При создании программы «Восточное партнерство» Евросоюз на старте проекта допустил главную ошибку.

Любые экономические интеграционные альянсы с Россией – прямая выгода для ЕС

На фоне истерики по поводу августовского столкновения России и Грузии в Южной Осетии ЕС погрузился в атмосферу русофобии, старательно подогреваемую некоторыми из стран Восточной Европы и США, и не сделал того шага, который мог принести этой программе подлинный успех. А именно – не пригласил вступить в нее Россию и Казахстан.

Представим, как ситуация могла бы развиваться, если бы в Брюсселе подумали лучше, обсуждая польско-шведскую инициативу. Ее очевидная антироссийская направленность явно не отвечала духу времени. Евросоюз чрезвычайно уязвим из-за нехватки природных ресурсов. Это, кстати, заметно и в его постоянных сражениях с Газпромом, и в высказываемых европолитиками опасениях о приобретении Россией слишком серьезной политической роли из-за обладания необходимыми для ЕС энергоресурсами.

Любые экономические интеграционные альянсы с Россией с точки зрения здравого смысла являются для ЕС прямой выгодой. При этом речь вовсе не идет о вступлении России в Европейский союз, поскольку в этом случае внутри ЕС слишком сильно пришлось бы подвинуться представителям «большой четверки» (Великобритании, Германии, Франции и Италии), которым вполне нравится контролировать Евросоюз вчетвером, а не впятером.

Тем более что и по размеру населения Россия сразу бы захватила первенство. А иметь в интеграционном альянсе, создаваемом когда-то как одно из средств борьбы с русскими в холодной войне, русских на первом месте по численности населения уже как-то слишком.

В результате отказа пригласить Россию вступить в программу была упущена очевидная выгода как для России, так и для ЕС. Можно было потихоньку двигаться к созданию на удобных для обеих сторон условиях зоны свободной торговли и единому экономическому пространству, куда могли входить и нынешние шесть стран Восточного партнерства.

А в случае, если бы и Казахстан в 2008 году пригласили вступить в Восточное партнерство, могла сложиться та самая ситуация, о которой как о важной цели заявляет политическое руководство России, Белоруссии и Казахстана.

Я говорю о запуске «интеграции интеграций», в результате которой европейское и евразийское объединение могут создать единое экономическое пространство без таможенных барьеров.

Чрезвычайно выгодный проект с точки зрения того, как оживится логистика между ускоряющейся Азией и замедляющейся Европой. В этом случае в модернизацию старых и создание новых современных маршрутов поставки товаров и пассажиропотоков, включая сверхскоростные поезда, будут вложены сотни миллиардов долларов.

Кроме того, будут построены сотни логистических пунктов и созданы миллионы новых рабочих мест. Не стоит забывать и о том, сколько понадобится строительных материалов, металлоконструкций и строительных машин для реализации проектов.

Это может стать стимулом для реиндустриализации российской экономики.

В результате упущенной возможности сделать из Восточного партнерства не конкурентный для России геополитический проект, а инклюзивный геоэкономический, программа после триумфального запуска попала в перманентную полосу неудач.

Белоруссию в Брюсселе почти сразу объявили исключением после ее заявлений о том, что сотрудничество с ЕС в рамках Восточного партнерства возможно только в тех пределах, что не будут иметь антироссийской направленности. Вскоре исключением стал и Азербайджан, объявивший, что не заинтересован в слишком тесной интеграции с Евросоюзом. В сентябре выбор сделала и Армения, заявившая о переходе к евразийской интеграции.

Что уж говорить о нынешних бедах Украины, которую нелегкий выбор, поставленный перед ней Евросоюзом, буквально разрывает на части? Не стоит ждать и того, что Молдавия без препятствий дойдет до желанного со стороны ЕС финиша.

В результате просчета со стороны ЕС уже не только Белоруссия, но и Азербайджан, Армения и Украина отошли от слишком тесного партнерства с Евросоюзом. Легко было объявлять Белоруссию исключением несколько лет назад, но теперь Евросоюзу приходится признавать тот факт, что это исключение стало правилом уже для четырех стран из шести, входящих в Восточное партнерство. Грузия и Молдавия оказались в меньшинстве. Идеологическая зашоренность политиков ЕС, их очевидное нежелание преодолеть стереотипы времен холодной войны препятствуют созданию очевидных выгод как для самого Евросоюза, так и для стран, находящихся к Востоку от него.