем по заводу. Чтобы это сделать, нужно было решить массу вопросов. Нужна была хорошая команда. Главный бухгалтер у меня был заслуженным экономистом России и начальник отдела труда тоже. Хорошая команда, которая разрабатывала целый план мероприятий: как сделать, чтобы у людей с самого низа и до самого верха была достаточно приличная заработная плата. И мы это дело делали. Сейчас я не вижу такой команды в правительстве...