Тридцать лет мы живем в полной неопределенности. Нас мучают бесконечные, саднящие, как незаживающая рана, вопросы. Тридцать лет назад распался только Советский Союз? А может быть, это была расчленена историческая Россия? А Юг России, включая Крым, ставший частью независимой Украины – это до 2014 года было нормально? Нас все устраивало? А как теперь?
Нет-нет, с Крымом это мы понимаем, тут без вариантов. А все остальное как? Одесса, Херсон, Днепропетровск? Это больше не Россия? А Южная Сибирь, то есть, простите, Северный Казахстан, вместе с казачьим городом Гурьевом – это навсегда заграница или как пойдет? И главное. Те миллионы, десятки миллионов русских людей, у которых теперь синие, зеленые и прочие паспорта с надписями на чужих языках, они теперь для нас иностранцы, чужие, лаоваи, гайдзины? Или – свои? Наши? Русские?
Проклятые вопросы, к ответам на которые мы только-только начинаем осторожно подбираться. Почему осторожно? Потому что даже поправка к Конституции, согласно которой в России появился «государствообразующий народ», вызвала год назад такую неподдельную ярость со стороны очень влиятельных политических групп, что сразу было ясно – на этом борьба не закончится. И теперь, сказав А, мы должны сказать и Б.
Этот неназванный государствообразующий народ, известный во всем мире как «русские», в 1991 году был не по своей воле трагически разделен. Тридцать лет назад казалось, что все это не взаправду, что границы останутся лишь на картах, как и при СССР. Но почти сразу стало понятно, что границы каменеют на глазах. Что местные элиты будут легитимизировать свою власть на доставшиеся им территории проверенным способом – форсированным строительством наций. Не политических. Это, к слову, не получилось за триста лет даже у европейцев.
По периметру России постепенно возникли полноценные этнократии, в которых русские оказались пришлыми чужаками. Степень мягкости национальной политики в каждом из постсоветских государств не имеет на самом деле никакого значения. Отовсюду, кроме Украины (эта «страна» подзадержалась в своем нацбилдинге на четверть века, но уже семь лет как бешеная наверстывает упущеное) и Белоруссии, начался исход русских. Это, так сказать, текущая ситуация. А теперь переходим к вопросу – что делать?
Некоторые толкуют про «собирание земель», про воссоздание СССР или Российской империи. Только давайте честно признаемся сами себе: восстановление империи ни в каком виде мы сейчас не потянем. Экспансию ведут народы, которым физически тесно там, где они живут, и поэтому они выплескивают свое растущее население вовне. Русский народ провалился в очередную демографическую яму – так же, впрочем, как почти все европейские народы. Нас осталось очень мало, мы истощены столетием непрерывных революций, войн и переворотов, а вокруг, как и прежде – если не враги, то точно не друзья.
Самая большая в мире территория – это тяжкий труд, который достался нам по милости Божией. Нам нужно осваивать и обживать ту землю, которая досталась нам от предков. Мы очень многое растеряли, но даже то, что осталось, не поддается осмыслению, настолько огромна Россия. России нужны люди. Не рабочие руки, как уверяют чиновники с равнодушными глазами, а люди. Свои, родные, наши, соотечественники.
Русских за границами Российской Федерации, по разным оценкам, сегодня живет от 20 до 40 миллионов человек. Почему там, а не здесь? Потому что до недавнего времени их здесь просто никто не ждал. Они никому не были нужны. Для чиновника какой-нибудь очередной миграционной службы – это лишний «геморрой». Ходят тут вечно, просят что-то, требуют. То им дай, это дай; права качают…
То ли дело приезжие из Средней Азии или Закавказья. Знают, как надо решать вопрос. «С уважением», с подходом правильным. Не верите? Посмотрите статистику по получившим российские паспорта за последние пять лет. Она ни о чем вам не говорит? Русские, которые даже решили воспользоваться «упрощенной программой», по-прежнему проходят семь кругов ада, прежде чем получают заветный российский паспорт.
И мне не дает покоя вопрос – какого чёрта?! Какого чёрта русский человек должен выпрашивать гражданство, которое должно принадлежать ему просто по праву крови? По отцу-матери, по имени и фамилии, по тому, что бабушка читала ему сказки Пушкина, а в подсознании у него как гвоздь сидят русские пословицы.
Какие аргументы нужны чиновникам для того, чтобы сделать хотя бы то, что делают десятки стран по всему миру? Германия, Казахстан, Китай, Польша, Украина, Израиль… И снова об Израиле. Это – модельная для нас страна. Евреи бережно и просто-таки маниакально строят и охраняют свое еврейское государство (к слову, никто не смеет им говорить, что это неполиткорректно), потому что Израиль для них – это убежище.
Это и есть национальная идея. После Холокоста для переселенцев в Британскую Палестину главной стала идея создать страну, где больше никто и никогда не сможет убивать евреев. И уже 70 с лишним лет Израиль держит открытыми двери для любого еврея. Потому что Израиль – это и есть дом для любого еврея, откуда бы он ни был, где бы он ни родился. Русские в XX веке пережили не меньшую катастрофу. Десятки миллионов русских людей были перемолоты в жерновах беспощадной истории. И сегодня Россия просто обязана собрать уцелевших. Просто из чувства самосохранения.
Нужно наконец отнести на помойку фальшивую советскую риторику про «новую политическую общность – советский народ» и признать очевидное – советский эксперимент был химерой и главной жертвой этой политической химеры, которую большевики вколачивали в тысячелетнюю Русь, стали именно русские. Их жизнями, главным образом, оплачивалась мировая революция.
Но мало советской власти было коллективизации, войн, репрессий. Она переселяла десятки миллионов людей с места на место. Малые народы помнят и переживают как национальные трагедии сталинские депортации, но русских, которых решениями Политбюро миллионами загоняли то поднимать Прибалтику, то превращать в цветущий сад среднеазиатские пустыни, никому не приходит в голову считать жертвами коммунистического режима.
Более того, теперь эти самые окраины, обустроив свой скромный независимый быт, учат своих детей в школах тому, что Россия – беспощадный колонизатор и они сотни лет жили под русским игом. Нам давно стоит это принять. Нам давно стоило бы перестать унижаться и выпрашивать «братские» отношения у людей, которые нас либо боятся, либо ненавидят, либо боятся и ненавидят одновременно. Не нужно больше никому и ничего доказывать – что есть общее историческое прошлое, что Россия несла цивилизацию, что русский язык – это язык великой европейской культуры.
Если у кого-то есть отчетливое желание учить теперь китайский или турецкий – не вопрос, пусть учат. Да, мы проиграли холодную войну и расплачиваемся за поражение. Да, мы отступаем. Но мы должны обязательно забрать домой всех своих. Свои – это не те, кого называют «русскоязычные». Это – русские люди, которых злая судьба забросила за тысячи верст от их настоящей Родины. От России.
Не надо уподобляться братьям библейского Иосифа, которые продали его в рабство. Они были прокляты за это Богом.