«Мне нравилось в «Спартаке». Но я всегда хотел вернуться домой, в Петербург, в «Зенит». Это желание стало особенно сильным, когда моя жена Алена готовилась к родам. В тот период ей хотелось жить именно в Питере. А мне, сами понимаете, не особо интересно было оставаться в Москве одному.
Скажу так: последние месяцы желание вернуться присутствовало постоянно. Но я был футболистом «Спартака» и старался честно отрабатывать контракт: помогал красно-белым побеждать. А вот когда мое возвращение в «Зенит» обрело реальные очертания, я понял: теперь можно не просто мечтать. Я возвращаюсь!
Хочется выделить главный момент: Я сам хотел вернуться в Питер. В родном городе я чувствую себя гораздо комфортнее, чем в Москве, у меня тут родственники, лучшие друзья. К тому же у «Зенита» сейчас очень непростые времена. Хотелось помочь родному клубу. Словом, я очень доволен переездом.
Средних пальцев я никому не показывал. Возможно, все запомнили мой первый матч против «Зенита», когда я заработал пенальти, – тогда фолил Радек Ширл, в ответ на оскорбления фан-сектора я поднял вверх большой палец и похлопал. Вроде того: молодцы, парни, классно поддерживаете.
Кстати, тогда ко мне подошел Радим и сказал: «Вова, не нужно провоцировать болельщиков, накалять ситуацию, даже хлопать не стоит». Больше ничего подобного я себе не позволял.
В детстве болел за «Спартак». Первый раз я сказал такое клубной газете «Зенита»: это случилось после матча против дубля «Алании». Но ведь тогда, во времена моего детства, красно-белые очень достойно бились за Россию в Лиге чемпионов и чуть ли не каждый российский пацан был влюблен в столичную команду и мечтал играть за нее.
Кстати, сразу же после выхода того интервью мне за мои слова прямо в самолете, во время возвращения из Владикавказа, «вставил» Константин Лепехин. Вот тогда я узнал, что между «Зенитом» и «Спартаком» существует подобное противостояние... Буду честен: возможно, я и хотел играть за красно-белых, но этого я не говорил», - рассказал Владимир Быстров в интервью «Советскому спорту».