Утром 19 августа 1991 года в СССР был создан Государственный комитет по чрезвычайному положению – он объявил о взятии власти в свои руки и введении «в отдельных местностях СССР» чрезвычайного положения сроком на полгода. Полномочия президента переходили – «в связи с невозможностью по состоянию здоровья исполнять свои обязанности» – от Михаила Горбачева к вице-президенту Геннадию Янаеву.
Большая страна была жива – и успех ГКЧП и выдвижение нового лидера могли вывести СССР на траекторию разумных, ответственных и национально ориентированных реформ
В обращении к народу говорилось о том, что перестройка зашла в тупик и «возникли экстремистские силы, взявшие курс на ликвидацию Советского Союза, развал государства и захват власти любой ценой», а целью образования ГКЧП объявлялась необходимость преодоления «глубокого и всестороннего кризиса, политической, межнациональной и гражданской конфронтации, хаоса и анархии, которые угрожают жизни и безопасности граждан Советского Союза, суверенитету, территориальной целостности, свободе и независимости нашего Отечества».
Это не было ни военным путчем, ни даже переворотом – среди восьми членов ГКЧП пятеро были членами Совета безопасности, а сам Горбачев был в курсе намерений его организаторов. Это была отчаянная попытка большей части руководителей страны предотвратить разрушение СССР – на 20 августа было назначено подписание нового Союзного договора, фактически превращавшего СССР в конфедерацию. Михаил Горбачев своей бездарной, безвольной и несамостоятельной политикой непродуманных реформ завел ситуацию в стране в тупик. Не подписать новый договор он мог, только изменив свою политику, но он не хотел, да и не умел меняться. Но и брать на себя ответственность за развал Союза ему не хотелось. Однако когда его соратники по руководству говорили ему о необходимости жестких мер, президент отказывался наводить порядок в рассыпавшейся благодаря его реформам стране.
В этой тупиковой ситуации руководство СССР лишь в последний момент решилось на отстранение Горбачева – причем фактически получив от него добро на введение ЧП и его временный уход в тень. Но Горбачев не был бы Горбачевым, если бы он и тут не искал отходного пути – в итоге он перехитрил и своих коллег, и себя. И великую страну – которая обрушилась в результате его комбинаций.
У ГКЧП была всего одна ошибка – они действовали с оглядкой на Горбачева. Казалось бы, они уже много раз могли убедиться в том, что он лжет, изворачивается и просто не способен к руководству страной – но иерархическая структура советской власти заставляла государственников безусловно подчиняться первому лицу, не допуская мысли о его предательстве (в случае с Горбачевым – не буквальном, а идейном). Они восстали слишком поздно, когда процессы развала страны зашли уже очень далеко (Литва объявила о независимости еще в начале 1991 года) – но даже 19 августа у них были все шансы остановить разрушение СССР. Если бы у них был лидер и если бы они забыли про Горбачева. Но во всем, что они делали, говорили и думали, незримо присутствовал Горбачев – они озирались на него. И поэтому в первый же день проиграли Ельцину – который символизировал как раз те разрушительные для СССР силы, против которых и был создан ГКЧП.
Отказавшись от идеи ареста Ельцина, ГКЧП не выдвинул из своих рядов человека, который смог бы четко и внятно обратиться напрямую к гражданам страны (даже просто повторив те простые, но честные – и, как потом выяснилось, пророческие – слова, что были в обращении ГКЧП), взять на себя личную ответственность, сплотить те действительно широкие народные массы, которые скорее чувствовали, чем умом понимали угрозу, исходившую от сепаратизма и сладких обещаний «рыночного рая». Янаев не годился на эту роль, но в составе ГКЧП был, например, первый заместитель Горбачева по Совету обороны Олег Бакланов – один из руководителей советского ВПК, вполне подходящий для этого патриот и боец.
Фактор личности сыграл громадную роль в русской истории – страна, а особенно Москва, была все еще заворожена Ельциным и не слышала тех предостережений, что звучали из уст ГКЧП. А сами советские руководители не умели ни донести их, ни организовать собственных сторонников (партия уже была в полуразваленном и откровенно дезориентированном состоянии).#{ussr}
Но даже такой неудачный ГКЧП первоначально напугал региональные элиты, всячески демонстрировавшие свою независимость – 19 августа президент Грузии, одной из самых мятежных к тому времени республик, Гамсахурдиа подобострастно заискивал перед командующим военным округом. Большая страна была жива – и успех ГКЧП и выдвижение нового лидера могли вывести СССР на траекторию разумных, ответственных и национально ориентированных реформ. Но как только выяснилось, что ГКЧП бездействует, Ельцин наступает, а Горбачев всех предал – страна рухнула.
СССР погиб 22 августа – когда были арестованы члены ГКЧП, то есть практически все высшее руководство страны. На следующий день была запрещена российская компартия, захвачено здание союзного ЦК, а еще через сутки Горбачев сложил с себя полномочия генсека и фактически распустил КПСС. Таким образом за два дня были практически уничтожены обе структуры, связывавшие СССР – арестовано патриотически настроенное высшее союзное чиновничество, выступавшее за сохранение Союза, и ликвидирована партия, которая, пусть и будучи ослабленной, продолжала быть вертикальной структурой, объединявшей всю страну. Неудивительно, что процесс отделения союзных республик принял обвальный характер – 24 августа Украина провозгласила свою независимость. В этом тексте все прекрасно:
«Исходя из смертельной опасности, нависшей было над Украиной в связи с государственным переворотом в СССР 19 августа 1991 года,
- продолжая тысячелетние традиции создания государства на Украине,
- исходя из права на самоопределение, предусмотренного Уставом ООН и другими международно-правовыми документами,
- осуществляя Декларацию о государственном суверенитете Украины,
Верховный Совет Украинской Советской Социалистической Республики торжественно провозглашает независимость Украины и создание самостоятельного украинского государства – Украина. Территория Украины является неделимой и неприкосновенной. Отныне на территории Украины действуют исключительно Конституция и законы Украины. Настоящий акт вступает в силу с момента его одобрения».
Подписал акт председатель Верховного совета – в этот же день переименованного в Верховную раду – Леонид Кравчук, еще за год до этого бывший секретарем по идеологии ЦК Компартии Украины. И хотя акт еще должен был быть утвержден на референдуме, назначенном на 1 декабря, из самого его текста понятно, что незалежная появилась сразу же после его принятия Радой. То есть в одностороннем порядке вышла из состава СССР – нарушая как законы союзного государства, так и собственные. То, что потом было подписано в декабре в Беловежье, через неделю после украинского референдума, – формальность, сам распад произошел в августе.
Величайшая геополитическая катастрофа XX века случилась по вине совершенно конкретных людей. Кроме Горбачева это и Ельцин, и Бурбулис, и лидеры сепаратистских движений из Прибалтики и Закавказья, и немалая часть столичной либеральной интеллигенции. Распад СССР сразу же, уже в начале 90-х, привел к нескольким войнам, как гражданским, так и между новыми, отколовшимися государствами, к социальному и культурному эксперименту над русскими и другими народами, к миллионам беженцев – и его долгое эхо вовсе не закончено. Нынешняя война на Украине – прямое следствие того предательства, чужебесия и безумия, что охватило региональные правящие элиты и часть народа в те августовские дни.
Тогда попытались разделить то, что веками собирали и создавали наши предки – Россию, государство, в форме которого существует русская цивилизация, одна из самых сильных и великих на Земле. Та попытка казалась успешной – не только заокеанским стратегам, но и многим из тех, кто продвигал идеи «тюрьмы народов» и «исторической обреченности насильственной, искусственной империи». Но реальное, историческое, моральное, физическое и метафизическое единство великой России оказалось гораздо сильнее, чем казалось сиюминутным человекам. И на наших глазах постепенно, мучительно, но неотвратимо возвращается, воссоединяется настоящая Россия – через кровь и слезы, через радость и надежду, через веру и покаяние, через искупление чужих и собственных ошибок. Преображенная, она встает вопреки любым попыткам сохранить ее искусственное разделение. И никто и ничто уже не сможет остановить этот процесс.