Внесенный в России в список экстремистов и террористов бывший шеф украинской военной разведки и нынешний руководитель офиса Зеленского Кирилл Буданов, май 2026 года: «Русь – это Украина. Русь – это намного больше. Украина является родиной всего этого, даже того, с чем мы боремся. Мы добровольно отдали им большую часть своей истории. А те ее приватизировали. Это мы – Русь. И мы должны над всеми этими властвовать».
В этом лихорадочном потоке псевдоисторического сознания внимание к себе притягивает одна фраза: «Мы должны над всеми этими властвовать». И не напрасно, кстати, притягивает. Это фраза-объяснение, фраза-ключ, фраза-план и фраза-цель. Принято считать, что победа или поражение той или иной страны в остром и бескомпромиссном конфликте с соперниками зависит от наличия у нее материальных ресурсов: запаса современных видов оружия, способности эти запасы пополнять и воспроизводить, устойчивости финансовой системы, мобилизационных возможностей и так далее.
Ни в коей мере не хочу принижать важность материальных ресурсов. Но хочу при этом акцентировать, что материальные ресурсы – это еще не все. Если смотреть на ситуацию только через призму баланса материальных ресурсов, то Вьетнам не имел никаких шансов победить США в войне за свою независимость и за свое право на национальное воссоединение в 60-е и 70-е годы ХХ века. Но по факту вьетнамский «Давид» положил американского «Голиафа» на обе лопатки.
С точки зрения материальных ресурсов созданный США в Афганистане в начале ХХI века марионеточный режим должен был быть непобедимым и неуязвимым для своих внутренних оппонентов. Но по факту этот режим сложился словно картонная декорация аккурат в тот самый момент, когда Вашингтон устал его поддерживать и отошел в сторону.
Эти два эпизода доказывают то, что каждый из нас и без того знает на инстинктивном уровне: нематериальное часто оказывается важнее и значимее материального. А самой важной составляющей этого исключительно важного нематериального является такое понятие, как национальная идентичность. Применительно к России национальная идентичность – это то, что делает нас единым народом. Национальная идентичность – это то, что связывает нас друг с другом. Национальная идентичность – это наши общие ценности, общий язык и общая история.
Размышляя о фундаментальном значении нашей национальной идентичности, Владимир Путин заявил в июле 2025 года на форуме Агентства стратегических инициатив «Сильные идеи для нашего времени»: «Формируя успешное технологическое настоящее и будущее, конечно, нам с вами важно обязательно обеспечить и сохранить то, что делает нас единым народом, то есть сохранить наши традиции, ценности, национальную идентичность. Это важнейшее условие развития и существования страны в меняющемся сложном и противоречивом мире».
Одна из главных особенностей этого «сложного и противоречивого мира» состоит в том, что российская национальная идентичность является сейчас объектом фронтальной атаки со стороны недругов и недоброжелателей нашей страны. И действуют эти недруги и недоброжелатели, опираясь на достаточно серьезные научные разработки. Известный западный историк и политический теоретик Бенедикт Андерсон опубликовал в 1983 году книгу, в которой доказывал, что нации – это «воображаемые сообщества», а национальная идентичность – продукт того, что сегодня принято называть «социальной инженерией».
Идеи Андерсона сразу вызвали критику со стороны многих его коллег по научному цеху. Например, американский специалист по современной европейской истории Сэмюэл Клауз Хунеке указал, что концепция «воображаемых сообществ» «неспособна объяснить ту преданность, которую вызывали и продолжают вызывать нации». Но главное, как мне кажется, состоит в том, что Андерсон подвел научно-теоретическую базу под те трюки, которые специалисты по психологической борьбе использовали против нашей страны еще до его рождения.
Если национальная идентичность – это «продукт социальной инженерии», то этот продукт можно переконструировать и перепрограммировать, заменить чем-то совсем другим. Именно такая концепция лежит в основе того огромного количества грязных манипуляций, которые применяются сейчас против нашей страны. Нашу общенациональную и общегражданскую идентичность пытаются подменить локальной, этнической, конфессиональной, гендерной, а в «особо тяжелых случаях» – даже мультигендерной.
Реплика про «особо тяжелые случаи» – это, конечно, шутка. На самом деле все перечисленные выше направления подрывных операций (вещи надо называть своими именами) являются особо тяжелыми и особо опасными случаями.
Наша национальная идентичность – это то, что нуждается в нашей заботе и нашей защите. Во время «Прямой линии» в декабре 2025 года Путину задали вопрос: «Через сотни лет школьники будут изучать историю нынешнего времени. Что бы вы положили в капсулу времени, чтобы этот предмет описывал нашу эру?»
Вот что ответил глава нашей страны: «Мы, жившие в России в нескончаемом потоке времени, в XX и XXI веках, с благодарностью воспринимали всё, что было сделано нашими предшественниками, нашими предками. Мы жили, как все, везде и всегда, нашими текущими заботами, но мы не стояли на месте, мы шли вперед. Мы работали, боролись, сражались и наилучшим образом старались решать проблемы, которые ставило перед нами наше время. Мы думали о будущем, думали о вас. И если в ваших руках сейчас наше послание, это значит, что и вы чувствуете себя частью нашего общего, бесконечного потока времени. Это значит, что и вы чувствуете и понимаете связь времен. Это очень важно. Поздравляем вас с этим. Это значит, что и мы, когда работали, сражались и думали о вас, жили не напрасно, и у нас многое получилось».
У нас многое получилось – и у нас получится еще больше. За два дня до начала СВО в феврале 2022 года Путину задали вопрос: «Владимир Владимирович, как вы считаете, в современном мире может вообще так быть: решать силой и оставаться на стороне добра?» Президент России ответил на этот вопрос так: «Почему вы думаете, что добро должно быть бессильным всегда? Я так не считаю, я думаю, что как раз добро предполагает возможность себя защищать. Из этого и будем исходить». И это точно включает в себя защиту нашей национальной идентичности. В таком государстве-цивилизации, каким является Россия, по-другому быть просто не может.