– Инна Германовна, какими будут ваши первые шаги?
– Я надеюсь, что прежде всего мы примем решение, что следственная комиссия не уходит на парламентские каникулы, которые начинаются со следующего понедельника, что мы будем работать все это время. Ведь и страна находится в катастрофическом положении, и наши партнеры в Европе тоже, и Россия страдает как поставщик газа. Мое убеждение, что мы не имеем морального права в этой ситуации идти на каникулы.
Власть побоялась даже выйти с докладом. Нам прислали министра топлива и энергетики, выступление которого иначе как блеянием и назвать невозможно
– А кто сегодня осуществляет политическое руководство переговорами по газу между Украиной и Россией?
– Нам бы самим очень хотелось узнать это первоочередным порядком, потому что на сегодня у нас складывается впечатление, что «оранжевая» власть умеет только объявлять всему миру и себе о собственных победах. А когда возникают реальные дела и реальные проблемы, которые нужно решать, они самоустраняются. Уже все отметили, что у нас исчезла с экранов телевизоров премьер-министр, президент тоже перестал говорить о своем активном участии в переговорном процессе, поэтому первое, что я буду сегодня предлагать депутатам, – чтобы мы уже завтра провели первую встречу с премьер-министром, президентом, главой Нафтогаза, главой Укртрансгаза и с министром топлива и энергетики. Мы хотим получить от первых лиц государства и руководителей органов власти информацию о том, кто же все-таки отвечает за эту тему и кто несет ответственность за заключение договора. Складывается впечатление, что на уровне Газпрома и Нафтогаза этот вопрос уже невозможно решить, и он потребует подключения высшего политического руководства.
– Если переговоры будут разморожены, каким образом комиссия будет осуществлять за ними контроль?
– Я предложу потребовать включение парламентариев в состав делегации. Ведение переговоров в кулуарном режиме уже привело к срыву контрактов и подрыву экономики страны, поэтому мы требуем публичности, а это может быть обеспечено только за счет участия парламента, в рамках парламентского контроля.
– Министр топлива и энергетики Юрий Продан просит у российской стороны и Евросоюза разрешить вопрос проблемы технического газа, который даст возможность Украине транспортировать топливо в Европу. Что это за проблема такая и почему раньше о ней никто не слышал?
– Раньше технологический газ подавался из объема закупаемого Украиной газа. Сейчас, учитывая, что контракта на закупку нет, естественно, что у Украины возникает его дефицит. Топлива собственной добычи и газа, который находится в хранилищах, недостаточно для того, чтобы обеспечить техническое сопровождение транзита. Если будет одновременно заключено два контракта – и на поставку, и на транзит, то из купленного газа Украина может обеспечить технологический газ.
– Тогда об еще одном высказывании. Прокомментируйте, пожалуйста, заявление Тимошенко, сделанное в среду на брифинге, о том, что газовые переговоры между Киевом и Москвой в конце 2008 года были сорваны украинскими политиками, которые пытались сохранить швейцарского посредника «РосУкрЭнерго» в схеме газопоставок на Украину.
– На сегодня мы видим, что технологи БЮТа избрали одну конструкцию. Все депутаты этой политической силы везде говорят одну и ту же фразу, что виноватыми в этом кризисе являются несколько фигурантов – это юридическая компания «РосУкрЭнерго» и физическое лицо Дмитрий Фирташ. Это, конечно же, абсурд, это известные в практике политтехнологов манипуляции. К огромному сожалению, Тимошенко, не справляясь с какими-то заданиями, всегда находит образ врага и работает по этой политической технологии. Я это отношу только к такому разряду.
– Опять-таки, на сегодняшнем брифинге Юлия Владимировна заявила, что будет инициировать очередной раунд межправительственных переговоров по газу и они продолжатся на основе того меморандума, который она в свое время подписала с премьер-министром РФ Владимиром Путиным. Как Вы считаете, это правильный путь или, может, стоило бы начать переговоры с Россией с чистого листа?
– В меморандуме был оговорен четкий срок: до 1 ноября Украина должна была, первое, переоформить долг, который Украина должна была «РосУкрЭнерго», на Газпром. Второе, заключить транзитный контракт и заключить контракт на продажу. Опять же, хочу напомнить, что сама премьер-министр на требование президента обеспечить на 1 ноября заключение этих контрактов сделала публичное заявление, что это будет невыгодно для Украины, поскольку цена на нефть падает, и гораздо лучшим будет вариант заключения договора в конце декабря. Само это свидетельствовало, что премьер прямо нарушила обязательства, подписанные ею в меморандуме, поэтому Украина утратила возможности пойти по очень неплохому варианту, который этим меморандумом прокладывался. К огромному сожалению, сегодня наша власть заигралась в популизм. И они никак не привыкнут, что они уже не в оппозиции, где можно делать любые заявления. Власть должна действовать, а не говорить. А у нас во власти продолжают говорить и разрушать все, до чего только дотрагиваются.
Рано или поздно мы снимем эту бездарную власть, но до этого нужно еще дожить – и Украине, и России, и Европе
– Между тем вчера парламент также продемонстрировал образец того, как долго можно говорить, даже не пытаясь искать выход из газового кризиса. Почему разговор в Раде свелся к взаимным обвинениям власти и оппозиции, к поискам причин газового конфликта и его виновников? Украинцев да и, наверное, россиян сегодня не столько волнует вопрос, кто виноват, сколько – что делать.
– Реальные шаги в конструкции демократического государства должна предлагать не оппозиция, а власть. У оппозиции нет инструментов для реализации конкретных шагов. Поэтому мы и ставим вопрос о немедленной отставке правительства и начале процесса импичмента президента, ведь нынешняя власть продемонстрировала полную несостоятельность в вопросах решения элементарных задач. Давайте себе представим завод с непрерывным циклом производства, на котором директор не обеспечил заключение контракта на поставку энергоносителей на 1 января. То есть с 1 января завод останавливается, поскольку не заключен контракт. Что делают в этой ситуации с директором завода? Его увольняют немедленно в связи с профнепригодностью. Чем отличается в данной ситуации Украина от такой же конструкции? Власть обязана была заключить эти контракты – и на транзит, и на поставку. Если власть не способна решить таких элементарных вещей, то о каких серьезных задачах может идти речь?
– Найдет ли Партия регионов союзников в парламенте, чтобы в четверг отправить правительство Тимошенко в отставку?
– Думаю, что нет, но очень важно, что коммунисты и Литвин опять продемонстрируют свою продажную сущность и еще раз докажут то, что мы вынуждены констатировать: они стали сателлитами действующей «оранжевой» власти. Но для народа будет очень полезно все это увидеть и услышать. В конечном итоге, думаю, этот кризис будет разрешен досрочными выборами и формированием новой власти в Украине.
– А есть ли в стране консолидированная позиция относительно цены на газ?
– Если говорить о действующей власти, то такой позиции нет. Президент и премьер только и занимаются тем, что друг друга «избивают» и «уничтожают». Что касается работы комиссии, то я считаю, что наша главная задача – заставить все-таки исполнительную власть найти консолидированную позицию для ведения переговоров, потому что рано или поздно мы, конечно же, снимем эту бездарную власть, но до этого нужно еще дожить – и Украине, и России, и Европе. Мы же не можем позволить, чтобы еще три или четыре месяца продолжалась та вакханалия, которая существует сегодня.
– То, что газовые схемы на Украине граничат с криминалом и погрязли в коррупции, на слуху. Не боитесь ли Вы возглавлять следственную комиссию, призванную разобраться со всем этим? Не боитесь ли Вы, что на Вас начнут оказывать давление сродни тому, что оказывалось на Вашего однопартийца Валерия Коновалюка, разбиравшегося с незаконными поставками оружия в Грузию?
– У меня даже нет сомнения в том, что так будет. Единственное, все знают, что на меня невозможно оказать эффективного давления. Наверное, поэтому власть так сопротивлялась тому, чтобы именно я возглавила эту комиссию. Вчера все разговоры во время согласительного совета сводились к тому, что нельзя допускать Богословскую к работе в комиссии. Слава богу, у меня хватит и характера, и возможности, и навыков в смысле профессиональной подготовки, чтобы довести это дело до конца. Это дело моей чести.
– То есть Вы не боитесь?
– Я не боюсь. Нет. Я бесстрашный человек.
– И все-таки, с какими конкретными предложениями Вы собираетесь выходить к власти, чтобы «газовая война» прекратилась?
– Мы сначала их послушаем.
– Но разве во вторник в парламенте Вы их не слушали?
– Кого?! Вчера власть побоялась даже выйти с докладом. Нам прислали министра топлива и энергетики, выступление которого иначе как блеянием и назвать невозможно! Он не смог ответить ни на один конкретный вопрос, это было просто посмешище и насмешка над украинским парламентом и украинским народом. В том-то и дело, что вчера и премьер-министр трусливо спряталась за спину этого некомпетентного министра, и президент не пришел в парламент, несмотря на то, что якобы просил сам заслушать этот вопрос. У нас идет процесс агонии. Я думаю, что это последние месяцы агонии «оранжевой» власти, и народ Украины наконец разобрался – кто есть кто.