Ирина Алкснис Ирина Алкснис Планету охватывает война полов

«Тарелочницы» схлестываются с «пополамщиками», скандалы с «сыночками-корзиночками» сменяются яростными спорами вокруг «воскресных мам». Со всех сторон доносится «мужчина должен», «женщина должна».

18 комментариев
Игорь Караулов Игорь Караулов Вместо свободы слова нужна свобода дела

«Нельзя жить в обществе и быть свободным от него», – писал Ленин. Это по-прежнему верно, но можно пойти дальше, противопоставив «свободе от общества», недостижимой, но для некоторых всё еще соблазнительной, «свободу для общества» как высший тип свободы.

13 комментариев
Геворг Мирзаян Геворг Мирзаян Зачем Зеленский хамит Трампу

Трамп может, конечно, попытаться сгладить конфликт и не обращать внимания на хамство главы киевского режима. Однако в этом случае Трамп совершит ту ошибку, которую как раз не совершает Зеленский.

11 комментариев
2 июля 2008, 10:49 • Культура

Все через Ж

Хуже всего то, что все как-то неправильно. Там, где у людей и нежность, и страсть, и привязанность, и взаимные интересы, – у тебя наличествует только два «Ж», одно в начале, другое в середине. На этом все и держится. На этом и заканчивается. Жалость и уважение. По-другому ты любить не умеешь. А это и есть – неправильно. Если ты не жалеешь человека (как комок глупой теплоты, как собаку, как детсадовца, как тупого ребенка), жизнь запинается на одну ногу.

– Если бы ты понимал людей, ты бы меньше их жалел и больше любил, ты же не бог, чтобы жалеть, – говорят тебе.
– Не бог, – соглашаешься, – да, если бы понимал, было бы лучше, все верно.

Если ты не жалеешь человека (как комок глупой теплоты, как собаку, как детсадовца, как тупого ребенка), жизнь запинается на одну ногу

Когда ты не чувствуешь уважения (к поступкам, словам, к героической железобетонной логике, к хитрости, к чужой светящейся взрослости), жизнь хромает и на вторую.

Когда не чувствуешь ни того ни другого – жизнь лежит как паралитик.

Я не люблю тебя, – хочется сказать тебе.
И придумать какое-нибудь объяснение.

Ну там кризис, – лепечешь ты или сочишься гнилью, – тупик, мы больше не понимаем друг друга (хотя чего там понимать и когда это мы понимали? Вот уж чего никогда не нужно было, оставьте это для девочек, для мальчиков, для бога, для кого хотите: я не хочу понимания), мы исчерпались...

А объяснение очень простое: не жалеешь, не уважаешь.
Почти конец.

– Ну как? – говорили в деревне. – Он тебя хотя бы любит?
– Жалеет.

– Ты меня уважаешь? – с тяжелой пристальностью говорит один пьяница другому.
– Я тебя уваж-ж-жаю.

Вот-вот.

Я, по-видимому, всего лишь деревенский пьяница.
Подзаборный пенек.

Я же сразу сказал, что все будет – неправильно.

.....

час ночи
в полупустом вагоне метро едет дед мороз
звонок
он берет мобильный
на глазах у него слезы
пинает мешок с подарками и выходит на следующей станции

мешок остается лежать
плюшевые игрушки осмелев выглядывают наружу
решают поехать до конечной
посмотреть как там моют пол толстые оранжевые снегурочки

сколько у меня внутри осталось детей чтобы помешать игрушкам доехать?