Во вторник Конституционный суд России рассмотрел дело о проверке конституционности статьи 3 Федерального закона «О ветеранах». Поводом для него стал запрос Казбековского райсуда Дагестана. Напомним, что в конце 90-х годов в республику неоднократно вторгались незаконные вооруженные формирования. И в связи с этим Госсовет Дагестана принимал решение о формировании подразделений резервистов при военных комиссариатах и отрядов самообороны при органах местного самоуправления. В частности, такой указ был издан в августе 1999 года. В итоге несколько тысяч человек вступили в эти отряды и свыше 600 из них получили награды.
Все, что сегодня было сказано, ни в коей мере не умаляет мужества и героизма ополченцев, которые защищали целостность России
Однако 29 местным жителям, фигурирующим в рассматриваемом деле, при обращении в военный комиссариат было отказано в выдаче удостоверения участника боевых действий, так как «статус лиц из числа гражданского населения, принимавших участие в контртеррористических операциях на Северном Кавказе, законодательством, в том числе Федеральным законом «О ветеранах», не определен». При этом дагестанские ополченцы настаивали на признании себя участниками боестолкновений, имевших место в Казбековском районе в селе Алмак 22 декабря 1997 года и в селах Калининаул и Ленинаул 5 сентября 1999 года.
Казбековский райсуд не смог принять решение по этому вопросу и обратился в Конституционный суд. По мнению дагестанской стороны, положения ФЗ «О ветеранах» противоречат Конституции страны, ее статьям о равенстве прав и свобод и прав на социальное обеспечение, в той мере, «в какой ополченцы, принимавшие участие в боевых действиях, не отнесены к ветеранам боевых действий и лишены соответствующих мер социальной защиты».
В КС это дело слушалось в отсутствие как дагестанских ополченцев, так и представителя дагестанского суда – его позиция была изложена письменно. А все комментарии давали уполномоченные от органов исполнительной и законодательной власти России.
Представитель Госдумы Александр Харитонов со ссылкой на заключение комитета по делам ветеранов отметил, что в оспариваемом законе прописаны определенные критерии, которым должен соответствовать человек, претендующий на статус ветерана. Ополченцы из числа гражданского населения под них не подпадают. Сам закон Харитонов противоречащим Конституции также не считает.
Представитель Совета Федерации Елена Виноградова согласилась с тем, что закон на ополченцев не распространяется. И для того чтобы признать его неконституционным, она также не видит никаких оснований. По словам Виноградовой, речь может идти лишь о возможности добавить в закон определенный круг лиц, не учтенный сейчас. Но это уже другой вопрос.
Далее представитель Совфеда высказалась вообще о практике выдачи оружия гражданскому населению. По словам Виноградовой, участие в боевых действиях должно быть прерогативой военных. А в экстраординарных случаях решение таких вопросов должно приниматься исключительно на федеральном уровне, а не на местном, муниципальном. Эксперт усомнилась в способности органов местного самоуправления самостоятельно определить, каким образом и против кого применять оружие, не навредить при этом действиям профессиональных военных и т.д.
Выступление Виноградовой даже вызвало вопрос от одного из судей КС: так что же, решение Госсовета Дагестана о формировании отрядов ополченцев не было «в пределах их компетенции»?
На что представитель Совфеда ответила, что за другие органы власти она говорить не может, но от Совета Федерации одобрения этого они не получали.
Впрочем, коллеги Виноградовой право Госсовета республики набирать ополченцев из числа мирных жителей уже не оспаривали. В частности, представитель правительства России в КС Михаил Барщевский отметил: «Все, что сегодня было сказано, ни в коей мере не умаляет мужества и героизма ополченцев, которые защищали целостность России».
Однако и он не встал на сторону дагестанских заявителей по поводу льгот. Подчеркнув, что сейчас будет говорить от себя, а не от правительства, Барщевский напомнил, что уже давно отстаивает право граждан на ношение оружия и активную самооборону: «Однако я никогда не говорил о том, что на них должны распространяться те же права, что и на профессиональных полицейских», – подчеркнул он.
А озвучивая уже официальную позицию правительства, Барщевский отметил, что заслуга ополченцев заключается как раз в том, что они поднялись на борьбу с бандитами не по приказу, не за деньги или награды, а благодаря порыву. По его словам, за это государство может их поощрить какими-то наградами, но не льготами, которые даются за военную службу, поскольку они не служили, в отличие от военных, они могли покинуть поле боя и им бы за это ничего не было.
Барщевский также отметил, что вслед за дагестанскими ополченцами в КС с аналогичными запросами стали бы обращаться добровольные пожарные, отряды добровольцев, которые помогают МЧС искать заблудившихся в лесу и т.д. «Это опасная тенденция», – заявил он.
Также юрист признался, что сегодня в Конституционном суде впервые на его памяти обсуждается «неконституционность отсутствия в законе какого-то пункта», до этого КС выносил решения исключительно о конституционности пунктов, уже наличествующих в законе.
Особенно много об этом говорил представитель президента в КС Михаил Кротов. Он подчеркнул, что обсуждается вопрос не о том, являются ли 29 жителей дагестанского села участниками боевых действий – данный факт не оспаривается. А о том, должны ли на них распространяться ветеранские льготы. Кротов уверен, что нет.
Юрист отметил, что военнослужащие и ополченцы выполняли разные функции. Военные день за днем в сложных условиях, связанных с риском для жизни, выполняют свой конституционно-значимый долг, из чего и следует комплекс социальных обязательств государства перед ними. А гражданские отряды носили, в основном, вспомогательный характер. К тому же, вступление в них было добровольным, и ополченцы «не подразумевали получения каких-то наград и будущих социальных выплат».
Решить вопрос о поощрении последних можно. Федеральный законодатель может принять подобное решение, но может и не принять. Также это может сделать и законодатель Дагестана, но тогда все выплаты должны происходить из местного дотационного бюджета. При этом Кротов отметил, что ни Госсовет, ни президент республики, ни депутаты Госдумы от Дагестана не вносили никаких законопроектов по этому поводу. «Они решили пойти другим путем», – прокомментировал Кротов уже после заседания.
#{weapon}И вслед за Барщевским проиллюстрировал сегодняшнюю ситуацию практическим примером: «Мы можем прийти к тому, что если гражданин на улице помог милиционеру задержать преступника, пусть даже рискуя своей жизнью, мы должны будем признать этого гражданина милиционером со всеми вытекающими отсюда льготами».
Последним выступал представитель Минобороны Анатолий Шемет. По его мнению, решение в пользу заявителей просто лишит смысла высокий статус ветерана:
«Само слово ветеран подразумевает, что человек занимался определенным видом деятельности какое-то длительное время: определенный стаж должен быть у ветерана труда, ветеран Великой Отечественной войны также должен воевать в течение определенного промежутка времени», – отметил Шемет. А присваивать столь высокий статус людям, которые участвовали лишь в двух спецоперациях – 22 декабря 1997 года и 5 сентября 1999 года, неправильно.
Отметим, что во вторник Конституционный суд заслушивал доводы сторон. А окончательное решение по делу будет принято позже.