Когда мне бывает грустно, я вспоминаю Тишинский рынок 1993 года.
Это было чудесное место с неповторимым колоритом, атмосферой веселого отчаяния и диковатого абсурда.
Милиционер прогонял бабку, а деда не трогал. Я думаю, деда он воспринимал как блаженного
Там можно было купить красивые ластики в форме карандашей по рублю, или водопроводные прокладки, или сломанную железную дорогу. Разбитую чашку, колесики на погнутой оси от игрушечной машинки, дырявую пластиковую канистру, хромовые сапоги, гнилой лук, свежий лук, в конце концов.
Я перечисляю только то, что видел сам. Подозреваю, что видел я ничтожную часть этого карнавала нищеты и предприимчивости.
Мой отец, кстати, купил там себе хромовые сапоги. В 1993 году ходил по Москве в хромовых сапогах, заправляя в них джинсы.
Я шел на днях по подземному переходу и видел старичка, который продавал столетник. По-научному – алоэ. Не в горшке, не с корнями, а просто обрезанный ствол комнатного алоэ. Рядом в переходе же пожилая женщина в платке продавала банку солений.
Милиционер прогонял бабку, а деда не трогал. Я думаю, деда он воспринимал как блаженного, а бабку – как потенциальный источник денег, с которым он не смог договориться. То есть маркетинговую стратегию дед выбрал более грамотно.
Здесь же на парапете сидел спившийся грязный колтунный бомж и слушал из телефона музыку. Перед ним лежала шапка, в которую прохожие должны были кидать деньги.
Музыка из телефона, видимо, была услугой, которую бомж предоставлял населению. Играла песня Цоя «Пачка сигарет».
Идея просто замечательная – люди идут по переходу мимо бомжа и слушают о том, что «все не так уж плохо на сегодняшний день». Как тут не подать? Кинешь пятачок в шапку, непременно кинешь.
На эскалаторе объявляют: какого-то числа в Сокольниках, что ли, состоится «костюмированная ярмарка меда». Костюмированная, непременно костюмированная.
Вдруг сзади грохот, женский вскрик. Все повернулись назад, смотрят напряженно наверх.
Слышу, что-то гремит, катится по ступенькам. Сложенные шасси от знаменитой «хозяйственной сумки-тележки», увековеченной в других эскалаторных объявлениях по громкой связи.
Колеса прыгают вниз по ступенькам и утыкаются в мою ногу, цепляются осью. Сзади допрыгивает до меня толстая расхристанная женщина, как будто только что с костюмированной ярмарки меда, поднимает эти колеса, говорит:
– Простите. Спасибо, – и так по плечу меня поглаживает.
– Пожалуйста, – говорю. – Рад, что смог вам помочь.
Действительно рад. Редкое чувство.
Источник: Блог Дмитрия Самойлова