В 2003 году власть сама двинулась навстречу БГ в лице (тогда министра) Бориса Грызлова (по иронию судьбы тоже БГ).
Россия начинает чуть-чуть выправляться. Я просто молю Бога, чтобы это выправление продолжалось
Борис Борисович после рассказывал любопытствующим СМИ, что Грызлов объяснял ему положение в стране. А певец главным образом слушал чиновника, потому что «интересно».
И вдруг стало известно, что положением народа рок-гуру стал интересоваться непосредственно – у самого народа. Гребенщиков выяснил: «Люди говорят, что жить им стало легче… Пять лет назад они говорили, что вроде становится немного лучше. Но говорили не очень уверенно. За последний год они в один голос стали уверять, что на самом деле становится лучше» («Известия», 13 ноября).
На сакраментальный вопрос журналиста о Путине БГ заметил: «Мне представляется, что если власть у нас не будет меняться долгое время, то страна начнет приходить в себя после травм, нанесенных за весь ХХ век. Потому как за весь ХХ век наше правительство ничего, кроме травм, народу не наносило. И вот сейчас я вижу, как к концу его 8-летнего срока Россия начинает чуть-чуть выправляться. Я просто молю Бога, чтобы это выправление продолжалось. Это должно продолжаться еще лет 20–30, чтобы мы чуть-чуть вернулись к норме».
В силу того, что Борис Борисович постоянно на гастролях, для него стало новостью так называемое письмо четырех: Никиты Михалкова, Зураба Церетели, Таира Салахова и Альберта Чаркина.
Означенные творцы просили президента остаться на третий срок. Режиссер и три художника являются помимо прочего крупными руководителями, поэтому они посчитали возможным высказаться от «имени всех представителей творческих профессий в России».
Однако другие «представители творческих профессий» возмутились, что от их имени кто-то позволяет себе высказываться на «самом верху», и отправили Путину письмо с опровержением мнения этих четверых, дескать, лично мы ни о чем таком не просили.
Среди этих тоже оказались авторитетнейшие деятели культуры: Олег Басилашвили, Сергей Юрский, Юрий Аввакумов и т.д.
Возник логичный вопрос: должна ли интеллигенция вообще вмешиваться в политику?
Как истинный поэт, БГ ответил метафорой: «Вот едет по улице машина со сломанным колесом. И обязанность любого человека, не только интеллигенции, показать шоферу, что с колесом у него что-то не в порядке. А назначение интеллигенции, насколько я помню из истории России, – это поднимать шум, если что-то не так».
Конечно, Борис Борисович не политический активист, но, оказалось, его волнует нынешняя предвыборная ситуация. А что касается грядущего, то идеальным он считает общественное устройство Швейцарии: когда подданные не знают, кто у них руководители. Низы и верхи не досаждают друг другу: просто каждый занят своим делом.