Вполне естественно, что обыденное мышление познаёт прежде всего через сравнение. Это и у женщин так.
Именно поэтому с целью понимания нашего мира и своего места в нём обыватель берёт материал для сравнения из недавнего прошлого. Так, в общем, и должно быть.
Начинается ещё большая идеализация прошлого, ведь нужно же иметь какую-то точку опоры
Нормальному человеку трудно объединить в своём сознании сразу несколько эпох. Поэтому он мыслит простыми сравнениями: «Было вчера – стало сегодня». Натурально, в чём-то нынешнее время проигрывает по сравнению с СССР.
Настоящее всегда немного уступает прошлому, поскольку первое рассматривают вблизи, до неприятных мелочей. А второе всегда идеализируют – по пушкинскому принципу «что пройдёт, то будет мило». Мы так устроены, что в прошлом видим главное, а в настоящем – второстепенное. Кроме того, настоящее вообще как-то неубедительно выглядит. По сравнению с прошлым и будущим его как бы и нет.
По этой причине наш мудрец искусственно накладывает недавнее прошлое на настоящее, убеждается в негативных результатах и... делает вывод о неизбежном ухудшении в будущем. Хорошо бы остановиться именно в этот момент и спросить себя: почему дальше будет хуже? Из чего это следует? Но по неопытности и недостаточности рефлексии наш бедолага проскакивает критически важный момент, и перед ним разверзается настоящая пропасть. И сам, бывало, в неё заглядывал...
Начинается ещё большая идеализация прошлого, ведь нужно же иметь какую-то точку опоры. Где-то же должно быть всё правильно и всё хорошо? Если не в настоящем, значит, только там, в СССР.
Это идеализированное прошлое он снова накладывает на настоящее, удостоверяясь с ужасом, что всё оказывается ещё хуже, чем сначала думал. Отсюда – новая идеализация прошлого.
Так бедолага впадает в замкнутый круг, делая единственно возможный вывод: необходимо срочно разрубить гордиев узел. Иначе мы все погибнем.
Именно логическое и эмоциональное кружение порождает мысли о необходимости и неизбежности восстания против настоящего, то есть революции, причём даже тогда, когда никакой революционной ситуации нет и в помине, власть сильна как никогда и умеет виртуозно управлять обществом. Но перепуганный обыватель всего этого не видит. Для него ясно только одно: сильная власть тянет его в пропасть даже сильнее, чем любая другая.
В такой ситуации каждая ошибка власти рассматривается как вселенская катастрофа. Особенно это касается общества, в котором идут реформы, поскольку любое реформирование вообще связано с множеством ошибок, а также перегибами и уклонением в разные стороны. Адекватно оценить промахи власти человек не в силах, тем более если он постоянно сравнивает сложную и меняющуюся ситуацию с прошедшей стабильной. Но в данном случае он склонен усугублять её значение, а вскорости начинает рассматривать как намеренный вред.
Из этого окончательно – эмоционально и логически – запутавшаяся личность делает вывод, что у власти находятся враги, отчего впадает в настоящую панику. Любое действие она рассматривает как направленное на то, чтобы причинить зло людям ее круга и лично ей, не говоря уже о всей России. Одновременно появляются гипотезы, что власть продалась геополитическим противникам, делает всё по подсказке «вашингтонского обкома», Ротшильдов, владельцев ТНК, «Римского клуба» и прочих кукловодов мирового уровня. Отсюда – новое кружение в тех же фантасмагорических материях, новый виток сравнений и домыслов.
Весь описанный анамнез столь сильно сказывается на всей личности, настолько трансформирует менталитет, что проявляется даже в формально-дистанцированном интернет-общении. Алармизм начинает ощущаться буквально с первых слов, он сквозит между строками. Впрочем, потерпевший этого и не скрывает: нужно же всех предупредить, открыть людям глаза...
Самое грустное, что теперь наш путаник не живёт в настоящем – разумею, сердцем и душою; он весь уже в искусственном, выдуманном мире, где его окружают только герои из прошлого да нынешние враги. Собственно, всё это на языке психологии именуется не иначе, как психоз, но протекать может как в лёгких, так и исключительно тяжёлых формах. Человек всерьёз подумывает, стоит ли ему заводить детей, может, лучше убежать в деревню? Года три назад один из моих читателей собрал дома огромное сооружение из аккумуляторов и электронных схем на случай продолжительного отключения света, которое вот-вот начнётся из-за кризиса властей.
К слову, с православными бывает то же самое, хотя и несколько реже. Андрей Кураев иронизировал на этот счёт: «Нас со всех сторон окружили враждебные силы, с окон газами травят, под нами подкоп ведут, сверху бомбы бросают... В общем, быть православным – это здорово, айда все до нашего каземата!»
Чувствуя себя слабым, униженным и одиноким, пациент начинает искать товарищей по несчастью – и, как правило, находит. Вместе все они начинают с великой готовностью поддакивать друг другу, потом объединяться и в конце концов выступают в виртуальных дискуссиях как активная, хорошо консолидированная сила, отчего у наших путаников возникает иллюзия, что за ними бóльшая часть общественного мнения. Ещё бы! Их противники спокойно и неспешно занимаются своими делами и не любят терять время на пустопорожний сетевой трёп. Тем не менее всё это вместе придаёт «борцу за светлое будущее» дополнительных сил и вселяет ощущение собственной значимости. Он ведь теперь не один, а выступает от лица многочисленных сторонников социалистических преобразований. И раз их всех так много (да что там – большинство!), то эти самые преобразования неизбежны.
О том, что каждый из них – столь же заблудившаяся в трёх соснах слабая одиночка, наш герой, как правило, не подозревает. На совместные действия вне виртуального мира все эти люди неспособны. И вот перед нами армия сетевых хомячков.
Это ввергает сторонников революции в очередной виток построения иллюзий: теперь они ещё более уверены в своих взглядах, вон ведь какая массовая поддержка! Все, как известно, ошибаться не могут... Отсюда – ещё большее накручивание себя, а самое главное – друг друга в демонизации настоящего и идеализации СССР. На вопрос, почему не приступают к решительным действиям, обыкновенно ответствуют, что «недовольства в народе много, но нет лидера, который мог бы повести». О том, что отсутствие лидера более всего доказывает, что в нём нет необходимости, в голову пострадавшим не приходит. Если бы было действительно нужно, то появился, народная толща – не фраер.
О трезвых мозгах говорить уже не приходится, люди впадают в массовое помешательство sui generis, заражая им всё новых и новых обывателей. Для читающего этот текст хорошо бы понять, на каком этапе погружения он находится. Погружения в эмоциональную стихию противоборства. Противоборства тому, чего нет.
Деятельность озабоченных революцией товарищей протекает исключительно в виртуальном мире, ни на какие конкретные живые дела они решительно не способны. Их удел – постоянная критика проводящихся реформ. Впрочем, собака, которая лает, никогда не укусит.
Из порочного круга есть достаточно простой выход: либо не сравнивать настоящее с недавним прошлым, либо сравнивать с позапрошлым, с plusquamperfectum. Более широкий охват эпох позволит оторваться от жесткой дихотомии «настоящее – ближайшее прошлое», ведущей за собой полярные определения: «черное – белое», «ложное – истинное», – и предоставит возможность для более непредвзятых суждений, более глубокого анализа и более взвешенных выводов. Тогда положительное содержание настоящего выйдет на первый план. И со временем люди сумеют отнестись к прошлой эпохе без всяких эмоциональных привязанностей. В любом случае победит здравый смысл.
Источник: Блог Игоря Лебедева