Никита Анисимов Никита Анисимов Для Кубы начался обратный отсчет

Наследники кубинской революции за годы санкций научились жить в условиях перебоев с электричеством, нехватки бензина, даже дефицита продуктов и лекарств, но вот бороться со своим географическим положением они не в силах.

0 комментариев
Сергей Миркин Сергей Миркин Европа наступает на те же грабли, что и в 1930-е

Европейские политики не будут участвовать в создании единой архитектуры европейской безопасности, хотя именно этого ждут их избиратели и именно это объективно нужно сейчас большой Европе, включающей Россию.

10 комментариев
Юрий Мавашев Юрий Мавашев Против кого создают «мусульманское НАТО»

На Востоке происходит очевидное перераспределение сил. По его итогам определится общая конфигурация и соотношение потенциалов региональных и внерегиональных игроков в Восточном Средиземноморье, Персидском заливе и Южной Азии.

0 комментариев
17 января 2012, 19:31 • Общество

«Тогда я сказал жене, что это конец»

Сергей Алфимов: Возникали ассоциации с «Титаником»

Tекст: Иван Чернов,
Санкт-Петербург

«Итальянцы, браво! И вооруженные силы, и их МЧС, и население. Просто молодцы. Нашим... поставил бы троечку», – так оценил действия российских консульских служб во время катастрофы лайнера Costa Concordia пассажир корабля Сергей Алфимов.

Российские туристы с круизного лайнера Costa Concordia, потерпевшего крушение у берегов Италии в ночь с пятницы на субботу, постепенно возвращаются домой. Так, в понедельник поздно вечером и ночью в Пулково приземлились самолеты с 17 петербуржцами, сообщил РИА «Новости» представитель городского управления по туризму. Всего на лайнере было 32 человека из Северной столицы, а те из них, кто еще не вернулся, должны сделать это в ближайшее время.

Жители стран СНГ – россияне, украинцы – единственные, у кого на корабле забирают паспорта и хранят их в другом месте

Среди прибывших накануне был и петербуржец Сергей Алфимов, известный фотограф и ведущий программ на телеканале «Ваше общественное телевидение!», который отдыхал на Costa Concordia вместе со своей женой и детьми.

В интервью газете ВЗГЛЯД Сергей признался, что крушение у берегов Тосканы действительно напоминало кадры из фильма «Титаник».

ВЗГЛЯД: Сергей, в какой момент вы поняли, что с кораблем что-то не так?

Сергей Алфимов: Когда случился первый инцидент, резкий крен, мы были в театре, точнее в концертном зале корабля, где смотрели выступление иллюзиониста. И вдруг видим, что сцена накренилась и оказалась под углом градусов 15. Причем иллюзионист еще секунд, наверное, 15–20 продолжал выступать, делать какие-то движения, так что поначалу люди думали, что это фокус, все так и должно быть. Но потом погас свет, и мы пошли в свою каюту. В это время не было никаких объявлений. И уже в каюте мы услышали сообщение о том, что всё под контролем, но возникли некие проблемы с генератором и на его восстановление уйдет минут 15.

ВЗГЛЯД: Что было потом?

С.А.: А потом начался серьезный крен на другой борт. После второго крена прозвучало сообщение того же характера, что и в первый раз, мол, всё под контролем. А представители сервисных служб корабля весело болтали между собой, рассказывали, с кем, что и как случалось, им было весело, все было «о'кей».

#{image=592636}А я выглянул вниз с балкона и увидел сбоку скалу. Причем нас разворачивало и сносило к этой скале, мы явно плыли не туда, куда нужно. Потом я отвлекся и услышал сигнал ракетницы, после этого понял, что это сигнал SOS, который подавали с корабля. Тогда я сказал жене, что это конец, и мы побежали к шлюпкам с нашей восьмой палубы на четвертую.

ВЗГЛЯД: Что вы успели взять с собой из каюты?

С.А.: Практически ничего. Вышли, в чем были.

ВЗГЛЯД: И паспорта, и деньги оставили?

С.А.: На самом деле, у нас паспортов и не было в каюте. Не знаю, почему нас считают такими ущербными, но жители стран СНГ – россияне, украинцы – единственные, у кого на корабле забирают паспорта и хранят их в другом месте.       

Но мы ничего не взяли еще и потому, что в тот момент я думал, что мы еще вернемся обратно. Хотя я видел, как некоторые бежали с чемоданами. Но при том, что происходило потом – давка, переворачивание шлюпок – все равно, думаю, они свои вещи не сохранили.

ВЗГЛЯД: Когда началась давка, паника, расскажите об этом подробнее.

С.А.: Мы собрались у шлюпок, довольно много людей уже были там. Потом прозвучал сигнал тревоги, и толпа начала давить. Тут уже не разбирались, садились, в основном, по принципу, кто первый залез, тот и прав. Шлюпки кое-как отталкивались и с явным перегрузом спускались вниз. Меня и членов моей семьи толпа буквально запихнула в одну из них, но в итоге мы в этой шлюпке перевернулись и упали на нижнюю палубу. Она ударилась там о леера и застряла. Хорошо, люди из нее не высыпались.

А выбраться из шлюпки оказалось очень непросто. Осталась только узкая щель и два маленьких люка – через них мы и вылезали на палубу. Кстати, рядом тоже спускали шлюпку, и она тоже ударилась и перевернулась. В этот момент людей охватила настоящая паника. Стало казаться, что мы никогда оттуда не выберемся. Правда, потом экипаж корабля нашел выход, стал отталкивать и спускать лодки баграми.

ВЗГЛЯД: Вы сели в следующую лодку?

С.А.: Нет, шлюпок на всех не хватало. И человек 500, и нас в том числе, «погнали» на корму. Мы шли непонятно куда, не понимали, что дальше будет. Потом почему-то полезли через леера и небольшой проход на третью палубу. Дальше было очень страшно, до момента переворота корабля итогового. Произошло это быстро, минут за 5–10, кружилась голова. А мы цеплялись за леера, пытались за что-нибудь держаться, помогая друг другу, вылезли на борт. Было ощущение, что в любой момент корабль может полностью опрокинуться, и тогда – всё. Думаю, если бы не рифы, на которые оперся лайнер, так бы и случилось.

ВЗГЛЯД: Что было потом?

С.А.: А потом мы сидели на борту и смотрели в темноту. Забрали нас с корабля на плавсредствах, которые прислали уже с берега, часа через полтора после того, как мы вскарабкались на борт. Все это время мы сидели там на ветру и ждали. Сколько часов прошло, считайте сами. Но первый крен пошел где-то в 21.45, а на берегу, на итальянском острове Джильо, мы были только в 3.45.

ВЗГЛЯД: Во время вашего рассказа так и стоят перед глазами кадры из фильма «Титаник». У вас не возникали подобные ассоциации?

С.А.: Возникали. Скрежет металлический, например, когда корабль заваливаться начал, был прямо как в фильме. И такое же ощущение безысходности в какой-то момент, того, что никто не поможет...

ВЗГЛЯД: Как вы оцениваете действия итальянских спасателей и действия наших консульских работников?

С.А.: Итальянцы, браво! И вооруженные силы, и их МЧС, и население. Просто молодцы. Нашим... поставил бы троечку. Искали и вызывали мы их сами, телефоны нам дали украинцы, через своего консула. А потом еще ждали их довольно долго. Нам даже было сказано, что они узнали о наших проблемах только в 12 часов дня, мол, официальной информации не было. А то, что уже в пять утра BBC и другие международные каналы уже вовсю показывали кадры трагедии, это ничего. А когда итальянцы сами повезли нас в отель, представитель нашего консульства сказал, мол, вот видите, вам предоставили гостиницу. Действий наши вроде много производили, а пользы мало...

ВЗГЛЯД: То есть осадок от «нашей» помощи остался?

С.А.: Я бы даже сказал, большой осадок.

ВЗГЛЯД: Но главное, что они оформили вам справки, которые заменили паспорта, позволили купить авиабилеты, а в дальнейшем, вероятно, их вы будете предъявлять для получения компенсации...

С.А.: Да, справки оформили. Но я предполагаю, что основные проблемы с этими справками у нас впереди. Вопросы эти будут решаться наверняка долго и сложно, будем как-то пробивать через туроператора, пока о компенсациях ничего не могу сказать.

ВЗГЛЯД: Много слухов ходит о пьяном капитане, о том, что он хотел поприветствовать своего знакомого на острове и т.д. Что говорили об этом пассажиры?

С.А.: Да, я слышал то же самое. Но это все по слухам. Сам пьяного капитана не видел.

О том, как ему удалось спастись во время катастрофы, газете ВЗГЛЯД рассказал еще один пассажир лайнера – Игорь Кекутия.