Запланированное на среду, 25 мая, заседание Экономического совета при президенте РФ призвано стать «мозговым штурмом» для властей, однако на нем не планируется принимать конкретные решения, заявил пресс-секретарь главы государства Дмитрий Песков. По его словам, эксперты выскажут свое мнение в виде консультаций. «Это такой мозговой штурм для того, чтобы впоследствии эти экспертные точки зрения принимались во внимание теми, кто несет непосредственную ответственность за экономическое развитие нашей страны», – подчеркнул представитель Кремля.
Это мозговой штурм, чтобы эти экспертные точки зрения принимались во внимание теми, кто несет ответственность за экономическое развитие нашей страны
Со своими докладами о том, как заставить российскую экономику расти, выступят министр экономического развития Алексей Улюкаев, экс-министр финансов, а ныне заместитель председателя Экономического совета при президенте Алексей Кудрин. И наконец, президент заслушает доклады бизнес-омбудсмена Бориса Титова, своего советника Сергея Глазьева и других экономистов Столыпинского клуба. Таким образом, Путину будет предложено три плана по стимулированию роста российской экономики.
План Улюкаева
Министр экономического развития Алексей Улюкаев считает, что спад в российской экономике в значительной степени завершился, и близка нижняя точка этого падения. В целом экономика стагнирует, но «в отдельных моментах мы уже видим признаки восстановления, которое продолжится в среднесрочном периоде», отмечается в документах МЭР. Если в первом квартале 2016 года ВВП упал на 1,2%, то по году спад сократится до 0,2% ВВП, считает ведомство (при цене на нефть Urals 40 долларов).
Ведомство констатирует, что Россия не сможет вернуться к прежним темпам роста экономики в 5–7% в год, даже если цены на нефть превысят 50 долларов за баррель. «Это связано с глубокими структурными изменениями мировой экономики», – говорится в материалах Минэкономразвития, подготовленных к заседанию Экономического совета при президенте РФ, передает ТАСС.
«Потенциальный рост сейчас находится на уровне 2%, и в ближайшие пару лет мы вернемся на эту траекторию. Однако эти темпы для российской экономики неприемлемы, так как ведут к снижению нашей доли в мировой экономике, потере конкурентоспособности, падению уровня жизни населения относительно большинства стран», – отмечается в документе.
Однако Россия вполне может удвоить потенциальный рост (то есть выйти на 4%). Этого можно достичь благодаря более интенсивному использованию трудовых ресурсов, накоплению инвестиций и повышению производительности этих факторов.
Главное, что России надо обеспечить рост инвестиций на 7–8% в год в ближайшие годы при сохранении стагнации текущего потребления. Добиться этого можно за счет активной инвестиционной политики, которая базируется на «трех китах»: создание и поддержание инвестиционного ресурса, создание условий для трансформации сбережений в инвестиции, стимулирование инвестиционной активности через механизмы господдержки.
В частности, МЭР предлагает поменять текущую форму поддержки выпуска и занятости отдельных предприятий и отраслей на поддержку экспорта продукции и поддержку компаний – лидеров по росту экспорта.
Конечно, госинвестиции надо направить в инфраструктуру через созданные бюджетные фонды на разных уровнях власти. Также МЭР предлагает сделать гибким рынок труда, а с другой стороны – снизить издержки государства из-за регулирования бизнеса на несколько сотен миллиардов рублей в год. Это касается в том числе тарифного регулирования госмонополий, снижения административной нагрузки на бизнес, давления со стороны правоохранительных органов. Плюс надо обеспечить стабильность налоговой политики и размеров обязательных платежей.
У каждой экономики своя специфика. Для Китая, например, рост ВВП на 6% – это та планка, ниже которой опускаться нельзя. Российская же экономика показала относительную устойчивость даже при спаде ВВП за прошлый год в 3,7%, замечает Наталья Мильчакова, заместитель директора аналитического департамента «Альпари».
По ее мнению, Россия может выйти на годовой рост в 4% и даже вернуться к более высоким темпам роста ВВП – на 5–6% в год. Другое дело, что двигателем такого роста станет не более интенсивное использование трудовых ресурсов, предполагающее жесткое сокращение персонала и, как следствие, сокращение потребительского спроса, а совсем другие факторы. Например, рост потребительского спроса и рост инвестиций, а это уже зависит от стабильного, предсказуемого курса национальной валюты и гибкой денежно-кредитной политики, отмечает Мильчакова. Так считает, например, и Всемирный банк.
Основной минус «плана Улюкаева» – это упрощение процедур увольнения работников по инициативе работодателя. При этом непонятно почему МЭР ждет не роста, а снижения безработицы. «По-видимому, опыт современной Франции, где не прекращаются протесты против антинародных реформ в трудовом законодательстве, ничему наше Минэкономразвития не научил. Судя также по недавнему абсурдному предложению о заморозке зарплат на несколько лет, от которого в МЭР потом сами же открестились, ведомство не способно извлекать уроки из истории», – говорит Мильчакова. По ее мнению, лучше бы Улюкаев сократил персонал в собственном ведомстве.
План Кудрина
Зампредседателя Экономического совета при президенте Алексей Кудрин считает, что экономика останется «на дне», если российские власти не начнут проводить структурные реформы.
«Мне кажется, что нашей экономике сейчас определенной решительности не хватает. Мы оттягиваем важные реформы. Это станет причиной и оттягивания начала экономического роста», – сказал Кудрин в интервью в телепрограмме «Вести в субботу».
В отличие от Улюкаева, который делает ставку на госинвестиции для стимулирования экономики, Кудрин предлагает российским предприятиям активнее инвестировать собственные средства в экономику. «Сегодня на счетах предприятий свободных ресурсов сложилось в объеме годового объема инвестиций, которые каждый год осуществляет Россия. То есть свободные средства есть, они дешевле даже, чем банковские кредиты, потому что это собственные средства предприятий. Но они не инвестируются», – рассказал бывший министр финансов.
Но вот как заставить бизнес тратить свои деньги на благо всей страны? Для этого нужны структурные реформы. Позиция Кудрина, по сути, такова: лучше несколько лет потерпеть, довольствоваться маленьким ростом экономики, но потратить госденьги на проведение структурных реформ. В результате этих реформ российская экономика изменится и начнет показывать высокие темпы роста.
Если же пойти по пути Улюкаева, считает Кудрин, то на один–два года российская экономика оживет, но это будет лишь надувание пузыря. Как только у государства закончатся деньги для стимулирования инвестиций, схлопнется и рост экономики.
План Кудрина выглядит здравым. Однако он заточен исключительно под макроэкономические показатели, при этом нужды и проблемы простого населения отодвигаются на последний план.
«Кудрин не опускается до того абсурда, до какого докатилось Минэкономразвития. Но «план Кудрина» бросается в глаза своей антинародностью», – считает Мильчакова. Бывший министр финансов не предлагает стимулировать потребительский спрос и рост инвестиций в реальный сектор. «Вместо этого предлагается вернуться к мертвой и почти разложившейся гайдаровской модели «бездефицитного бюджета», но в даже более отвратительном ее варианте. В начале 90-х целью был хотя бы бездефицитный бюджет, а сейчас цель – дефицит в 1% ВВП. Получается, если верить прогнозам Кудрина, сейчас экономика России находится в еще худшем состоянии, чем в 90-е годы», – считает собеседник газеты ВЗГЛЯД.
Что касается бизнеса, то, чтобы он начал вкладывать свои деньги в развитие, необходим предсказуемый курс рубля. Кроме того, надо снизить учетную ставку, отказаться от повышения НДС и, наконец, ограничить рост тарифов естественных монополий, считает Мильчакова.
Третий путь
Есть еще один путь развития, который предлагают советник президента Сергей Глазьев, бизнес-омбудсмен Борис Титов и другие экономисты Столыпинского клуба. У них имеется уже готовая и известная программа «Экономика роста».
Глазьев и Титов, как и МЭР, выступают за стимулирование экономического роста путем роста инвестиций. Однако они предлагают для этой цели использовать не просто накопленные государством резервы. Они хотят, чтобы Банк России провел целевую эмиссию и инвестировал деньги в корпоративный сектор. Необходимо «обеспечить вложение не менее 1,5 трлн рублей в год на поддержку инвестиционного роста путем финансирования институтов развития и рефинансирования коммерческих банков, в том числе в рамках программы развития проектного финансирования», говорится в программе.
Ничего страшного в допэмиссии нет, если она контролируемая, говорил Титов. Тогда как целевая эмиссия позволит получить прибыль с каждого вложенного рубля. Он объясняет, что, по сути, эмиссия идет постоянно за счет того, что Банк России оказывает поддержку банковскому сектору на триллионы рублей. Но никакого большого влияния на экономику это не оказывает, считает он.
Также план «Столыпинского клуба» подразумевает стимулирование производства за счет мягкой денежно-кредитной политики и введение обязательной продажи части валютной выручки предприятиями. «В 90-е годы при Примакове это сработало, позитивно повлияв и на снижение инфляции, и на рост производства», – напоминает Мильчакова.
Однако этот план имеет и много рисков, поэтому так критикуется либеральными экономистами. Понятно, что главная опасность от допэмиссии – гиперинфляция. Более жесткое валютное регулирование экспортеров может остановить бурное развитие экспорта. По сути, этот путь означает изоляцию России от мирового сообщества по собственной инициативе, развитие за счет внутренних ресурсов. Тем более Запад и так урезал экономические и финансовые контакты с Россией. По этому плану не надо сидеть и ждать, пока все вернется на круги своя, а следует построить новую российскую экономику без столь сильной зависимости от западной.
Скорее всего, президент не станет выбирать ни один из представленных путей развития России. Более вероятен симбиоз разных подходов и разработка на их основе нового плана.