Деятельность Илона Маска на посту руководителя Департамента государственной эффективности (DOGE) создала мощнейший информационный шум, во многом затмевающий других ньюсмейкеров и оттеняющий глобальные мировые события. С учетом наличия у миллиардера карманной социальной сети и очевидной эпатажности его действий и заявлений, это не вызывает удивления у политических экспертов. Скорее всех интересует ответ на вопрос: а скоро ли сам Трамп, чье эго сопоставимо только с госдолгом США, увидит в миллиардере соперника, а не союзника?
Такое развитие событий является весьма вероятным, однако не следует совсем отказывать Трампу в способности к шахматным партиям в политике.
Исторически сложилось, что почти любой лидер, будь это император, революционный вождь или демократически избранный президент, всегда стоит перед дилеммой компетентности подчиненных против их лояльности. Каких-то универсальных решений не существовало, кроме назначения на ключевые посты талантливых аутсайдеров – тех, кто понимал, что обязан правителю всем и сразу потеряет все свое влияние без него.
Рисуя политико-историческую канву очень крупными мазками, отмечу, что обычно под такое определение подпадали инородцы и иноверцы, люди без знатного происхождения и евнухи. Последние рассматривались как верная опора правителей не только потому, что они физически не могли стать основателями новых властных династий, но и потому, что с точки зрения культурного кода того времени они воспринимались как не совсем люди, что создавало дополнительные сложности с вербовкой сторонников. Жизнь, однако, также неоднократно демонстрировала, что даже такие царедворцы могут представлять собой реальную угрозу власти – например, события, известные в истории Китая как «Заговор сладкой росы», хорошо это демонстрируют.
В современных политических системах ситуация изменилась, но не то, чтобы радикально. Общее правило такое – чем мутнее процедура передачи власти, тем большую опасность может представлять талантливый подчиненный для руководителя, а также для других царедворцев. И иногда последние бывают даже более опасны.
В этом плане также поучительна история взлета и падения председателя Госплана СССР Николая Вознесенского. В 1948 году Сталин в достаточно резкой форме высказался о способностях своего окружения, назвав их слепыми щенками и котятами, и заявил, что Вознесенский – единственный человек, понимающий, как управлять государством, а значит, ему и быть преемником. Спустя два года Вознесенский уже сидел на скамье подсудимых, проходя одним из ключевых обвиняемых по «Ленинградскому делу».
Сложно представить себе, чтобы политик с опытом Сталина не понимал, что, называя руководителя Госплана своим преемником, он рисует на его спине огромную мишень. Также маловероятной представляется версия, что он хотел просто таким образом избавиться от Вознесенского – это можно было сделать гораздо проще. Скорее всего, таким образом он преследовал несколько целей сразу: и озадачить ближайшее окружение по принципу «разделяй и властвуй», и проверить, сумеет ли Вознесенский удержать удар.
Трампа сложно назвать столь же изощренным государственным умом (такое сравнение кажется смешным), однако политическая борьба все же неплохо обучает и меняет восприятие, поэтому заявлять, что прямое публичное столкновение действующего президента США и главы DOGE неизбежно и произойдет вот-вот – это не очень осмотрительный прогноз.
Действительно, Маск – яркий и харизматичный деятель, во многом затмевающий Трампа и обладающий своими уникальными финансовыми и медийными ресурсами, которые полностью компенсируют его внесистемность.
Действительно, между Маском и Трампом существуют определенные противоречия, в первую очередь – экономические, касающиеся энергетики и включенности США в мировое хозяйство. Трамп – изоляционист, считающий, что американская экономика выиграет, если сосредоточится на традиционных источниках энергии, в то время как основатель Tesla не раз говорил о необходимости перехода на возобновляемые источники энергии и в целом считает, что США не следует сильно отгораживаться от глобального хозяйства. И это только то, что сразу бросается в глаза и вытекает из их публичных заявлений.
Но пытаться понять, что именно станет камнем преткновения – достаточно бессмысленное упражнение. Можно предположить, что Трамп, как политик, постепенно набирающийся опыта, не станет напрямую сцепляться с Маском, а попытается устранить его руками своего окружения, которое уже сейчас проявляет признаки недовольства деятельностью миллиардера. Однако перед этим главе DOGE, скорее всего, позволят довести до конца его во многом смысле неблагодарную работу и канализировать на себя общественное недовольство. Это политический рецепт, хорошо известный и понятный любому, кто хотя бы пролистывал «Государя» Макиавелли – жертвуя исполнителем, сделавшим грязную, но необходимую работу, сам правитель вдобавок ко всему предстает в глазах народа защитником справедливости.
Но тут возникает вопрос: согласится ли Маск уйти с авансцены, как говорится, по-хорошему, или начнет противостояние с Трампом? Здесь мы ступаем на минное поле спекуляций и догадок. Миллиардер пожертвовал на избирательную кампанию Трампа 288 миллионов долларов, став крупнейшим политическим донором в США – и речь идет только про официальные суммы. Несомненно, также был задействован мощнейший медиаресурс – что позволило западным политическим экспертам присвоить Маску звучный титул kingmaker (дословно – «делатель королей»).
Представляется, что такой человек откажется уходить с политической авансцены – и не только из-за личных амбиций, но и из принципа.