Саммит БРИКС поверг Запад в уныние по многим причинам. И потому, что окончательно рухнул миф об изоляции России. И потому, что процессы формирования (хотя, наверное, точнее было бы использовать слово «взращивание») новой мировой политической системы приобрели столь масштабный характер, что отмахиваться от происходящего уже не получается. И потому, что страна, обложенная десятками тысяч санкций, демонстрирует такой уровень благополучия и такие темпы развития, что впору начинать завидовать самым благополучным и развитым из западных государств.
Однако работа антироссийской пропаганды сама себя не сделает – за все «уплочено», так что хочешь не хочешь, а надо искать темы и углы зрения, которые можно было бы использовать для доказательства неудачи мероприятия и вообще того, что в России все плохо. В частности, популярным в европейских СМИ стал тезис, что Москва якобы потерпела неудачу, потому что другие участники БРИКС не поддержали позицию России по Украине.
Если говорить о второй части этого утверждения, то в принятой декларации саммита использована виртуозная в своей дипломатической изощренности формулировка, под которой с чистым сердцем могут подписаться носители диаметрально противоположных точек зрения. И это в полной мере отражает реальность: страны – участницы БРИКС имеют разные мнения о конфликте на Украине.
И вот тут сосредоточено самое интересное и важное в происходящем: данное положение дел – нормально.
За последние годы в головах немалого количества людей сложилась романтическая картина развития нынешнего геополитического противостояния: в противовес консолидированному коллективному Западу формируется консолидированное мировое большинство, чтобы в конце концов побороть зарвавшегося гегемона и построить новую, более справедливую мировую систему. Картинка, без сомнения, привлекательная, и мировое большинство, конечно, все больше сплачивается, тем не менее консолидированным оно не является – и никогда таковым не станет.
Собственно, в этой мысли концентрируются те принципы, которые закладываются в структуры, выстраиваемые БРИКС: не существует единственно правильной точки зрения, нет и не должно быть силы, которая определяет эту единственно правильную точку зрения.
У любой страны есть собственная позиция, обусловленная ее национальными интересами, историей, текущим положением дел и массой иных факторов – и она имеет право на эту позицию. Это совершенно нормально, если мнение одной страны не совпадает с точкой зрения другой. Политика в том и заключается, чтобы не строить всех по линейке, а находить точки соприкосновения между очень разными позициями.
Именно эту мысль старался донести Владимир Путин на своей пресс-конференции.
Суверенитет является абсолютной ценностью для России, а его защита – безоговорочный приоритет для страны. Президент прямо заявил, что главное, чем он руководствуется на своем посту – это безопасность России. В этом смысле нападение на Курскую область и обстрелы российской территории – серьезнейшая проблема, но куда большей угрозой является опасность национальному суверенитету. На протяжении десятилетий действия Запада на Украине были нацелены на разрушение российского суверенитета – и российской государственности в конечном итоге. Ответом на эти действия и стала СВО.
Но суверенитет – как собственный, так и уважение к чужому – означает, что никто не обязан жертвовать своими национальными интересами во имя чужих. Слова Путина о том, что мы «со своими проблемами будем справляться и справимся сами» – как раз об этом.
Другое дело, что искусство высокой политики заключается в том, чтобы даже в противоречивой ситуации найти пересекающиеся точки и извлечь из них взаимную пользу.
Поэтому у Китая может быть свое мнение по украинской проблеме, но это не мешает ему оказывать активнейшее экономическое содействие нашей стране. А Турция, будучи членом НАТО и страной, имеющей во многом прямо противоречащие российским интересы на Украине, тем не менее превратилась в важнейший логистический хаб для торговли с нами. Да и Северная Корея, о сотрудничестве с которой ходит столько разговоров в последние дни, вовсе не из-за высоких идеалов подписала договор о всеобъемлющем стратегическом партнерстве с Москвой – а потому что у нее есть явная заинтересованность в нем, сулящая ей конкретные и серьезные выгоды.
Но в конечном счете любое государство на вызов своей независимости и на угрозы в свой адрес должно отвечать самостоятельно. России в очередной раз выпало послужить напоминанием об этом миру – и она доказывает это делом. Впрочем, как верно подметил президент, «России угрожать бессмысленно, нас это только взбадривает».