Несмотря на масштабы заболеваемости коронавирусом на Украине, трагизм которых неуклюже сглаживается недостаточным тестированием, ни тяжело заболевшие, ни даже смерти украинцев не стали для президента Зеленского и его политической силы такой же проблемой, какой станет начало вакцинации людей по всему миру.

В политическом смысле профилактика коронавируса для украинских властей намного страшнее самого вируса хотя бы по той причине, что разваленная система здравоохранения уже воспринимается населением как объективная данность, тогда как своевременная вакцинация во многом определяется балансом между политической целесообразностью и гуманитарной необходимостью. Иными словами, на одной чаше весов – жизни украинцев, на второй – миф о войне с Россией и союзнических отношениях Украины и Запада.

Цитата из недавнего интервью Владимира Зеленского американскому изданию The New York Times наделала много шума. «Конечно же, объяснить украинскому обществу, почему, если Америка и Европа не дают тебе вакцину, ты не должен брать ее у России – любому человеку, который умирает, объяснить это невозможно», – сказал президент. Такая откровенность Зеленского говорит о двух вещах.

Во-первых, о том, что попытки договориться с «союзниками» о приоритетном получении вакцины Pfizer и BioNTech, одобренной в США и Евросоюзе, провалились. Максимум, чего добились – заявления официальной Варшавы о том, что Польша готова поделиться с Украиной остатками вакцины, если таковые будут.

Вместе с тем президент России Владимир Путин еще в октябре заявил, что Москва готова обсуждать поставки вакцины «Спутник V» на Украину, несмотря на политические разногласия. Однако тот факт, что с темой производства на Украине российской вакцины связана партия «Оппозиционная платформа – За жизнь», в данном случае сыграл скорее в минус, политизировав проблему еще больше.

Увязка политических предпочтений украинцев с поставкой российской вакцины или российского газа по приемлемым ценам скорее раздражает украинское население, нежели способствует росту лояльности к России. Да и не факт, что последней нужны посреднические услуги отдельной партии, пусть даже претендующей на эксклюзивность контактов с Москвой. Общедоступные средства вполне позволяют наладить такую коммуникацию непосредственно, чего сейчас очень не хватает.

Меж тем журнал The Economist отнес Украину к числу стран, которые получат вакцину последними в мире, наряду с Афганистаном, Монголией, наименее развитыми странами Африки, Океании и Латинской Америки. Такое положение дел плохо сопрягается в головах украинцев с ассоциативным членством Украины в ЕС и со «стратегическим союзом» Киева и Вашингтона.

Когда речь заходит не о кредитах, не о поставках военной техники за деньги или санкциях, а о жизни и смерти украинцев – все эти союзы рассыпаются как карточные домики. Обиду Зеленского, который под давлением Запада окончательно отказался от примирительной риторики, что сделало его едва отличимым от предшественника – Петра Порошенко, можно понять.

Давление будет нарастать тем больше, чем большее число украинцев коронавирус затронет непосредственно. Принявшая этой осенью – зимой лавинообразную форму заболеваемость на выходе даст миллионы граждан, которые будут требовать от президента решения проблемы. Уже сейчас очевидно, что массовой вакцинации украинцев весной 2021 года не будет. Тогда как она вовсю пройдет в США, Западной Европе и России.

Это означает, что ограничения на въезд в ЕС и другие страны для невакцинированных украинцев, скорее всего, останутся, от чего пострадают не столько путешественники и бизнесмены, сколько многочисленные гастарбайтеры. А если вопрос с вакцинацией не будет решен и к осени 2021 года, когда ожидаемо наступит новый пик заболеваемости, проблема может приобрести столь угрожающие для власти масштабы, что впору будет говорить о вакциномайдане.

Между тем Зеленскому едва ли удастся шантаж Запада. Для Вашингтона и Брюсселя Украина может быть приоритетом как инструмент взлома России, но ни в какой иной форме: если лишних вакцин не будет, ее дефицит скажется прежде всего на таких несостоятельных странах, как Украина. Выходом из ситуации могут стать своего рода «реверсные» поставки российской вакцины, произведенной в той же Германии.