Единственный российский регион, со всех сторон окруженный странами, из которых отныне ограничен ввоз продуктов, – Калининградская область. В Минсельхозе уже объявили, что это позволяет рассматривать российский эксклав как некую особую в смысле продуктовых санкций территорию.
Никто не собирается пользоваться ситуацией для спекуляции, рано или поздно санкции будут отменены, но данный гандикап необходимо использовать, чтобы завоевать своего покупателя
«В Калининграде не только доля импортной продукции велика, но они же еще и поставщики продукции в еврозону, поэтому такие ситуации, как анклавные территории – они требуют отдельного рассмотрения, может быть, и отдельных подходов», – пояснил министр сельского хозяйства Николай Федоров.
Поясним, что он имеет в виду.
Интегрированность калининградских предприятий в европейскую систему потребления и производства, которую руководство области так долго выстраивало, может сыграть с регионом злую шутку. Да, действительно – область во многом способна прокормить себя сама. Однако на ее территории находится множество заводов, использующих импортное сырье и поставляющих готовую продукцию как в остальную Россию, так и на экспорт, в тот же Евросоюз. Остановка импорта означает потерю рабочих мест и налогов.
Согласно официальной статистике областной таможни, за прошлый год в область было импортировано 21,3 тыс. тонн свежей рыбы, основной объем которой уходил на переработку. Из прошлогодних 106 тысяч тонн дешевой свинины, поставляемой на перерабатывающие предприятия области, под нынешними запретами окажутся 103 тыс. тонн. Менее сильно пострадают производители куриных полуфабрикатов – ввоз импортного мяса птицы из стран, попавших под санкции, составит чуть менее двух третей от общего количества поставок.
Суммарный улов калининградских рыбопромышленников, включая океанический, за прошлый год составил 200 тыс. тонн. Не стоит забывать, что часть пойманной продукции калининградцы сдавали в портах Европы, а также отправляли в другие регионы России и в Белоруссию. Непосредственно в прибрежной зоне местные колхозы вылавливают за год не более 9 тыс. тонн рыбы. Это вполне может удовлетворить потребности внутреннего рынка в свежей и мороженой рыбе, но не сможет закрыть прореху в переработке и производстве консервов.
«В области два рыбоперерабатывающих предприятия с оборотом 6 миллиардов рублей, – говорит доцент кафедры политологии БФУ им. Канта Владимир Абрамов. – Они работают на норвежской семге. Чем ее заменить? Если ничем, то за воротами окажутся сотрудники этих компаний. И таким нюансам несть числа. Вроде нам Белоруссия с радостью готова помочь. Но продукцию придется доставлять через ту же Литву. Со всей транзитной логистикой».
На состоявшемся в конце прошлой недели совещании министр Федоров поручил местным властям до 1 сентября подать свои предложения по обеспечению продовольственной безопасности региона.
«Я бы разделил возможные проблемы на две части, – пояснил газете ВЗГЛЯД губернатор области Николай Цуканов. – Первая – это обеспечение продовольственной безопасности населения. С этим нет никаких проблем. Сегодня мы полностью в состоянии обеспечить себя овощами, свининой. За последнее время в области увеличено производство яиц, успешно развивается программа аквакультуры, посажен первый фруктовый сад. Мы собираем хорошие урожаи зерновых и делим третье–четвертое места с Краснодаром и Белгородом по этому показателю. За два–три года мы полностью закроем свои потребности и будем поставлять продукцию на другие рынки».
Более серьезной проблемой, признает вслед за главой Минсельхоза губернатор, является переработка. «Наши предприятия выпускали примерно 40% рыбных консервов, которые продавались на внутреннем рынке, примерно столько же мясных. Есть предприятия, которые производят полуфабрикаты, поставляемые на российский рынок. Все они работают в том числе и на ввозимом сырье. Есть проблемы, к примеру, с поставками говядины. Европейские рынки закрываются, можно будет переориентироваться на Бразилию, но опять же это займет месяц-два», – полагает Цуканов.
По словам губернатора, «есть проблемы, связанные с овощами, которые привозили в регион для переработки». «Прорабатываем Словению, Белоруссию, рынки Латинской Америки. Конечно, за день-два этот вопрос не решим, но, оценив ситуацию, мы сможем выйти из осложнений», – уверен губернатор.
«Были проблемы со свининой, проблема была с индустриальным производством. У тех, кто перерабатывал эту свинину, вопрос внутреннего потребления не стоит – его мы уже сегодня закрываем. Речь идет о переработке», – подчеркнул он.
По его словам, такая же программа была нужна региону и по говядине – и она существует. «За три года практически с нулевого старта мы нарастили поголовье до 79 тысяч голов, но нам нужно в два раза больше. Будем просить увеличить программу. Аналогичные пути будем решать и по аквакультуре, и по прибрежному рыболовству. Мы поговорили и с нашими сетевиками: все заверили, что проблем не будет, на внутренних ценах не должно отразиться. Если кто-то будет спекулировать на этом, мы тоже будем жестко реагировать», – сказал Цуканов.
И все же в области действительно опасаются, что ограничения на ввоз продовольствия могут сказаться на уровне жизни местных жителей куда более сильно, чем на остальной российской территории.
«Мы особая территория, – заявил газете ВЗГЛЯД депутат Калининградской областной думы Соломон Гинзбург. – Вокруг те самые страны, которые сегодня и противостоят России. И наша область является заложником своего положения. Если ничего не предпринимать, ассортимент станет значительно скромнее, а цены уже к ноябрю скакнут на 30 процентов».
Правда, рядовые калининградцы смотрят на развитие событий философски и собираются бороться с ограничениями поставок импорта собственными методами. «Войны, в том числе и торговые – всегда плохо, – полагает военный пенсионер Сергей Свиридов. – Если правительство не ограничило простых граждан к запрету на ввоз в пределах положенных норм продовольствия – значит, будем ввозить. Практически у половины калининградцев есть визовые разрешения для пересечения границ, никто голодным не останется».
Самой немногочисленной категорией калининградского сообщества, воспринявшей запрет импорта на ура, оказались местные фермеры. «Мы долгое время не могли реализовать свой урожай, и отнюдь не по причине слабой конкурентоспособности, – заверил владелец индивидуального хозяйства Валерий Костыгов. – Нас просто не подпускали к сбыту сети. Теперь мы получили шанс завоевать своего покупателя».