«Подзащитный переведен из одиночного заключения и помещен вместе с другими заключенными», - говорится в документах суда, передает РИА «Новости».
При этом суд постановил отклонить ряд ходатайств защиты Селезнева об условиях его содержания и общения с адвокатами «до тех пор, пока он не подаст прошение по всей форме».
Все возражения адвокатов суд счел не соответствующими законодательству штата Вашингтон. Кроме того, Федеральное бюро тюрем по-прежнему выступает за то, чтобы встречи россиянина с адвокатом осуществлялись без возможности физического контакта, а разговор шел через микрофон.
Адвокаты выступали против подобных мер, заявляя, что это может нарушить адвокатскую тайну, позволив тюремной администрации узнать содержание разговоров подсудимого.
В поданном ими ходатайстве отмечается, что хотя Селезнев и переведен из одиночной камеры в общую, как на том настаивала его защита, его встречи с адвокатами все так же проходят «через неисправный микрофон и переговорную систему, которая периодически отключается и делает общение практически невозможным», передает ИТАР-ТАСС.
Адвокаты россиянина даже запросили проведения специальных слушаний для обсуждения этих проблем.
В еще одном поданном ими ходатайстве защитники отвергли утверждения о якобы имеющемся у них конфликте интересов в этом деле.
Данные утверждения, основанные на том, что юридическая фирма адвокатов представляет интересы и одного из предполагаемых пострадавших по этому делу, стали, в частности, причиной переноса одного из слушаний по нему.
В США его называют одним из самых опасных киберпреступников и утверждают, что в криминальном мире тот имел псевдоним Track2. Селезневу вменяется в вину банковское мошенничество, незаконное получение информации с защищенного компьютера, владение крадеными кредитными картами, а также хищение персональных данных.
В МИД России задержание Селезнева на территории третьей страны и доставку на территорию США назвали «недружественным шагом» и «похищением». По словам отца задержанного, депутата Госдумы Валерия Селезнева, его сыну, ранее ставшему инвалидом в результате теракта, требуется медицинская помощь, без которой его жизни грозит опасность.