Иногда Патриархия вынуждена объяснять вроде бы очевидные вещи. На днях замглавы Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Вахтанг Кипшидзе выразил свое мнение относительно равенства полов – в ответ на участившиеся высказывания якобы «традиционалистов» о том, что женщина играет подчиненную мужчине роль.
«Мужчина и женщина разные и дополняют друг друга в браке. Это делает их вклад в супружескую жизнь одинаково ценным. Размышления о значимости брака и рождения детей должны раскрывать людям привлекательность и радость семейной жизни, а не запугивать... вопрос неполноценности полов не имеет никакого обоснования. В православном вероучении мужчина и женщина сотворены по образу и подобию Божиему», – сказал он.
Вообще, мы нередко сталкиваемся с довольно грубыми и нечеловеколюбивыми высказываниями, которые как будто делаются от имени традиции и консерватизма. Это заметная общественная проблема, которую можно было бы обозначить как псевдоконсерватизм.
Беда псевдоконсерватизма в том, что он строится на отталкивании. Либералы и прогрессисты говорят о равенстве, свободе и достоинстве – мы назло им будем все это отрицать.
Это проблема, о которой писал еще в 1926 году профессор Георгий Федотов в своей работе «Об антихристовом добре». Люди отвергают добродетель, потому что впервые услышали о ней от безбожников.
Как пишет Федотов, «…безбожники любят нищих и обездоленных – мы требуем для них розг и свинца, безбожники проповедуют братство народов – мы защищаем вечную войну... безбожники проповедуют любовь – мы «святое насилие», «святую месть», «святую ненависть». Антихрист так похож на Христа, что люди, боясь обмануться, – вернее, отталкиваемые ненавистью – начинают ненавидеть самый образ Христов».
В самом деле, прогрессистские, даже революционные движения – и ХХ века, и наших дней – могут быть яростно антицерковными, но они заимствуют свой нравственный пафос у христианства, иногда близко к тексту цитируя библейских пророков.
Эти движения не могли возникнуть ни в какой другой культурной среде. Сам пафос равного достоинства всех людей, заступничества за угнетенных и обойденных, протеста против попрания человеческого достоинства есть плод библейской закваски.
Современные феминистки могут сколько угодно мечтать о замене «патриархального» христианства поклонением богине – но там, где богине реально поклонялись (например, в античных Афинах), ни о каким феминизме не могло идти и речи. Женщины считались существами второго сорта, и никто не ставил это под вопрос.
Сама идея, что неправильно угнетать слабых, оказавшихся в меньшинстве, проигравших и разбитых, была бы совершенно непонятной в античном мире. «Борьба за права меньшинств», при всем безумном и извращенном характере, который она приняла, оказалась возможна только в культуре, сформированной христианством.
«Низложил сильных с престолов, и вознес смиренных» (Лук. 1:52) – это песнь Богородицы, а не чьи-то недавние лозунги.
Беда псевдоконсерватизма в том, что он отвергает в этих движениях не столько их очевидные заблуждения, сколько их нравственный пафос, взятый из христианства.
То, что женщина обладает равным с мужчиной достоинством – это не феминистки придумали. Это Библия: «… все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись. Нет уже Иудея, ни язычника; нет раба, ни свободного; нет мужеского пола, ни женского: ибо все вы одно во Христе Иисусе» (Гал. 3:27,28).
В античном мире это было, мягко говоря, новостью – главный соперник христианства, митраизм, например, вообще не принимал женщин в число своих адептов. Для язычников было немалым скандалом и предметом насмешек, что первыми Воскресение обнаруживают женщины.
Святой апостол Петр пишет: «Также и вы, мужья, обращайтесь благоразумно с женами, как с немощнейшим сосудом, оказывая им честь, как сонаследницам благодатной жизни, дабы не было вам препятствия в молитвах» (1Пет. 3:7).
Ты должен оказывать жене честь, иначе Бог не будет слушать твоих молитв – это было крайне необычно для той эпохи.
Тысячелетия почитания пресвятой Богородицы, прославление множества женщин в лике святых, постепенно изменили принятые в обществе взгляды. Вера в равное достоинство мужчины и женщины – это зрелый плод христианской цивилизации, а не что-то недавно придуманное какими-то либералами.
Да, пафос равенства и достоинства в наши дни подхватывается движениями, которые мы никак не можем принять. Но реальный консерватизм вообще на них никак не оглядывается. Он оглядывается на икону Богородицы, женщины, которую Церковь почитает превыше всех сотворенных существ, как «честнейшую херувим и славнейшую без сравнения серафим», то есть превосходящую высочайших из ангелов.
Любое отрицание и попрание достоинства человека, созданного по образу Божию, будь то мужчина или женщина, несовместимо с нашей верой и нашей традицией.