Война США в Иране стала своего рода глобальным отрезвителем. Она развеяла целый ряд мифов, в который верило абсолютное большинство политиков.
Например, миф о том, что вечное отступление, отказ от ответной эскалации и увиливание от напирающего противника есть восточная мудрость и верная стратегия поведения. Попытка Тегерана отказаться от эскалации в ходе американо-израильских ударов в июле 2025-го породила у Вашингтона и Тель-Авива ощущение безнаказанности и, таким образом, стала причиной нынешней войны. Жесткий ответ Ирана сейчас стал лучшей гарантией того, что США (если сумеют вылезти из войны) десять раз подумают, прежде чем влезать в другие войны. Китаю было бы неплохо этот урок усвоить.
Или миф о непреодолимой военной мощи США. Более десятка авианосных группировок, сотни раскиданных по всему миру военных баз, более триллиона долларов в год оборонных расходов – всего этого оказалось недостаточно для того, чтобы сломить страну, которая готова сопротивляться. Если, конечно, у этой страны есть политическая воля для сопротивления и готовность терпеть.
Однако самым главным мифом, который был развеян над Персидским заливом, стал миф о коллективном Западе. Сеть проамериканских союзов, позволявших США поддерживать американоцентричный мир, управлять миром в своих интересах и концентрировать ресурсы номинально суверенных стран для защиты этих интересов, сейчас находится в предсмертном состоянии. Или уже умерла.
Кто-то скажет, что такое уже было. В 2023 году Франция и Германия не поддержали вторжение США в Ирак, а Турция еще и не предоставила для него свою территорию. И ничего – все это пережили. Однако тогда это был бунт нескольких стран, а в целом военно-политические союзы США – в Восточной Азии, на Ближнем Востоке и, конечно, в Европе – виделись незыблемыми. Попытки той же России вбить клин в трансатлантическое сотрудничество – например, через идею о создании системы коллективной безопасности в Европе от Владивостока до Лиссабона – раз за разом проваливались. Как, в общем-то, и попытки Китая закрепиться в военном плане на Ближнем Востоке или хотя бы развалить антикитайскую по своей сути ось американских союзников в Восточной Азии.
Сейчас из трех сегментов этого союза два – европейский и ближневосточный – находятся в состоянии демонтажа. И заслуга в этом не Москвы или Пекина, а самого Вашингтона. В том числе и лично Дональда Трампа.
Ни для кого не секрет, что США уже несколько лет тяготятся своими союзными обязательствами. Этому было несколько объяснений. Во-первых, глобальное – эпоха жестких военно-политических союзов ушла, на ее место (в рамках наступающего многополярного мира) пришло гибкое военно-политическое сотрудничество, оставляющее руки максимально свободными. Во-вторых, изменилось целеполагание. Так, например, американо-ближневосточный союз основывался на принципе «нефть в обмен на безопасность». Однако сейчас США, как верно отметил Трамп, уже не нуждаются в ближневосточной нефти, поэтому уважение к интересам монархий Персидского залива сменилось на «перетерпят, никуда не денутся». Руководствуясь именно этим принципом, США, например, позволили Израилю нанести удар по штаб-квартире ХАМАС в Катаре в 2025 году.
В-третьих, разошлась идеология. Европейский ценностный взгляд на внешнюю политику и концентрация на борьбе с Россией, а также безустанное политическое маневрирование ближневосточных и восточноазиатских союзников (которые в массе своей не желали полностью и абсолютно следовать за США в сторону войны с Ираном и Китаем) не находили понимания в Вашингтоне.
Наконец, в-четвертых, на первый план начала выходить экономика – точнее, специфичный взгляд на нее. США платили за лояльность европейцам, ближневосточным странам и азиатам свободным доступом на американский рынок, а также взваливанием на американского налогоплательщика расходов по защите американских союзников. И Трамп сказал, что этого больше не будет. Причем не просто сказал – он выставил тем же европейцам жесткий ультиматум по кратному повышению их оборонных расходов, а также публично унижал и высмеивал их лидеров.
И все эти подспудные разногласия, все эти точки раскола фактически вскрыла иранская война. Война, в которой Европа – та самая Европа, на помощь которой США пришли в ходе ливийской войны 15 лет назад – отказалась чем-то помогать Соединенным Штатам. Некоторые страны даже закрыли для США свое воздушное пространство.
Монархии же Персидского залива убедились в том, что Вашингтон не просто игнорирует их интересы (которые состояли в недопущении начала войны и блокады Ормузского пролива), но и не защищает их. Не только потому, что США оказались не в состоянии сбивать иранские ракеты, но и потому, что целенаправленно вывели значительную часть ракет и других оборонительных вооружений из стран залива на защиту Израиля.
Восточноазиатские партнеры смотрят, как Штаты уклоняются от выполнения своих союзных обязательств, и думают о том, что если Вашингтон так поступил с арабами, то может точно так же обойтись с тайваньцами, филиппинцами, вьетнамцами, южнокорейцами и всеми прочими. Конечно, Вашингтон может и дальше надеяться на принцип «никуда не денутся». Однако проблема для него в том, что уже деваются.
Европейцы свой путь четко обрисовали. Под чутким руководством Брюсселя они намерены создавать собственную, самодостаточную европейскую армию, а также возрождать национальный ВПК. И все это под соусом якобы неизбежной войны с Россией, в которой на Штаты больше полагаться нельзя.
Арабы, в свою очередь, не могут возрождать ВПК – его там нет. Зато у них есть деньги для того, чтобы скупать европейские, китайские, турецкие, российские и иные вооружения. В том числе, возможно, и ядерные. А также договариваться о модус-вивенди с Ираном без оглядки на американские или израильские пожелания.
Примерно по такому же пути пойдут почти все (за исключением Японии и, возможно, еще пары стран) восточноазиаты. Они опасаются китайского экспансионизма – но еще больше они опасаются быть втянутыми в американо-китайскую войну без каких-то реальных гарантий со стороны США. Поэтому, вполне вероятно, они пойдут по пути углубления интеграции в рамках АСЕАН, а также возьмут на вооружение принцип нейтралитета. И Пекин (если, конечно, там не будет головокружения от успехов) пойдет навстречу своим соседям в территориальных вопросах для того, чтобы вбить клин в транстихоокеанские отношения.
И тогда коллективный Запад станет просто Западом. Или Глобальным Западом – по аналогии с Глобальным Югом. Без единой структуры, командования, общей стратегии – он станет просто неким клубом по интересам. Содружеством государств разной судьбы, находящихся на разных континентах и преследующих собственные цели. В общем, частью того, что будет называться многополярным миром.