На минуту забудем, что это великие гитаристы. И тогда окажется, что перед нами три истории любви. Love stories. Три хорошо поживших мужика встречаются, и начинается увлекательный треп о бабах. «Она у меня такая, ты что… Помню, как мы с ней… Было у тебя такое, скажи?..»
На концертных съемках хорошо видно, как с разбитых пальцев Уайта стекает кровь… Не только искусство требует жертв. Любовь тоже
Но бабы тут ни при чем. Джимми Пейдж, Эдж и Джек Уайт беседуют о гитарах. Ни слова о наркотиках, контрактах, поклонниках. Только светлые воспоминания. Вот я беру ее в руки и…
О наркотиках вам расскажет любой дурак, но попробуйте рассказать о своих чувствах. Тем более перед камерой. Мастерство Дэвиса Гуггенхайма проявилось не в монтаже, не в интересных ракурсах съемки, не в режиссуре, а в том, что он вытянул музыкантов на разговор в высшей степени интимный. Настолько интимный, что они поначалу друг другу не вполне доверяли. А Уайт вообще ехал на встречу в надежде «хитростью выведать их приемчики».
Этот фильм стоит посмотреть, даже если вы ничего не понимаете в музыке. В этом случае тем более стоит. Если бы к статье был приложен соответствующий видеофайл, вы увидели бы абсолютно седого Пейджа, который ставит на вертушку пластинки своего детства. Эджа, медитирующего с гитарой на пустом пляже. Уайта, объясняющего сыну, как произвести впечатление на девчонок. Это просто: проводишь локтем по клавишам пианино, вскакиваешь и откидываешь ногой стул. Если верить Уайту, действует безотказно.
Кадры уникальные. Никогда еще Пейдж не показывал киношникам места, где записывалась «Лестница в небо». Это было в поместье Хэдли Грандж, в мрачном, готическом, типично английском доме. Окна, коридор, лестница. Высокие потолки. Вряд ли с тех пор здесь многое изменилось.
Пейджу очень не нравился зажатый, камерный звук барабанов, который обычно звучит на записях 60-х годов. Поэтому он организовал пространство студии так, что ударная установка Бонэма звучала, как на вокзале. Свободный, гуляющий, так называемый «вокзальный» звук. Как раз то, чего всеми силами стараются избежать современные саундпродюсеры. Главная их забота – надежная звукоизоляция. Но Пейдж делал все против правил. Когда любишь, о правилах не думаешь, думаешь о другом. В результате рождаются умные и красивые дети. Если повезет, гениальные и прекрасные.
Эдж – человек иного склада, и история любви у него иная. Тесные классы школы, где проходили первые репетиции U2. Склады на окраине города. Горы аппаратуры и ночное небо за окном комнаты. Тишина взрывается резкими гитарными аккордами, пропущенными через дисторшн, потом все снова стихает. Иногда Эдж в своей шапочке, надвинутой на брови, кажется обыкновенным ирландским гопником. Иногда рыцарем, выполняющим священный обет.
И в Эдже, и в Пейдже много мистики, несмотря на то что один ведет себя грубовато и замкнуто, почти по-пацански, а другой принадлежит к аристократии британского рока. Но оба – колдуют с музыкой. И в один голос говорят о том, как сложно сыграть то, что у тебя звучит в голове.
У Уайта о таких проблемах голова не болит. Наверное, потому что американец. Он подходит к делу с варварской простотой. «Что делать, если нужно записать песню, но нет ни слов, ни мелодии? – спрашивает сам себя Уайт. – Нужно просто вспомнить все, что происходило с тобой за день, и попробовать это спеть». По такой нехитрой технологии на наших глазах был записан его новый сингл. Ничего сложного: человек садится на стул и поет о своих делах. Технология, опробованная черными блюзменами неоднократно. Она не подводит.
В отличие от Эджа и тем более Пейджа, Уайт не рассматривает это как искусство, таинство, священнодействие. Самое обычное дело – играть на гитаре, пить пиво, любить женщин. Фильм, собственно, и начинается с того, что Уайт пытается изготовить инструмент, натянув струны на деревяшку и поддев под них пустую бутылку из-под молока. Раздается душераздирающий первобытный рев. «На гитару, в принципе, можно и не тратиться», – с удовлетворением замечает Уайт.
Казалось бы, все просто, не о чем заморачиваться. Но на концертных съемках хорошо видно, как с разбитых пальцев Уайта стекает кровь… Не только искусство требует жертв. Любовь тоже.
На презентации фильма Пейджа спросили: «Как вы считаете, что будет происходить со следующим поколением гитаристов?» «То же самое, что и с нами», – сказал Пейдж. А что же еще? Да, конечно, технический прогресс многое изменил. Появились компьютерные сэмплы, MTV и фаллоимитаторы нового поколения. Хирурги успешно делают операции по изменению пола туда и обратно. Но все это не отменяет любви. И инстинкта, заставляющего человека перебирать пальцами по грифу гитары. Звуки, которые возникают при этих движениях, по-прежнему остаются чудом.
Последний эпизод фильма. Человек перебегает дорогу перед машиной, по виду клерк или менеджер среднего звена. На бегу он, не переставая, кричит в трубку мобильного телефона: «Я говорю тебе, только натуральные компоненты!». Правильно, только натуральные. Лучше ничего не придумано.