Глава МИД РФ Сергей Лавров на встрече со своим азербайджанским коллегой Эльмаром Мамедьяровым призвал к «интенсификации переговоров по нагорно-карабахской проблеме». Это уже не первая встреча Лаврова с Мамедьяровым (как и его армянским контрагентом) в этом году, а все заявления сделаны на фоне обострения ситуации в зоне соприкосновения азербайджанских, армянских и карабахских войск: обстрелы участились и усилились.
За кулисами переговоров армяне корят себя только за то, что пояс безопасности оказался таким маленьким, а надо было доходить до Мингечаура
В то же время всерьез говорить о реальных планах так называемого карабахского урегулирования нереально при жизни еще как минимум целого поколения. Возможности не то что примирить, а даже просто сблизить позиции сторон попросту не существует, какое бы давление на них ни оказывали. Единственный реальный переговорный формат – «Минская группа» в составе России, США и Франции – давно уже превратился в клуб по интересам, которые можно встретить и вокруг других замороженных конфликтов. Переговоры по Карабаху без перерыва ведутся с начала 90-х, выросло уже целое поколение дипломатов (в том числе западных), специализирующихся на этой деятельности, а диссертациям, написанным по этому поводу, несть числа. И до сих пор находятся люди, готовые искренне верить в возможность переговорного урегулирования. Не те, кто за это зарплату получает с командировочными, а именно что искренние оптимисты, верящие в силу дипломатического слова.
Это общая иллюзия так называемого миротворческого мировоззрения как производной от «эмоциональной дипломатии», которая, в свою очередь, вторглась в международную жизнь вместе с эпохой толерантности и торжества американских ценностей. Считается, что некие страны и нации, обладающие преимуществами в силу более прогрессивного политического строя (читай – США), способны убедить любых аборигенов жить дружно именно в силу своего морального превосходства, которое автоматически дает право на установку переговорных правил. Но в реальной жизни никто не может навязать ни Армении, ни Азербайджану новых правил поведения и принципов жизни. Уже в силу того, что Армения и Азербайджан (с рядом оговорок) существовали задолго до открытия Америки.
За более чем двадцать лет переговоров при международном посредничестве появлялось множество «компромиссных» или ангажированных планов «урегулирования», из которых ни один не мог похвастаться жизнеспособностью. Изобретать их можно до скончания времен, все равно останутся линии, за которые ни одна из сторон не перейдет. Армения не откажется от Карабаха и соседних земель, а Азербайджан не перестанет требовать их немедленного и безусловного возвращения. Все. Любые промежуточные шаги, которые и рассматриваются каждый раз как новый вариант «урегулирования», будут восприняты одной из сторон (а то и обеими сразу) как шаги к тотальному отступлению, следовательно, будут отвергнуты с порога.
Но минская переговорная группа существует, и будет существовать дальше. И в Ереван, и в Баку продолжат слетаться эксперты на круглые столы, искренне полагая, что участвуют в великом деле «постепенного снятия барьеров» и «выработке новой повестки дня».
Наиболее ущербная деталь «миротворческого мировоззрения» – это его, неполиткорректно выражаясь, гендерная однородность. Стремлением примирить непримиримое во имя мира во всем мире страдают молоденькие студентки гуманитарных факультетов в мешковатых одеждах с «пацификами», из идейно-политических соображений не знающие, что такое макияж и прическа. Дипломаты «болеют» этим же по приказу или ради карьеры, эксперты – за деньги. Но в любом случае это не имеет отношения к прагматической политике, даже если ее принципы основаны на средневековых драмах.
Можно допустить, что при каких-то неведомых обстоятельствах (например, при посредничестве высшего разума, высадке инопланетян или пришествии пророков всех мировых религий разом) Армения и Азербайджан смогут о чем-то договориться. Но о чем? Явно не об отказе Еревана от завоеванного «пояса безопасности»: за кулисами переговоров армяне корят себя только за то, что этот пояс оказался маленьким, а надо было доходить до Мингечаура. И уж точно не об отказе Баку от тезиса о «немедленном возврате территорий». У них военных бюджет больше, чем весь бюджет Армении – и это не случайно так сложилось.
Бесконечные усилия бесчисленных переговорных площадок по «карабахской проблеме» основаны на идеалистическом представлении об устройстве мира, которое западное мышление выпестовало в себе за последние тридцать лет. И регулярные поражения этой стратегии еще никого не сподвигли на ее пересмотр, поскольку американские и большинство европейских вузов продолжают плодить новых выпускниц и выпускников с «пацификами» и вселенским миротворчеством в головах.
Мир не идеален, а они этого не понимают. Работа дипломатов – вести переговоры, а экспертное сообщество ответственно за выработку перспективных позиций для этих переговоров. Еще раз – перспективных. Именно эта важнейшая составляющая давно подменена дежурными круглыми столами – клубами по интересам. К тому же азербайджанская сторона увлеклась составлением черных списков экспертов, ограничивая себя в возможности влиять на общественное мнение ключевых стран.
Сценария продуктивного воздействия на Ереван и Баку в такой парадигме не существует в принципе, и не надо тешить себя иллюзиями об экономической зависимости или военном присутствии – этими старомодными методами в регионе ничего не добиться. Не работают и косвенные политические и экономические факторы (типа снятия санкций с Ирана и его ядерной программы). Если и далее вести политику по Нагорному Карабаху с точки зрения «миротворческого мировоззрения», а проще говоря – как это делают выпускницы института благородных девиц или же современного Стэнфорда, мы будем обречены на бесконечные переговоры ни о чем.
А славному городу Минску уже давно пора построить отдельные суперсовременные здания для разнообразных переговорных групп и комиссий. Чем не Женева? Тоже озера в черте города есть. VIP-отдых, политический конферансье, дорого.