Вице-премьер РФ Александр Новак рассказал, как России удается избежать дефицита и роста цен на топливо, несмотря на удары украинских беспилотников по российским нефтеперерабатывающим заводам. Меры, которые были приняты правительством, обеспечивают снабжение внутреннего рынка и стабильную ситуацию по ценам, сказал Новак.
Во-первых, российские нефтяники увеличили загрузку НПЗ, что позволило увеличить поставки бензина и дизельного топлива на внутренний рынок, в том числе на биржу, о чем рассказал Новак. «Обычно заводы не полностью загружены, их загрузка регулируется потребностями рынка. В настоящее время их загрузка увеличена», – пояснил он.
Во-вторых, РЖД и Минтрансу удалось наладить конструктивное взаимодействие, чтобы эти дополнительные объемы топлива без проблем вывозили по железной дороге с заводов и доставляли потребителям (как на внутренний, так и на внешние рынки).
В-третьих, ранее с 1 марта Россия уже ввела запрет на экспорт бензина. Однако запрета на экспорт дизельного топлива не последовало. Новак заявил, что такого запрета не требуется, так как дизеля «производится в достаточном объеме, в два раза больше, чем требуется для обеспечения внутреннего рынка, поэтому его просто девать некуда».
Основная проблема, с которой столкнулся российский топливный рынок – это атаки украинских беспилотников на российские НПЗ и вынужденный уход заводов на ремонт. «Оптовые цены на топливо на бирже с начала марта выросли в среднем на 10%, в том числе на бензин АИ-92. Однако их пока удается сдерживать с помощью ФАС и наращивания объемов производства на других НПЗ. На этой неделе оптовые цены начали снижаться. Бензин АИ-92 на бирже СПбМТСБ за прошедшую неделю подешевел на 3,64%», – отмечает Владимир Чернов, аналитик Freedom Finance Global.
«Основные проблемы сконцентрированы на рынке бензина. Потому что еще до всех этих ударов беспилотников в конце декабря сломался Нижегородский НПЗ «Лукойла». А это крупнейший завод по производству бензина в России. К тому же мы изначально производили бензина почти столько же, сколько потребляли, только 10% шло на экспорт. И эти 10% как раз производил Нижегородский НПЗ, который сломался», – говорит Игорь Юшков, эксперт Финансового университета при правительстве РФ и Фонда национальной энергетической безопасности.
«Одновременно с этим еще были удары по другим НПЗ, а в мае начнется автомобильный сезон, то есть спрос на бензин вырастет. Риск возникновения дефицита бензина выше, чем по дизелю. Потому что дизеля мы изначально производим вдвое больше, чем потребляем. Поэтому там пока и не требуется вводить запрета на экспорт», – добавляет эксперт ФНЭБ.
Однако правительство действует на опережение, чтобы не допустить реализации рисков на практике, и эти меры работают. Власти уже ввели запрет на экспорт бензина, увеличивают объемы производства на других НПЗ, и, судя по всему, для подстраховки в качестве дополнительной меры прорабатывается возможность закупки белорусского топлива.
«Сейчас рынок находится на грани дефицита и повреждение еще на одном-двух НПЗ может вынудить российских нефтяников, например, импортировать бензин из Белоруссии, чтобы обеспечить топливом внутренний рынок», – говорит Сергей Кауфман, аналитик ФГ «Финам». Неофициально сообщалось, что в марте Россия уже начала поставки белорусского топлива, но пока в мизерных объемах, скорее для тестирования этого канала.
Кроме того, власти надеются на восстановление поврежденного оборудования на Нижегородском НПЗ, крупнейшем производителе бензина в стране.
Новак называет срок месяц-два для восстановления оборудования, которое производят в России. «Я думаю, что правительство еще работает с нефтяными компаниями, чтобы те поставляли больше топлива именно на биржу, потому что биржевая цена является индикатором тревожных настроений и панических настроений», – говорит Юшков.
«Риски дефицита топлива возрастают, если Украина и дальше будет успешно бить по российским НПЗ. У нас много заводов расположено в пределах тысячи километров от линии фронта, а мы видим на практике, что это примерно тот рубеж, куда пока бьют украинские беспилотники», – заключает Юшков.
Однако у правительства есть все инструменты, чтобы сдержать рост цен и пройти этот год без топливного кризиса. Другое дело, что все эти меры сопряжены либо с увеличением расходов бюджета, например, на субсидирование при покупке белорусских нефтепродуктов, либо с уменьшением доходов бюджета, например, от запрета экспорта или снижения акциза, отмечает Игорь Юшков.
«В этом году таких же высоких рисков роста внутренних цен на топливо, как были в прошлом году, нет,
– согласен Чернов. – Власти перестали экспериментировать с демпферными выплатами нефтяникам, что в прошлом году резко разогнало оптовые цены на бирже осенью. Правительство увеличило минимальный объем отгрузок на биржу для насыщения внутреннего рынка, ввели приоритет для транспортировки нефтепродуктов по железной дороге, увеличили загрузку НПЗ. Однако риски новых атак на российские НПЗ по-прежнему высоки, поэтому полностью исключать возникновения дефицита топлива на внутреннем рынке РФ из-за внешних факторов нельзя».
«В базовом сценарии не ждем дефицита топлива, – говорит Кауфман. – Пока что основной урон приходится на установки первичной переработки, которые, как показал пример Рязанского НПЗ, российские нефтяники могут починить в относительно короткие сроки. Кроме того, правительство более активно вмешивается в регулировку рынка».
«Дальнейшие атаки на НПЗ могут в негативном сценарии действительно снизить выпуск топлива. Отмена запрета на экспорт бензина также может повлечь нехватку топлива. Осенний сезон сельхозработ тоже добавит спрос на топливо. Поэтому 2024 год необходимо проходить очень внимательно, чтобы не навредить отечественному потребителю, но и не нанести вред нефтеперерабатывающему комплексу. Цены, скорее всего, подрастут, но назвать это полноценным топливным кризисом нельзя», – считает Сергей Гришунин, управляющий директор рейтинговой службы НРА.